Мефодий Громов - Пасынок Судьбы

Двигались мы очень долго и очень далеко, несколько раз мелькали совершенно разные районы и переулки, но вскоре мы остановились в темной арке и, прижавшись к стене, могли перевести дух.

— Фух!.. Спасибо тебе, кстати, как тебя зовут? — я попытался сделать самую красивую улыбку, но, видимо, не вышло, так как после моих слов посмотрела она на меня… Мягко говоря, сердито…

— Как меня… Да я тебя… Ух-х!! — резко развернувшись, она пошла в сторону стойл, в которых виднелась пара ящериц. Мне ничего не оставалось, как последовать за ней (она всю дорогу таскала меня за локоть, даже сейчас).

— Вау! Скаутеры, первый раз их вижу так близко! — я попытался немного развеять обстановку, но девушка не ответила, занятая своими мыслями.

Две ящерицы оглянулись на звук наших шагов, а одна из них, зеленая, даже как-то мурлыкнула гортанным голосом, когда девушка подошла к ней. Вторая же, серая, сначала осматривала меня, потом обнюхивала, и только после этого соизволила почесать себя по мордочке.

Совершив сей ритуал, она прислонилась брюхом к земле и я сел на нее, вставив ноги в стремя. Управление девушка рассказала мне по дороге, когда мы с большой (для ящериц) скоростью вылетели из Салидона, а я чуть было на первых секундах не слетел со скаутеров, и, испугавшись, несильно обхватил ее за брюхо.

Я никого не ощущал за собой, но девушка гнала все быстрей и быстрей, пока мы не спешились: скаутеры прилично устали. Молча она напоила их водой из ручейка, и через десять минут мы снова бешено скакали до ближайшей гостиницы.

Заметили мы ее издалека: трехэтажная, рядом стойла, несколько недорогих карет расположились рядом друг с другом. Гостиница была единственным домом на этих холмах, и, по-моему, очень даже уместно: от Салидона примерно несколько часов ехать на карете, запряженной скаутерами, а отдых нужен всегда, в особенности ящерицам…

Передав наших скаутеров слуге, мы зашли в гостиницу с названием «Путник» и, переговорив с местным управляющим о цене, заказали ужин на двоих.

До этого я не сильно ощущал голод, но когда принесли вкусно пахнущую еду, у меня потекли слюни как у месяц голодавшего бродяги, а живот яростно скрутило. На первом этаже, который являлся харчевней, было большое количество киров, и все они принадлежали знати, насколько я мог судить по каретам на улице и дорого расшитым подолам платья.

Накинувшись на еду так, что на меня сразу же обернулись все присутствующие, я просто уплетал все содержимое своей тарелки, запивая приличным количеством воды из кувшина.

— Хам!..

— Кто пустил сюда этого бездомного нищего?..

— Уличное отродье!..

Тут же послышались такие вот гневные реплики на мой счет, и добрая половина киров повставала со своих мест, с презрением поднявшись на второй этаж.

Да мне как-то наплевать на этих зажравшихся дворняжек — я есть хочу!

Моя спутница (или это я был ей спутником?..) тоже с удивлением посматривала на меня, не забывая при этом хрумкать местную вкуснятину. Она-то хотя бы могла понять, почему я был таким голодным.

Я закончил с едой раньше молчаливой спутницы, и сейчас с наслаждением ждал окончания ее трапезы. После я проследовал за ней по местами скрипучим доскам лестницы на второй этаж, где нам выделили комнату. Дверь оказалась открытой, а во внутренней скважине замка торчал ключ. Как будто и не заметив этого, она зашла в комнату. Я же прямо с порога заговорил, прикрывая за собой дверь:

— Спасибо, что спасла меня, — я широко улыбнулся, но девушка стояла ко мне спиной и не увидела сей жест. Ее темные волосы красиво блестели в вечерних лучах солнца, а складная фигурка лишь дополняла красивый образ, — Кстати, а как тебя зовут?

— Как меня зовут?! — она настолько быстро оказалась рядом со мной, что я даже не успел среагировать на весьма ощутимую и быструю оплеуху, после которой у меня чуть было не сломалась челюсть, а в левом глазу я отчетливо мог сосчитать синие круги.

— Ох, ты ж, блин!.. За что?.. — крутанув пару раз челюстью, я хлопал глазами и одновременно вертел головой из стороны в сторону.

— За что? За что?! — она кричала на меня с заплаканными глазами и немного дрожащим голосом, отчего ее было жалко. — Да я тебя… — неожиданно она отвела голову куда-то в сторону и ее взгляд стал прозрачным.

— Ты чего?.. — я уже начал опасаться ее выходок и теперь был готов ко всему.

— Несколько человек следуют за нами, — схватив меня за порванный балахон, она потянула в сторону окна. — Надо бежать!

— Что?! Люди?! Что они тут забыли?

— Как это — что? А кто же, по-твоему, дрался с тобой, сажал за решетку и оскорблял только что?

— Киры, кто же еще?

— Кто?.. Впрочем, не важно, по наши головы пустили несколько Убийц, и нам надо бежать!..

— Несколько?.. — сосчитав все источники Ки, я удивленно посмотрел на девушку. — Их же всего четверо.

— Как ты?.. — она отпустила мою кофту и чуть было снова не накричала. — Ладно, забудь. Эти четверо, как ты сказал, наверняка Мастера и просто так их не победить.

— Мастера? — улыбка на моем лице не предвещала ничего хорошего тем убийцам. — Ничего, меня те еще мастера тренировали!!!

Я уже хотел было выйти из комнаты и горячо встретить гостей, но девушка крепко вцепилась в мой локоть.

— Ты не сможешь ничего сделать против четверых! — ее испуганный взгляд и срывающийся голос почему-то меня остановил. — Хоть ты и Абсолют, против четверки Мастеров даже тебе не справиться!!!

В конце она даже перешла на крик и слезы хлынули по ее испуганному лицу. Не знаю, почему, но у меня из правого глаза тоже вытекла одинокая слеза, но при этом я ничего не почувствовал. Совсем ничего…

Черт, даже подраться не дают! После боя с тем вооруженным гадом у меня просто руки чесались из-за своей беспомощности. Ведь это был всего лишь один враг, причем я успел заметить, что рукопашный бой — явно не его конек.

По незнакомке было заметно, что без меня она никуда не уйдет, а заставлять ее остаться здесь, в месте будущей драки с весьма мощными кирами мне совсем не хотелось. Не люблю, когда из-за меня страдают другие киры, и, скорчив недовольную мину, пробубнил я:

— Ладно…

Подбежав к окну, она открыла его и вопросительно глянула на меня.

— О нет, опять это окно! — оно было точно таким же, как и в том трактире, где я оставил свой рюкзак. — Не, не хочу!

Ох, как я возненавидел тех, кто вставлял такие окна в трактире, спрыгивая со второго этажа.

— Черт бы побрал их! Найду этих гребаных дизайнеров — порешу всех! — угрожал кулаком я, подгоняемый сильными толчками девушки, державшей меня за локоть. Пару раз она даже хохотнула надо мной и над моими потугами избить темный проем окна, и ее лицо на миг окрасила такая радость, будто она встретила старого знакомого.