Николай Бершицкий - Восход Чёрной Луны

   Лукиус тряхнул отвисающим рукавом, повелевая каменной колеснице перекрыть пути к отступлению фигурам Хаоса, которые он отодвинул в последней партии.

   - Я почему-то рассчитывал на слова вроде "опять строишь несбыточные планы", - хихикнул бог войны, ощутив явное безразличие собеседника.

   - Пожалуй, избавлю тебя от этого, - старец нахмурился. - В Мироздании возможно все. Я ведь могу ошибаться.

   - Чаще, чем ты думаешь, - Хаос оставил одного мечника на растерзание колеснице. - Что же в Чертоге мнения сильно изменились?

   - Мы ждали нападения на Аллин-Лирр, - словно оправдываясь, пояснил вестник. - Единственное - никто не подозревал, что среди высокорожденных найдется предатель. У них ведь нет причин... с виду.

   Хаос выждал, пока фигура воина с мечом с грохотом развалиться под ударом пики седока колесницы.

   - Ждали-то, ждали, только от меня.

   - Не все ли равно.

   - О-о-о, конечно нет, - казалось, Властитель Морагода облизнул воображаемым языком несуществующие губы, когда его каменные солдаты начали обходной маневр колесницы. - Я на самом деле не так предсказуем, но не будем об этом. Ты слышал, что Тысячеглазая Мать впала в ярость? Кто знает, на что она способна в таком состоянии.

   - Не ты ли постарался? - задумчиво произнес Лукиус. Его мысли погрузились в план стратегических действий.

   - Нет, как ни странно. Опять Бэрон. Сопляк не понимает, когда пора остановиться. Однажды он начнет жалеть о своих поступках да поздно будет.

   - Собираешься начинать против него войну? Не забывай - за ним идут сильные демоны.

   - Сильные... за мной идут сильнейшие, - Хаос засветился от гордости, произнося эти слова. - Нет, я не разведу войну с Бэроном. Слишком мелочно. И вообще демонам сейчас не до войны друг с другом.

   Фигуры бога разрушения подобрались за время беседы к крепости старца опасно близко, и Лукиус заметил ряд роковых ошибок, допущенных им ранее. Он определенно уступал Хаосу в мастерстве, и пришлось осознать скорое поражение.

   - Чего ты вообще добиваешься? В твоих действиях не прослеживается смысл. Мне казалось, ты хотел отомстить Лимаэль или отыграться на Бэроне.

   - Все будет, - усмехнулся Хаос, уже празднуя победу. - А что насчет Чертога? До меня доходили слухи, будто они затевают нечто крупное, готовят демонам теплый прием. Сам Всевышний негодует, даже я могу ощущать колебания ткани Мироздания.

   - Мы не должны беседовать на эту тему.

   - Мы, по-хорошему, вовсе не должны беседовать. Но мы с тобой выше правил, не так ли? Жаль нас немного. Тех, кто не боится идти против ветра.

   - Не обобщай меня с собой, - размеренный голос вестника зазвучал недовольно, стены его крепости медленно оседали в клубах пыли. - Я может и против правил, однако ж, мои интересы в другом и средства я подбираю другие.

   - Мне рассказывали, - отрезал Хаос. - Это как-то связано с Армагеддоном...

   - Откуда..., - было оборвал его Лукиус.

   - Да - ты проиграл, - оборвал самого вестника судьбы темный бог. - И это лишь начало поражений Золотого Града.

   Лукиус стоял и ошарашено смотрел на могучую фигуру Владыки, перекрытую его каменным войском. Он знал, с кем приходиться сталкиваться и иметь дело в моменты встреч, подобных этим, однако сейчас Хаос предстал перед ним во всей красе. Заметив замешательство проигравшего, воплощение безумия Сатаниила задрало голову, зарокотав хохотом. Статуи на исполинской доске дрогнули и рассыпались.

   - Скоро боги выйдут на последнюю черту, а Черная Луна закроет солнца! Да ты, небось, слышал и сам.

   - Что все-таки твориться в твоей голове? - возобладав над собой, вопросил Лукиус.

   - А разве ты не знаешь? Ха-ха, там - хаос!

Глава 23

   Весь Эльтвиллан полнился тревогой. Буря надвигалась, ее грохот висел в воздухе. Праздничные песни и улыбки сменились на настороженный шепот и гримасы испуга, еще не переросшего в истинный страх. Марширующих по центральной площади паладинов встречали с радостью и напряжением. На стенах появились воины с копьями и луками, резко нарушающие сказочность древнего города. Улицы почти опустели. На горизонте, далеко за пределами столицы тайного мира плясали штандарты и гербы орденов Света, черной вереницей тянущиеся по белой ширме театра теней - неба. Нигаэль шагал впереди своих людей, за ним шло войско, позади, стуча башмаками, двигались дварфы. Чемпионы сиротливо пристроились с краю процессии. Все молчали, периодически поднимали глаза от дорожных камней и пробивающихся между ними травинок к небесам, изъеденным пятнами ржавчины. Происходящее напоминало странный сон, который никак не хочет закончиться. В свете последних событий, сменяющихся чересчур быстро, свадебный пир превратился в выцветшую картинку далекого счастливого прошлого.

   Ксандор приобнял Эландру, ему хотелось быть как можно ближе к ней, особенно теперь. Воин физически ощущал, как этот мир боится. Сегодня он познакомился с войной. Вондар шел прямо за ними, словно охраняя, а Акуан держался на три шага позади него. Бьерн переговаривался с Модольвом и Тьяльви, хотя из их самобытной речи слышно было только невнятное бухтение. Ярл осматривал город с недоверием. Проходя по длинной площади, пронизывающей город, армия света была вынуждена придерживаться правой стороны, поскольку левую занимали воины Аллин-Лирра, извивающиеся в танце войны вслед за инструкторами. Среди тренеров Ксандор узнал и виденного им в зале Древа героя минувших времен.

   Ворота замка были уже открыты. На входе виднелись несколько изящных эльфов-воинов в зеленых кирасах, покрытых золотой филигранью, белых плащах с вышивкой Древа Жизни, являющегося извечным символом столицы, и высоких золотистых шлемах, на которых пушились небольшие гребни. Рядом с ними высились два крупных мужчины, облаченных в массивные доспехи из сплава золота с прочными металлами, добываемыми в Мире Чертога. Заступники Града взвалили на плечи священные молоты и переминались с ноги на ногу, хотя их суровые лица не выражали ни страха, ни волнения. В качестве приветствия служители одного из элитных подразделений Орденов света просто кивнули Избранному, на что получили аналогичный ответ. Паладины по велению командира остались у входа вместе с армией дварфов, не столь многочисленной, как остатки похода Нигаэля. Дагмер сказал, что больше отправить пока не может, но дал слово прислать еще стейнаров чуть позже, коли ему скажут - куда.

   Предводители обоих войск, не задерживаясь по пустякам, сразу поднялись под стеклянный купол. На входе их встретил запыхавшийся Тетаэль: