Игорь Ковальчук - Бессмертные

– Хм. – Руин прислушался к шороху в глубине машины. – Да уж.

«Надо быть осторожнее, – подумал он. – Лучше профильтровывать темную энергию. Иначе, не дай бог, можно вызвать катастрофу». Черная магическая энергия создавала с белой опасное сочетание, грозящее даже взрывом, если ее соберется много в одном месте. Руину пришлось вмешаться в механизм белого заклинания, наложенного на автомобиль, потом немного подкорректировать собственные заклинания.

– Эй, Руин, может, я объясню тебе, как обращаться с этой штукой? – спросил Мэльдор. Его голос сквозь стекла машины звучал глухо.

– Ладно, я сам, – отважно сказал принц и, нажав на педаль сцепления, надавил на акселератор.

Автомобиль взревел и прыгнул вперед.

– Стой! – крикнул Мэльдор, но не с испугом, а скорее с азартом.

Но его никто не услышал. Машина с грохотом врезалась в дверь гаража и вышибла ее. Выехала на подъездную дорогу. Скрежещущее железо немного задержало автомобиль, но лишь ненадолго; машина выехала из груды обломков – по пути Руин еще сбил бочку для воды, к счастью пустую, и скамеечку у столика во дворе, и, прогрохотав по мощеной дорожке и помяв цветы у крыльца, она развернулась и помчалась прямо на ворота. На сияющем бампере не было ни единой царапины.

Ворота, разумеется, были закрыты. Руин лишь в последний момент сообразил, что их, наверное, надо не только открыть, но и отпереть. Ворота выглядели солидно – на бетонных столбах, из выкрашенного в черный цвет металла. И что самое главное, они были зачарованны как любые ворота любого богатого особняка в этом районе. Принц дернул руль, но понял, что сейчас он врежется не просто в ворота, а в бетонное основание, и в последний момент дал сигнал левитационному заклинанию. Машина взбрыкнула и встала на дыбы. А потом она взлетела вверх и красиво перелетела через ворота.

Мэльдор, стоявший в воротах гаража, в окружении искореженных остатков металла и погнутых опор, восторженно свистел при помощи трех пальцев.

Очень быстро Руин понял, что управлять левитирующим автомобилем гораздо труднее, чем едущим. Помимо «вправо-влево» добавилось еще «вверх-вниз», и стало совсем невесело. Стремясь совладать со взбесившимся железным конем, Руин крутанул руль и попытался вывернуть на дорогу, но у него ни чего не получилось. Совершив красивое сальто и нацелившись вниз, машина примерилась было приземлиться, но принц понял, что приземлиться он может только в кювет, и снова схватился за руль.

Наверное, если бы автомобиль мог помотать головой, как жеребец, он с удовольствием сделал бы это. А так лишь всхрапнул мотором и снова взмыл над землей. Ворота особняка напротив надвинулись рывком, машина, повинуясь руке водителя, взмыла еще выше и перепорхнула через них, сшибив всего лишь пару горшков с плющом и погнув пару кованых украшений. Руин думал приземлиться на дорожке, но машина, конечно, не вписалась. Она звякнула задом по булыжнику, снесла бордюр у клумбы и, упруго подпрыгнув на колесах, ласточкой нырнула прямо в зеркальное стекло оранжереи.

Звон стекла оглушил принца, и он порадовался, что все окна машины плотно закрыты. Его «железный конь» врубился в густую зелень, наполняющую галерею изнутри, и завяз в ней. Руин попытался вы тянуть автомобиль при помощи левитирующего заклинания, но при его активировании металл терял вес и, прочно зацепившись за что-то, теперь оказался не в состоянии выкарабкаться из гущины зелени. Мотор жалобно выл, но сцепления с землей во время левитации, разумеется, не было, и помочь он не мог ничем. Поколебавшись, принц отключил заклинание, и машина рухнула вниз, круша хрупкие температурные и оросительные установки, ломая маленькие деревца, кустики и растения. А заодно довершил разрушение стеклянной стены.

– Да уж, – вслух произнес Руин. – Не слишком удачно.

Он попытался выбраться из машины, но даже открыть дверь ему удалось далеко не сразу – ее забаррикадировали зелень и обломки. Пришлось вылезать через другую дверцу. Осторожно ступая по густой смеси битого стекла, кусков труб и каких-то механизмов, а также по зеленой каше из растений, провальский принц выбрался из оранжереи. У чужих покореженных ворот уже стоял Мэльдор, потрясающе респектабельный в своем черном костюме и белой рубашке. На лице у него цвела довольная улыбка. Положив обе руки на выступающий фигурный замок, он с интересом смотрел на па сынка.

– Теперь понимаешь, почему нас, Мортимеров, не любят? – спросил он. – Вот именно из-за таких вы ходок.

– Но я же не Мортимер.

– Ну и что? Поступок вполне в этом духе, и по том, ты ведь живешь у меня… И вообще я хотел поговорить с тобой на эту тему…

А из– за угла особняка уже бежал разъяренный рыжеволосый мужчина в спортивных трусах и майке с личиком смазливой женщины на животе. Он размахивал руками и кричал, но что именно, Руин сперва не разобрал, а потом отчим оттеснил его себе за спину. Принц не возражал, тем более что он до сих пор понимал жизнь центритов хорошо если на одну треть. Он с острейшим интересом следил за беседой и за лицом рыжеволосого.

Тот кричал, что его уже довело до крайности соседство с Мортимерами, что он больше не может его выносить, что только человек, нездоровый психически, может придумать прыгать на машине через ворота в чужую оранжерею, что это уголовно наказуемое преступление, и уж теперь-то он разберется с соседями по-свойски. У Руина то и дело возникала мысль возразить, но взгляд Мэльдора останавливал его. Юрист молча слушал вопли своего соседа, а когда тот начал выдыхаться, вынул чековую книжку. Заполнил листок, выдрал его и протянул Алзару.

– Устраивает?

Рыжеволосый скандалист взял листок, посмотрел – для этого поневоле пришлось замолкнуть. По смотрев, заворчал было, что он этого так не оставит и что это совсем не дело – сперва все крушить, по том спокойно платить, будто так и надо, но Мэльдор его уже не слушал. Он расстегнул запонки на манжетах рубашки, поддернул их повыше и потер ладонью о ладонь. Потом вытянул руки вперед жестом фокусника – пальцы у него были ловкие и очень гибкие. Пахнуло магией. Машина, кокетливо высовывающая зад из густой зелени, дрогнула, приподнялась (в галерее опять что-то хрустнуло, разбилось еще одно стекло, и Алзара завопил, что это уж никуда не годиться – рушить его оранжерею без стыда и совести прямо у него на глазах) и выплыла оттуда. Заваливаясь то на передние, то на задние колеса, беспомощно крутящиеся в воздухе, машина порхнула через двор и ворота на дорогу и встала на все четыре колеса.

Руин внимательно следил за манипуляциями отчима. Кое-что в той магии, которую он использовал, молодой маг понял, кое-что нет, но подивился тому, что не испытывает от соседства с нею никакого дискомфорта. Принца и прежде удивляло то, насколько он хорошо себя чувствует в Центре, самом средоточии белой магии, где любого черного мага трясло бы и подбрасывало непрерывно и дело непременно закончилось бы смертью. Но с сыном провальского властителя ничего подобного не случалось. Даже про ходя в непосредственной близости от каналов белой энергии, он испытывал только озноб и легкое головокружение под мощным напором магического излучения, но больше ничего. И теперь он сделал себе пометку – спросить у Мортимера чуть позже, знает ли он, в чем тут дело.