Дзиньштейн - Ещё один человек

— А чего ты тут делаешь?

— Ааа… я тут денек отдыхал… Развлекался. Пойдем, покажу — Артур повел меня к багажнику, открыл его — Смотри! Как тебе?

В багажнике лежали две голые девушки, со связанными руками и ногами. Лет по пятнадцать, одна даже помладше вроде. Ну, Артур всегда отличался пристрастием к совсем молоденьким… Да, судя по виду — «развлекся» он на славу… есть у него вроде такие наклонности… нестандартные.

— Родители их сдохли, а они сбежали, типа меня тормознули — подвезти — Артур смеется — Ага, шашечки видно увидели, такси бля! Проезд оплатить надо! Вот к ним и поехали, грохнул я их родаков, и оттянулись пару дней.

— Фигасе…

— Ну, как, нравится? Может, тоже хочешь? — Он делает эдакий барственный жест — Выбирай, дарю! Пиратская добыча!

Артур весело ржет, а я смотрю на девченок… Старшая, закусив губу отвернулась, а младшая смотрит на меня… Да, глазищи у нее… Не могу оторвать взгляд, хочется… Кажется, я все понял. Мозаика сошлась. Точно! Вот теперь я ЗНАЮ, для чего, а главное — КАК надо жить. И теперь я сумею… и начну прямо сейчас.

— Артур! Слышь! Давай я к тебе в твою «пиратскую команду», а?

— Аааа! Че, завидно? Тоже хочешь красиво жить?

— Ну, дык… а че нет-то? Берешь? Буду у тебя этим, как его… короче, тоже пиратом… Смари!

Приняв картинную позу, я левой достаю тесак, правой обрез, и изображаю «злобного пирата» — присев и разведя руки, состроив зловещую гримасу. Артур весело ржет, девченки, кажется, начинают всхлипывать…

Ну, что ж? Я готов сделать свой выбор. И решить — как и для чего мне жить дальше.

Я таки нашел свое место под солнцем.

Часть 3

Навстречу Судьбе

1

Я в общем-то неплохо освоился уже со своим обрезом. Привык держать его всегда под рукой. То есть — совсем всегда. И когда гажу, и когда сплю. Но, когда сплю — то боязно во сне пальнуть, и отстрелить себе яйцы или там еще чего. Потому на ночь, хоть патрон и всегда в стволе, но курок спускаю рычагом. Если что — взвести дело секунды. Но на ружье есть и предохранитель — удобная такая пупочка, прям под пальцем. И когда я собираюсь со двора — я курок-то взвожу, а на предохранитель ставлю. Нажать его — и секунды нету — и стреляй.

Артур весело ржал, девчонки всхлипывали… а я еще вытаскивая обрез, снял его с предохранителя — и теперь, с одного движения поднеся его почти в упор, снес Артуру башку. Вот так. Пират, бля. Ты низложен, слезай с бочки, Сильвер!

Девчонки смотрели на меня широко раскрытыми глазами… ага, ща заорут! Только не хватало! Сделав страшную рожу, приложил палец к губам:

— Тсссс! Тихо!

Перезарядил обрез, сунулся смотреть машину — ага, ключики-то в замке! На заднем сидении сумка… что там? О, шмотки, еда… ага, ага, судя по размерам и виду — девчонок этих… отлично. Схватил сумку, обошел машину. Девочки так и зажались в угол, когда я подошел… да, Артурчик, сука эдакая, видать, отдохнул ты хорошо… напоследок. Достал нож (вздрогнули, еще больше сжались… бля, глазищи свои отведите, нет сил смотреть…), разрезал шнуры на руках и ногах. Так и сидят комочками, стыдливо прикрываясь. Кивнул на сумку:

— Ваше? — Спросил я, и старшая. в ответ боязливо чуть кивнула — Одевайтесь, скорее!

Они помедлили секунду — и торопливо принялись одеваться. А я подошел к Артуру. Пират, my ass! Нагнулся, брезгливо обшарил — выдернул пистолет, нашел в кармане запасную обойму… остальное особо и смотреть не стал… драгоценности, деньги… бля, хоть руки мой… Из-за угла дома вышел упырь и пошел к нам. Взяв неуклюже двумя руками пистолет, прицелился… Бах! — голова упыря мотнулась за мгновение до выстрела, и пуля прошла мимо… Бах! — туда же… Сообразив, ловлю среднюю точку, выбираю момент… и попадаю! Метров с десяти, но все же! Появляются еще два упыря. Обжигает мысль — патроны! Сколько их? Десять? Вроде десять… или нет? Чорт… Артур выстрелил… три… я — три. Шесть… Сколько еще? Так, он же как-то… нажимаю на кнопочку на рукоятке, и плоская обойма падает под ноги… Запасная, так… Ближайший упырь метрах в пяти… Ннна! Готов… второй… Нна! Пуля попала в голову, но, видно, только зацепила — упырь начинает как-то странно кружить, тянется ко мне, и разворачивается… мозг повредил? Добавим! Бах! — готов!

Подбираю выпавшую обойму — блин, там всего один патрон! Ай да я, сообразил! Поворачиваюсь — девочки оделись, и стоят, со страхом глядя на меня. Младшая уткнулась в плечо старшей, а та ее приобняла, словно защищая… Не получается сказать, делаю красноречивый жест рукой с пистолетом — в машину! Не в силах сдержаться, поворачиваюсь, и пинаю тело Артура, смачно сплюнув. Эдакая мразь. Еще идут упыри. Не буду мешать. Обед за мой счет. Угощайтесь. Надеюсь, нормально переварите это дерьмо.

Захлопнув багажник, прыгаю в нутро Шевроле, закрываю дверь. Так, осмотреться… ага… ну, с Богом! Пистолет мешает — и я отдаю его вместе с обоймой старшей:

— Держи! — и спохватившись — Только не нажми на курок! Выстрелит! Осторожнее!

А я завожу и начинаю выруливать… ага, пошла пирушка у упырей… ешьте, ешьте — сегодня ничего не имею против, мясцо свежее, хотя и тухлое. Отмечаю, что старшая держит пистолет неуклюже, хотя и не на спуске палец, но направила на меня… Только бы не выстрелила, дуреха, будет очень обидно.

В полминуты мощный самоход доносит нас до виадука. Ближе к вершине — на дороге положены бетонные блоки, змейкой. Перед ними стоият пара автомобилей, видно, доехали и бросили. Пробираюсь по змейке. Ствол пулемета на броневике смотрит на машину, а танчик стоит смирно, тоненькая пушка смотрит в город. Вояки, человек семь, стоят, переговариваясь, автоматы держат спокойно, но тоже на меня. Вот один дает жест — стой! Стою, не дурак. Подходит. Смотрит.

— Здорово. Откуда?

— День добрый. Из города. (нет, бля, с курорта еду…)

— Ага. Ясно. Укушенные есть?

— Нет… — Я вопросительно смотрю на девчонок, те мотают головами — Нет, нету, все целы.

— Оружие?

— Есть — обрез, пистолет, тесак…

— Пофиг. Просто не трогай его пока, ага.

— Ага — Я показываю девчонке, чтобы положила пистолет на переднее сидение, та слушается.

— Выходите, переговорим, решим.

Выходим. Девочки стоят чуть спокойнее, чем раньше, но все равно крепко прижимаются друг к другу, кусают губы. Вояки смотрят на нас, лыбятся.

— Ну, откуда вы такие? Сестрицы чтоль твои? — это из-за танка вышел какой-то хрен, судя по погонам, возрасту и поведению остальных — офицер и вообще тут главный.

— Вот, тарщьмайор, разрешите… — Начинает тараторит один, но майор машет, мол, ладно.