Феликс Эльдемуров - Птичка на тонкой ветке

Впрочем, сейчас, когда он был так близок к цели, следовало думать не об этом.

Как он представится? Что он скажет виконту? И, главное, если разрешение на аудиенцию будет получено - с какими словами он обратится к сеньоре Гвискарде? а ещё важнее - кто она и как она, собственно, выглядит? а самое важное - как она встретит его?

На окраине рыночной площади, в цветочных рядах, он приказал Кьяри спешиться и приобрести у торговцев букет самых лучших цветов... какие можно найти в этой дыре, прибавил он. Кьяри понедоумевал немного, дескать, мы ведь совершенно не знаем, какие именно из цветов предпочитает сеньора Гвискарда. Сошлись на огненно-красных лилиях - цветке королей.

У Сен-Мартена их ожидало новое затруднение. Который именно из этих двухэтажных, серого камня, домов снимает виконт?

И случай подсказал им разгадку.

- Сэр Бертран!.. Сэр Артур! - окликнули его.

Это был его вчерашний знакомый - тот самый молодой рыцарь из числа зачинщиков, по предложению которого ему пришлось состязаться в стихотворных упражнениях - сэр Франсуа де Сен-Жермен де Сент-Экзюпери, который в сопровождении оруженосца и двух пажей направлялся в церковь, помолиться Святой Деве и Святому Мартену об успехе завтрашнего предприятия.

- О великая Фортуна! - воскликнул он. - Кто бы вы ни были, я рад видеть вас, мой будущий соперник! Как ваши дела, как вы себя чувствуете после вчерашнего?

- Я также рад видеть вас, дорогой мой неожиданный друг! - отвечал ему де Борн. - Простите, вчера я, за суетой, не сумел поблагодарить вас за ваши хлопоты относительно моего доброго имени...

- О, это всё пустое! - рассмеялся Франсуа. - Ручаюсь, я счёл бы себя тупым и неблагодарным скотом, если бы не заступился за такого поэта как ваша милость! А кстати, коли у вас не пропало желание меня отблагодарить, не подарите ли вы мне при случае список той чудесной сервенты... или кансоны... - я, каюсь, полнейший невежда в этих ваших стихотворных экзерсисах!.. - словом, то, что вы изволили вчера преподнести отнюдь не благодарному собранию? Это молитва, и молитва воина!

Сэр Бертран пообещал исполнить просьбу, а заодно не преминул пригласить сэра Франсуа на сегодняшний ужин - где, как раз, он сумел бы и преподнести обещанный подарок.

- Ха-ха! А почему бы и нет? - согласился тот. - Надеюсь, что у вас, как командора сказочного острова Пряностей, я увижу на столе весьма изысканные блюда? Я гурман, признаюсь откровенно, и мне поперёк горла стоит здешнее пресное мясо. Такое впечатление, что приезжие съели все запасы соли!.. А вечерняя беседа, а ваши стихи, а ваши благородные друзья, с которыми и я также не против был бы свести дружбу... О-о! Вы преподносите мне королевский подарок, дружище!

- А вы... - прибавил он заинтересованно, - простите мою назойливость, куда сейчас направляетесь?

Де Борн в двух словах объяснил свою цель и своё затруднение.

- Хм... так вы всерьёз намерены посетить жилище этого... де Каброна*... тьфу!.. де Комборна? Этого старого скряги? Которого когда-нибудь съест живьём его предполагаемая жена... Ой, простите, я кажется сказал неловкость! Значит, это ей предназначаются сии великолепные лилии?.. О Боже!.. Ведь я знаком с вашими стихами, посвящёнными сей юной особе... которая имеет все возможности стать завтра законной Королевой Любви и Красоты... Дом, который вы изволите разыскивать - вон тот, крайний слева, входить лучше со двора, там есть калитка, куда приходят избранные гости... Ну, хорошо, мой друг, удачи вам в вашем предприятии, и до встречи вечером... в вашем шатре, я надеюсь? Вечерний свежий воздух, компания друзей, изысканное угощение... О да, я обязательно загляну на огонёк... До встречи, до встречи!

Щеголеватая усмешка, что как бы ненароком проскользнула в речах его нового друга, слегка смутила де Борна, но, как мы знаем, наш герой не привык отступать перед препятствиями.

И действительно, несмотря на то, что фасадная дубовая дверь была заперта, со стороны сада нашлись и решётка, и высокая калитка в ней, и привратник, заслышав имя "сэр Бертран де Борн", тотчас впустил обоих всадников во дворик, где, оставив оруженосца ждать, наш рыцарь, прихватив букет и очередной мешочек с перцем, поднялся по винтовой лестнице на второй этаж...

-----

* "Козла" (исп.)

-----

Виконт, лично встретивший его в занимаемых им ныне апартаментах, оказался не старым ещё человеком, худым, востроносым и слегка близоруким. Несмотря на этот, последний недостаток, он, с лёгким поклоном приветствуя гостя, сразу определил:

- Но вы - не сэр Бертран? Вы... возможно, его брат? Как мне довелось услышать... ваше имя, очевидно, сэр Артур... Артур де Борн, если я не ошибаюсь? Тот, кто прибыл в Лимож не далее как позавчера? И ваша тяжба, согласно воле короля, очевидно, должна разрешиться на турнире?

Сэр Бертран решил не спорить и не объясняться с виконтом, сказав только, что желал бы засвидетельствовать своё почтение сэру Арчимбауту де Комборну, о славных делах которого имел честь столько слышать, преподнести свой небольшой подарок, а также нижайше испросить позволения увидеть досточтимую сеньору Гвискарду Бургундскую... о несравненной красоте которой он так же весьма наслышан и лично одарить её вот этими лилиями, которые, по его мнению, должны понравиться сеньоре Гвискарде, слухи о красоте и добродетелях которой... и т.д.

- Да-да, разумеется, очевидно!.. Знаете, мы с нею друг от друга ничего не скрываем, а добропорядочность ваших намерений не вызывает у меня никаких сомнений. Да, да, конечно... Вы, очевидно, не останетесь обедать с нами? - с явным подозрением ответил виконт и, с явным облегчением услышал отрицательный ответ.

После чего, сэр Бертран... или сэр Артур (он уже и сам, в волнении, путался как ему себя называть), был высочайше допущен в другое крыло здания, где, спустя некоторое время, его пригласили в будуар сеньоры Гвискарды де Божё.

2

Окна в этой комнате были тщательно зашторены - сеньора не выносила яркого солнечного света. Зато по всем углам стояли высокие канделябры и будуар был освещён не менее чем тремя десятками свечей. Сеньора Гвискарда восседала в удобном кресле с широкими подлокотниками и высокой спинкой. Светлорусые локоны её были тщательно уложены в причёску, что освобождало высокий лоб и делало её немного старше. Большие серые глаза серьёзно осмотрели вошедшего рыцаря, ноздри тонкого, с небольшой породистой горбинкой носа раздулись в волнении, полные чувственные губы... (нет, явно не те, что когда-то появились в рисунке сэра Тинчеса и не те, коими обладала Исидора... причем тут она, подумал он, да ну её... правда, и не те, которыми должна была бы обладать некая "составная дама", замысел об облике которой пришел к нему в голову когда-то, во время лесной беседы с тем же сэром Тинчесом...), раскрылись и произнесли негромко: