Николай Туканов - Голова оборотня

– Тейрам, бери людей и начинайте сортировать камни, – Мерги указал на высокие кучи булыжников разных размеров, сваленных у стены дома.

– Вилт, возьми пару человек и взвешивай хотя бы по паре штук из каждой части отобранных камней. Хемилон, старайся рассчитать, сколько и каких камней нужно, чтобы на каждый залп приходилось сто сорок – сто пятьдесят фунтов груза. На каждый требушет нужно не меньше двадцати готовых выстрелов.

Вилт застонал, представив сотни булыжников, которыми им придется нагружать сетки требушетов. И нагружать быстро!

– Ратный труд поэтому и называется трудом, что люди проливают на войне пот и кровь, – поучительно заметил Дунур, услышав проклятья коротышки.

– Вот поэтому я предпочитаю потеть за столом или в кровати в приятной компании, – огрызнулся лекарь. – Там кровавые мозоли не заработаешь.

– Скоро будет светать, – требовательным тоном напомнил другу Мерги.

– Иду-иду, – буркнул Вилт, направляясь к весам.

Утром, через час после того, как посветлело небо на востоке, начальник городского гарнизона Сигор придирчиво осматривал требушеты в сопровождении своих немногословных помощников. Идущий слева от него Дунур рассказывал об успешном испытании орудий. За ночь еще три валуна вызвали беспокойство у осаждающих. Сейчас люди отдыхали у почти погасших костров, тихо переговариваясь и посматривая на воинов. Кузнецы, клятвенно пообещав, что железные части требушетов переживут не одну осаду, разошлись по домам. Двоим плотникам пришлось остаться, Мерги решил, что при интенсивной стрельбе какой-нибудь брус может и не выдержать, сломавшись в самый неподходящий момент.

Сигор осмотрел кучи булыжников и цифры на земле возле каждой из них, указывающие ее приблизительный вес.

– И на какое расстояние они полетят? – обратился военачальник к Дунуру.

– От ста двадцати до полутора сотен шагов от ворот, – ответил офицер.

– Слишком далеко, – недовольно поморщился Сигор. – Если дангарцы навалятся на ворота, то мы их не удержим. – Сделайте так, чтобы камни как можно ближе падали к воротам.

– Существует опасность, что часть булыжников упадет на головы нашим солдатам, – осторожно заметил Мерги. – Камни ведь тоже летят по-разному. Часть чуть дальше, а часть, – Мерги вздохнул, – и поближе.

– Мы сейчас не в том положении, чтобы беречь свои головы, – сухо ответил Сигор.

– Если мы удвоим забрасываемый вес, то камни будут падать в двадцати-тридцати шагах от ворот, – прикинув в уме, произнес сапожник.

– Подходит, – кивнул отец солдат. – И стреляйте как можно чаще, хотя бы три раза в час. – Погоды вы конечно не сделаете, но если дангарцы будут знать, что каждую треть часа на их головы будут сыпятся камни, мы удержим ворота.

– Я слышал, что в городе остановился алый маг Феган, – неопределенно начал Мерги. – С его магической силой можно многое сделать.

Сигор тяжело задышал, и тяжело посмотрев на сапожника, негромко процедил:

– Господин маг при всем желании не может рисковать сохранностью имперских регалий и золота, которые он нашел в горах.

– Мертвые дангарцы – лучшая защита от воров, – громко сказал Вилт с кривой усмешкой. – Или Феган считает ворами только нас?

Сигор хотел что-то сказать коротышке в ответ, но потом передумал. Обведя усталым взглядом слушающих его людей, он глухо произнес:

– Надейтесь только на свои силы, – и зашагал в сторону ворот.

Собравшиеся молча смотрели в спину Сигора, пока Дунур не приказал:

– Начинайте готовить камни.

Обслуга под руководством Хемилона приступила к перекладыванию булыжников. В отличие от вчерашнего дня, никто не ворчал, все поняли, что исход скоротечной осады зависит и от них.

Догрузив сети требушетов, Тейрам вытер пот со лба и огляделся. Люди, разбившись на две группы, стояли у взведенных орудий и напряженно ждали начала боя. Судя по громким звукам труб из-за стены, дангарцы готовились к штурму. Через рынок протопало около сотни горожан-добровольцев в сопровождении десяти солдат. Глядя на их взволнованные лица, Тейрам подумал, что многие из них могут не вернуться в свои дома. Сам он не особо волновался, сказывалась недавняя служба в Ларморе. Некоторое напряжение лишь сильнее гнало кровь по жилам, вызывая желание какого-нибудь действия. Хемилон немного побледнел, но держался уверенно. Вилт, как сорока, беспокойно крутил головой, прислушиваясь к окружающим звукам.

Неожиданно издали до них донесся громкий неразборчивый крик многотысячной толпы, который скоро перешел в глухой топот.

Дунур, взобравшийся на крышу одного из домов, отделявших рынок от городских ворот, напряженно смотрел в сторону приближающегося шума. На стене защитники осыпали невидимых офицеру врагов стрелами. Как только осажденные взялись за бревна и короткие метательнвые копья, Дунур обернулся в сторону замерших в ожидании подчиненных и махнул несколько раз рукой.

– Бей! – крикнул Мерги Тейраму.

Наемник ударил молотом по клину. Сетка, пролетев над их головами, раскрылась и выпустила в воздух десятки тяжелых камней. Обслуга бросилась ловить качающиеся канаты.

Через мгновение Мерги повторил действия Тейрама. Спустя полчаса требушеты вновь были готовы к стрельбе. На головы атакующих дангарцев два раза в час обрушивался град камней, сметающий на подступах к воротам их атакующую колонну.

После залпа требушетов защитники на стене и вратных башнях осыпали рассеянных солдат дождем из стрел. Другие бросали тяжелые бревна и лили масло на обтянутый мокрой кожей навес, под укрытием которого полсотни дангарских солдат раскачивали огромный таран с железным наконечником, периодически нанося по створам ворот оглушительные удары, заставлявшие их трещать и сминая укрепляющие железные полосы. Без поддержки дангарских лучников и арбалетчиков, которых рассеивали требушеты, бревна и камни проламывали навес, а подожженное масло заставляло дангарцев спешно откатывать таран подальше от стены, чтобы потушить огонь и заделать повреждения. Затем дангарские сотники вновь формировали ударный клин с тараном на его острие. Многочисленные лучники и арбалетчики посылали тучи стрел в сторону бератцев, не позволяя им высунуть и носа из-за зубцов стены и бойниц надвратных башен. Под прикрытием стрел таран успевал сделать всего несколько ударов по воротам, затем на головы осаждающих с неба обрушивался очередной каменный дождь.

На одиннадцатой атаке дангарцы не выдержали и отошли назад в лагерь, оставив под стенами несколько сотен убитых. После этого атаки на других участках стены вскоре прекратились. Дангарские горнисты пропели запоздалый сигнал отхода.