Юлия Власова - Таймири

— О! Вот ты где! — обрадованно вскричала Минорис. — Вы уж извините, — обратилась она к Арии, — мы тут в прятки играем. Таймири прячется, а я ищу.

— Знакомься, — кисло сообщила Таймири. — Моя тетя.

— По-моему, пока я здесь не появилась, у вас обеих был вполне цветущий вид, — проронила Минорис. — Ясно, понятно. Я удаляюсь. Не буду мешать.

Она нерешительно отступила под тяжелым взглядом подруги.

— Ну, ухожу, ухожу, — виновато добавила она. — Только не забудь, завтра встреча с Эльтером. Вы ведь договорились, не так ли? Я отправляюсь с тобой.

— Только этого не хватало! — пробурчала Таймири, когда Минорис ускакала из столовой. — Она, похоже, вбила себе в голову, что не должна отставать от меня ни на шаг. Это ужасно угнетает.

— Понимаю, — усмехнулась тетушка Ария. — В твоем возрасте у меня тоже была такая подружка. Резвая, неусидчивая и липучая, как водоросли в заливе Оонейль.

— У меня из-за нее голова раскалывается, а внутри как будто давит что-то, — пожаловалась Таймири. — Стоит ей уйти — и боль исчезает.

«Почему только она мне не рада? — недоумевала Минорис, шагая по гулкому коридору. — Ведь, по идее, я должна приносить счастье. А мешочек со спорами, что дала мне Ипва, ничуточки не помогает… Уж и не знаю, стоит ли, вообще, верить на слово преподавателю, даже если он верховный? Может, искусными музами вовсе не так становятся? Может, для этого вовсе никаких ухищрений и не нужно?»

Тетушка Ария критически осмотрела комнату племянницы.

— Так вот где тебя поселили? Никакого вкуса, никакого воображения! — проворчала она.

Таймири пожала плечами. Если уж она не сумела привести каморку в надлежащий вид, то тетушка и подавно не справится.

— Здесь не хватает декора, — с апломбом эстета заявила Ария. Слово «декора» она произнесла осторожно, словно бы пробуя на вкус.

— Тетя, ты же ничего не смыслишь в декоре, — с укором сказала Таймири.

— Я, может, и не смыслю. Но, думаю, музы очень даже смыслят, — бойко отпарировала Ария. — Пойдем. В мастерской полным-полно разных комнат. Наверняка в одной из них пылится какой-нибудь короб с вышивками и статуэтками.

24. О параде планет и прожорливой секвойе

В вестибюле было чересчур шумно и оживленно, отчего тетушке Арии немедленно захотелось грохнуться в обморок.

— Не смей, только не здесь, — прошипела Таймири, когда их оттеснили в угол.

— Я не выношу суеты, — простонала Ария. — Нельзя ли найти местечко потише?

В этот момент к стене рядом с ними оттерли какую-то музу. Эта муза была в невероятном охристо-желтом балахоне и широкой соломенной шляпе.

— О, привет! Как поживаете?! — воскликнула она. — Не узнали? Я же Лироя!

У Таймири словно камень с души свалился.

— Как хорошо, что ты здесь! Попробуй разбери, где в этой сутолоке кто! Сегодня что, праздник?

— Бал-маскарад. В честь парада планет! — перекрикивая гомон толпы, сообщила Лироя. — Если хотите участвовать, советую поторопиться. Не то лучшие костюмы разберут.

— Участвовать? Ну, нет! — медленно сползая на пол, подала голос тетушка Ария. — У меня аллергия на маскарады.

— Ваше дело, — с достоинством ответила Лироя. — Но лично я от волшебной одежды в жизни бы не отказалась.

Таймири загорелась любопытством:

— Волшебная одежда, говоришь?

— Да. Во-о-он там! — Лироя махнула рукой в сторону увитой вьюнком, большой застекленной теплицы. — Виноградник открывают лишь по большим праздникам. Что называется, лови момент.

Вход в теплицу заграждала упитанная вахтерша с именной табличкой на груди и требовала соблюдать тишину. Правда, без особого успеха. Тишина, музы и наряды — вещи несовместимые.

— Спокойствие! Всем молчать! Выстроиться в очередь по одному! — выпятив живот, вопила вахтерша.

Таймири и тетушка Ария пробрались к теплице сбоку и прочли вывеску.

— «Виноградник Эльтера»? — пробормотала Ария.

— Вот ни капельки не сомневалась, — фыркнула Таймири. — И он надеялся, что его творение меня здесь задержит?

«Хотя, — пронеслось у нее в уме, — если Эльтер настоящий волшебник, его волшебство может подействовать и на расстоянии. Но что это я! Теперь-то уж меня внутрь никаким пряником не заманишь!»

Вахтерша, казалось, услышала ее мысли. Воинственно насупив брови, она потянула ее за рукав и столь же воинственно осведомилась:

— Новенькие? Если новенькие, вперед шагом марш! Вам можно вне очереди. А ну, живее!

Таймири попробовала возразить, но не успела она и пикнуть, как очутилась в теплице. Следом чуть ли не пинками затолкали тетушку Арию.

— Фу, как невоспитанно! — возмутилась она и вмиг затихла. Вокруг, куда ни глянь, высились зеленые стены винограда. От пола до самой крыши. Пахло черноземом. Искусственный ветерок ворошил листья лоз, а искусственное солнце жарило почти так же яростно, как и настоящее.

Ария пришла в неописуемый восторг:

— Надо же! Плантации! Всегда мечтала побывать на плантациях! — воскликнула она и помчалась вглубь насаждений. — А ягодки, — крикнула она уже издалека, — их есть можно! Да-да! Попробуй, тебе понравится.

Таймири сложила руки на груди и собралась было заявить, что не коснется винограда и пальцем, но тут тетушка Ария сунула в рот ягоду — и ее незамедлительно раздуло.

— А-а-а! Что со мной! — взвыла она. — Снимите с меня эту гадость!

Ее поглотил необъятных размеров красный шар, целиком сделанный из плюша и порядочно набитый ватой. Сел, как влитой.

— Вам еще повезло, что у вас Марс, — сказал кто-то у нее за спиной. С изрядным трудом повернув голову, тетушка Ария убедилась, что голос принадлежал музе в костюме Юпитера, — таком же необъятном, как и ее собственный. К шару Юпитера прилегало плоское кольцо, а ниже, на ниточках, болтались все его шестнадцать спутников.

— У Марса не такие сложные стихи, — пояснила муза.

— Стихи?! — ошеломленно выпучилась на нее Ария.

— Ну да. Представитель каждой планеты будет читать стихи. Сегодня вечером, на сцене актового зала.

— Проклятье! Если меня выведут на сцену в этом убожестве, я точно сморожу какую-нибудь глупость! У меня аллергия на праздники!

Судя по всему, аллергию на праздники тетушка Ария заработала совсем недавно.

— Разрешите, я вас немножечко потесню, — улыбнулась муза-Юпитер и, после того как Ария с Таймири вжались в зеленую стену из лоз, неуклюже проследовала к выходу. Кто-то у турникета одобрительно хлопнул ее по плечу. То есть по тому месту, где должно было быть плечо.