Дмитрий Щербинин - Просторы Многомирья

И, кстати, только теперь понял, что несколько этих почти незаметных нитей были погружены в его голову и в тело с того времени как он очнулся…

Винд услышал голос, который в точности имитировал голос его матери:

– Здравствуй, Винд.

– Ну, здравствуйте, – молвил юноша.

– Мы чувствуем, что больше всего тебе хочется, оказаться в родной сфере, а также, чтобы Эльрика обняла тебя и призналась в любви.

– Ну вы это, того… Насчёт Эльрики – это вообще не ваше дело! И вообще: хватит копаться в моей голове!

Так говорил Винд, но на самом деле никаких гневных чувств не испытывал: всё же материнский голос, которым общались с ним призрачные жители Луны, настраивал на мирный рад (хотя, в тоже время, и тоска по дому усиливалась).

Луниты (так их, ради удобства, стал называть Винд), сообщали следующее:

– Мы не можем уйти из твоей головы, потому что иначе не получилось бы никакого общения. Но, самое важное, что мы можем сообщить и тебе, и всем остальным, это то, что путь до дома, то есть – до Многомирья займёт при полёте скоростью света – четыреста двадцать два года.

– Ну, наверное, это очень далеко, – заметил Винд.

– Это поблизости от звезды АААА… – тут в голове Винд что–то полыхнуло, и он едва не потерял сознание.

Тут же прозвучал голос лунита:

– Прости… мы попытались назвать звезду, так, как звучит она на нашем языке. Земляне же называют её Миррой. Поблизости от Мирры в космосе висят исполинские сферы, каждая – нескольких миллионов километров в диаметре. Внутри этих сфер, защищённый непробиваемой оболочкой, воздух. В этом воздухе висят крошечные миры… Это и есть ваше Многомирье…

– А вы–то откуда об этом знаете? – поинтересовался Винд.

– Потому что, когда–то мы общались со строителями Многомирья.

– И какие же они, эти строители?

– Они разные: не похожие ни на вас, ни на нас. Совсем–совсем не похожие, и в тоже время – частица их есть в каждом из вас.

– Понятно, – кивнул Винд, хотя, на самом то деле, очень многое для него оставалось непонятным.

И вот он спросил:

– Ну и как же нам добраться до этих сфер… то есть – до Многомирья?

– Только на Крылове.

– Это понятно. Ну а вы поможете преодолеть громадное расстояние побыстрее?

– Нет. Мы можем только указать нужное направление.

– Хм–м, ну не, это для нас не подходит, – уверенно заявил Винд. – До туда ж со скоростью света четыреста двадцать два года лететь. А столько люди не живут…

– Тем ни менее, иного пути для вас нет.

– А для кого – есть?

– Для вас иного пути нет…

– Есть другой путь! – сердито проговорил Винд. – Надо всё же попытаться вернуться на Землю и попытаться пробить ту преграду у озерца.

– Я же говорил… – начал было Крылов, но вновь прервал его Винд.

– Вот мы, спасители Многомирья, пролетим туда, а те, кто преграду поставил, её, вслед за нами, снова воздвигнут. Ведь, кто как ни мы, достойны вернуться домой?

– Но нам не дадут так просто пролететь. За нами следят. И сейчас следят с помощью телескопов.

– Значит, будем прорываться с боем! – воскликнул Винд.

– Жители Земли вовсе не такие плохие, чтобы их убивать, – это уже Эльрика произнесла.

И Винд не мог не согласиться с ней. Лицо его помрачнело, он произнёс:

– Так, стало быть, мы умрём на Крылове. Так и не увижу я родной Каэлдэрон и родителей.

– Не забывай, что я буду с тобой, – мягким голосом вымолвила Эльрика.

– Да – это уже радует, – Винд тоже попытался улыбнуться…

Крылов проговорил:

– А ведь Луниты могут усыпить вас. Вы будете покоиться в моём чреве все эти годы и не стареть. А потом, когда мы подлетим к тем сферам у звезды Мирры, я разбужу вас.

Винд ответил:

– Но мы ведь выяснили, что судьба таких как ты: это стать ещё одним миром в Многомирье. Кто же знает, сколько тебе ещё суждено летать в виде такого корабля? Может, на полпути ты превратишься в круглый мир, повиснешь в этой ледяной черноте между звёздами. И что нам тогда прикажешь делать?

Крылов, помолчав немного, молвил, раздумчивым тоном:

– Я пытаюсь понять, что сейчас происходит с моим телом. Идёт ли процесс превращения меня в круглый мир? Но нет, если прежде, я ощущал в себе это превращение, то сейчас процесс прекратился… или сильно затормозился… Наверное, окружающая пустота не даст мне превратиться в округлый мирок. Надеюсь, мне удастся доставить вас в Многомирье…

Всё это время призрачные Луниты висели в изумрудном трюме Крылова, и ничего не говорили.

Но, когда Винд произнёс:

– Хорошо. Раз ничего иного не остаётся – я согласен…

То раздался голос его матери:

– …Тогда мы покажем Крылову единственный верный путь. Ну а сейчас: спите, спите, спите…

Слёзы заполнили глаза Винда. Он ведь понимал, что, погружаясь в этот сон, навсегда отказывается от встречи с родными. Когда он в следующий раз проснётся – их уже не будет в живых.

Поднялись, подхватили тела Винда и Эльрики мягкие ложа.

Луниты сообщили Крылову единственный верный курс к Многомирью, и он, поблагодарив их, поднялся над серебристыми, безмолвными полями и полетел к звезде Мирра, до которой от Земли – четыреста двадцать два световых года.

Глава 2

Открыв глаза, Винд увидел много–много звёзд: серебристые и белые, образующие причудливые соцветия, сияли они в черноте космоса…

Космос… Не Многомирье…

Приподнявшись, юноша оглянулся, и обнаружил, что рядом с ним, на почве изумрудно–зеленоватого цвета, из которой поднимались светло–зелёные травы, лежала Эльрика. Лицо девушки казалось безмятежным. Таким спокойным, прекрасным… Волосы её сливались по цвету своему с почвой…

Винд позвал её:

– Эльрика…

И она мгновенно открыла глаза. Спросила:

– Как долго я спала?

– Наверное, столько же, сколько и я. Но, как мне показалось, только я закрыл глаза, и вот уже очутился здесь…

– У меня то же самое… Но что это за место?

– На Многомирье не похоже, – констатировал Винд.

– Да. Это всё ещё тот ледяной, чёрный космос, в который занесла нас судьба. Но где же Крылов? Неужели он…

Эльрика не договорила, вздохнула, провела ладонью по мягкой, тепловатой почве.

Винд продолжил её мысль:

– …Да – похоже, что Крылов превратился в этот мир, на котором мы сейчас находимся. Не мог же он знать и предчувствовать всего… Говорил: может превратиться, а, может, и нет…

– Так и есть, – согласилась с ним Эльрика. – И, если по меркам Многомирья этот мир нормальный, то по меркам космоса – крохотный.