О. Шеремет - Вне времени

Не успела я осмыслить сказанное, как унылая равнина пропала, вокруг воцарилась темнота. Я шагнула вперед, споткнулась и упала, разбив коленки о что-то острое. Снова храм Темной Истины? Слава богам, наконец-то закончились прелюдии, можно и делом заняться. Там было темно, ужасно, но, стоило сосредоточиться, как я увидела завитки и стрелы линий Разрушения — тех, которые когда-то брали исток в храме Темной Истины. Оставив тело, я сконцентрировалась на непослушной свободной энергии: манила их к себе, обжигалась, стягивала в клубок… Прошла вечность. Находись я в теле, моя физическая оболочка валилась бы с ног от усталости. Что-то подобное ощущал и разум, освободившийся от влияния материальности: как будто неделю без сна и отдыха готовиться к экзамену по физике неевклидовых пространств.

Сил выдумывать какую-то особенную печать не было, поэтому я, ничтоже сумняшеся, налепила на узор нитей шестиконечную звезду Соломона и вернулась в тело. Оно лежало на земле посреди руин храма в исключительно неудобной позе, с заведенными за спину руками. Что-то щелкнуло, и запястья охватил неприятный холод.

Мысли ползли медленно-медленно, связывая внешние ощущения с внутренними обощениями. Жужжание — это пчелы. Пчелы — это мёд… Мрачные морды — наши проводники, а эти негостеприимные куски металла в их руках — оружие. Мой взгляд сфокусировался на двух парах белых перчаток, которые держал в руках один из воинов.

— Архитектор, — промямлила я, не понимая, как приспособить эту деталь к вырисовывающейся картине мира. В следующую секунду меня принял в свои объятия спасительный обморок.

АЛХАСТ

Алхаст закончил свой доклад о изловленном некроманте и замолчал. Владыка сосредоточенно кивнул: он предпочитал быть в курсе всех событий происходящих в королевстве, несмотря на свободу действий, даваемую подчиненным.

— Спасибо, Алхаст. Тебя, тут, кстати, искал посланник из Ленти — ты не против, если я буду присутствовать?

Архимаг был не против: отдаленное молодое государство, хоть и было настроено лояльно к эльфийскому королевству, заботило Оромила. К тому же, Лаэли могла передать весточку с этим гонцом…

Посланник — полуэльф в охотничьем камзоле — поклонился, войдя в кабинет.

— Всё по-прежнему, Ваше Магичество — я подал отчеты вашему секретарю. Благодарю за то, что отправили нам в помощь леди Лаэли…

— В смысле? — не сдержал удивления Архимаг.

— Как это? — изумленным выглядел и гонец. — Ваша ассистентка… она сказала, что прибыла по вашему поручению, чтобы разобраться с неправильно срабатывающими заклинаниями…. И отправилась к разрушенному Храму.

Алхаст сжал подлокотник кресла, потом расслабился. Вот неуёмная юная ведьма! Скрыла от него проблемы на границе, отправилась туда сама под выдуманным предлогом… Архимаг поздравил себя с тем, что отправил вместе с девушкой Оливера — он не позволит молодым людям влипнуть в неприятности.

— Ах, вы об этом, — как можно небрежнее сказал Алхаст, успокаивая и себя, и гонца, и короля. — Я думал, вы о настоящих проблемах.

— А разве не?.. — осторожно начал посланник.

— Вы думаете, будь у вас что-то действительно серьёзное, я бы отправил к вам недоучившуюся магичку? — хмыкнул Архимаг, моля всех богов, чтобы ничего серьезного в Ленти не ожидало компанию молодых магов.

П Р И М Е Ч А Н И Я:

(1) Knabe — нем. "мальчик"

Глава 20

ЛАЭЛИ

Никогда в жизни меня нельзя было заподозрить в расизме. Будь вы альвом, демоном или троллем — милости просим, только осторожнее с маминой китайской вазой. Но, боги мои, как я ненавидела оборотней, когда надо мной нависал один из представителей этого замечательного племени, дыша в лицо луком!

— Очнулась, ведьма?

— К моему глубочайшему сожалению…

Я находилась в традиционной комнате для допросов — с толстыми стенами и маленьким зарешеченным окошком, дабы наружу не проникали крики допрашиваемых, когда они будут закладывать и перекладывать друзей, сообщников и родную бабушку. Впрочем, хорошо, что не пыточная. Я изогнулась на стуле и заглянула за спину оборотня — там находились только два воина и щупленький маг — неприятной наружности тип, служивший верой и правдой Командору. Не боятся, сволочи.

К сожалению, у них были на то все основания: наручники на моих запястьях были сделаны из железа, зачарованного хорошими магами, и запрещали любое магическое усилие. Приходилось поневоле вести себя паинькой — к тому же, меня сильно интересовало, что же случилось с остальными и почему это Командор воспылал к нам такой нежной любовью.

Однако пытать меня пока не собираются.

Командор угадал значение нарисовавшегося на моем лице облегчение, оскалился и закивал.

— Ну что вы, госпожа ведьма, какие зверства! Разве правитель цивилизованного, — он сделал ударение, — государство позволит так поступать с гостями? По крайней мере, с желанными гостями.

— Слушайте, — устало попросила я. — Давайте без намеков, а? Как вы поразительно правильно заметили, я ведьма, а не политик.

Он потер большие ладони, поросшие сверху густыми темными волосами. Меня передернуло.

— Мы уважаем и чтим посланников эльфийского королевства — тем более таких важных персон, как наследник престола, Жрица Стихий и ассистентка Архимага… Но, во имя Радеста, госпожа ведьма, неужели вы не заметили, кто скрывается под личиной одного из ваших спутников?

— Под личиной? — медленно протянула я, надеясь выиграть время. В груди похолодело.

Довольный собой Командор уступил место щуплому магу. Тот по привычке держал голову втянутой в плечи, готовый в любое время спрятаться, сбежать.

— Госпожа ведьма, конечно, не догадалась, что облик одного из эльфов принял злейших враг всех добрых существ — темный эльф… дхаэроу, иначе говоря.

— Минуточку! Вы неправильно поняли…

— Вы хотите сказать, что знали о его присутствии? — маг театрально округлил глаза. — И лорд Олег знал? Неужели эльфийское королевство продалось тьме? Значит ли это, что необходимо вскрыть язву и призвать прочие королевства к войне против нечестивцев?..

Да, они меня заткнули. Чашу весов с жизнью Дартона перевесила другая — целое королевство, которое не выстоит против подобных обвинений.

— Нет, я не знала о присутствии темного эльфа в отряде, — я опустила голову. — Никто не знал. Моя вина, простите.

Они обменялись короткими взглядами. Мне показалось, что я виду их насквозь: мы стали шестеренками в политической игре. Новый правитель Ленти хотел аявить о себе, о своей силе и самостоятельности… а тут подвернулся такой случай — опаснейший дхаэроу проникает в их страну. Командор, в чьем роду были обортни, чуткие к любым проявлениям магии, натравил на Дартона своего мага — и тот распознал его истинную личность под иллюзией.