Елена Лирмант - Огенная Лисица и Чёрный дракон

— Я смотрю, Владыка, ты производишь сногсшибательное впечатление на девушек, — раздался насмешливый голос Нагны.

— Мне не хотелось бы производить такое впечатление, — ответил я и сделал шаг к Мэриетте, но она отступила и, посмотрев на княгиню, сказала:

— Госпожа, прошу извинить меня, мне что-то сегодня нездоровится, вы не будете против, если я пропущу завтрак?

— Да, Мэриетта, иди. Ты устала. Я понимаю.

И это видение исчезло. Мое сердце колотилось. Но опять я не мог себе представить, что вот этот ребенок и есть моя Мэриэлла. В ней не было ничего от амазонки. Нежное личико, слишком нежное для той, которая так яростно защищала мою спину в Нитуме, неслась на арбе, выдавливала шершей из пещеры в Фаире, и ползла под сеткой в Кантине. Весь ее облик — и хрупкая фигурка, и глаза, полные страха, — сильно отличался от той, что зажгла горожан Кантина своим танцем. Я удивленно посмотрел на Эола, а он, улыбался, как будто хотел сказать: — Ну, что узнал?

Неловкую паузу нарушил Полин: — Ну, ладно! Прошу всех за стол.

Мы заняли свои места. Есть мне совсем расхотелось. И на все навязчивые ухаживания Нагны, я отвечал вежливым отказом, с нетерпением, ожидая, конца завтрака, когда смогу расспросить Эола. А трапеза тянулась, как заунывные жалобы попрошаек. Но вот, наконец, все встали из-за стола. И я, подхватив Эола за локоть, потащил в сад.

— Ну, рассказывай, — не выдержал я.

— Откуда прикажешь начинать, Владыка? — ветер согнулся в три погибели.

— Ты меня знаешь, я не Энлиль, мне легче раз ударить, чем вить словесную чушь.

— Ладно, не сердись. Давай хоть сядем. А то после еды ноги не держат.

Мы уселись прямо на траву.

— Ну, слушай, мою печальную повесть. Энлиль с дружиной отправился очищать свои земли от шершей. Меня оставил за главного в Атель. Несу вахту, стараюсь изо всех сил.

— Не тяни, убью, — проворчал я.

— Торопыга ты наш, как сказала бы Мэриетта. Продолжаю сказывать. И вот как-то сижу, пью кофе. Летит шар. А в нем записка: «Энлиль, срочно нужна твоя помощь в Кантине. Зелен». Энлиля нет. Но есть я. Поднимаюсь, надеваю свой лучший костюм, помнишь, тот серый?

— Еще одно слово не по делу….

— Не торопи, я только самое главное. И лечу в Кантин. Там меня встречают, берут под белые ручки, я и понять ничего не успел, как снимают мой лучший костюм, оставляют, в чем мать родила, привязывают к стене магическими верёвками. Появляется красивая амазонка, смотрит на меня и рычит: — Это кто? Мне Энлиль нужен!

Тут появляется вторая красавица, и начинает ворковать, мол, прости, мы же не знали Энлиля в лицо. Потом вторая уходит, а первая, стерва, ну, я найду ее, хватает со стола нож и начинает им в меня тыкать. Причем не глубоко, а так, чтобы только мое красивое, благородное тело изуродовать. При этом все шептала:

— Вот тебе за красавицу, вот тебе за полеты, вот тебе за надежду, вот тебе за обман, вот тебе за все, я тебе твое мужское достоинство отрежу.

Начинаю понимать, что это брошенная моим братцем девица. Но обидно, что на стене мое тело, а не его, и если она приведет свою угрозу в исполнение, то я, а не он, всю оставшуюся жизнь буду плакать горькими слезами. При этом она пытается выяснить, где может быть Энлиль. Ну, а у меня, от этого злодейства, память отшибло. Кажется, потерял сознание. Очнулся, ее нет. Мое достоинство при мне. Я обрадовался. Но вырваться не мог. Обо мне просто забыли. И как я понял, оставили умирать. Сколько висел, не скажу. И тут, что-то прохладное, легкое и прекрасное дотрагивается до меня. Открываю глаза, Мэриетта, а потом вижу Снежку. Выясняю, они прячутся, от тебя, оказывается, Мэриетта так станцевала с тобой, что все жители города потеряли рассудок. Снежку чуть не утащили в кусты. Они просят помощи. И я предоставляю им ее. Ваша защита с Зеленым не удержит ветер. Разве не так? Переправляю их на другой берег озера, прошу подождать, а сам несусь к Энлилю. Все рассказал. Он только посмеялся. Сказал, что знает эту стервозную амазонку, и как только освободиться, мы с ним вместе ее навестим. Меня одели в приличное платье. Отпросился у брата и поспешил назад. Моих красавиц нет. Ох, и испугался я тогда. Весь прибрежный лес прочесал. Исчезли. Вернулся обратно. И уже через день вижу Снежку. Энлиль кинулся к ней, как голодный тигр, правда, как только прикоснулся губами к ее руке, остыл. Странно, я от одного прикосновения к моей лесной нимфе загораюсь огнем. После него к Снежке подошёл я. Она обрадовалась. Честное слово! Мне кажется, я ей нравлюсь. Выясняю, что идут в Город Радуг к Алу. Набиваюсь к ним в спутники. И вот мы здесь! Ала нет. Но Мэриетта помогает княгине лечить горожан. У них ни одного городского мага нет. Собираемся в Атель. Конец!

Чего молчишь? Там среди деревьев Мэриетты нет. И предупреждаю, не тронь ее. Смотри, как побледнел. Жалеешь, что не смог уложить ее на мягкую травку?

— Заткнись!

— Не рычи. Я серьезно тебе говорю. Сам видел, как она помертвела, увидев тебя…

— Ты кому-нибудь здесь рассказывал обо всем?

— За кого ты меня держишь! Во-первых, это дело касается Владыки Огня, моего друга. Поэтому никто ничего не узнает! Только брату рассказал. Он заинтересовался. Хочет видеть Мэриетту у себя…

— Не уходите пока. Там за городскими стенами неспокойно. У нас сегодня будет встреча с мертвяками. Ты будешь мне нужен.

— Так, значит, это правда?

— Да!

— Дар, я в твоем распоряжении. Надо девочек спрятать!

— Вот этим и займись. Кстати, ту амазонку можешь не искать, ее больше нет!

— Вот как? Твоя работа?

— Да.

— Жаль, а то бы я ее тоже ножичком пощекотал.

— Ну, извини, я не знал. Если бы пришёл ко мне тогда в Кантине, рассказал все — она была бы твоей.

— Вот так всегда, и опять я виноват! Вы с Энлилем мастера все переворачивать с ног на голову.

— Мне пора. Будь наготове…

Я встал и пошёл в замок. Голова раскалилась от мыслей. С одной стороны, я был уверен, что нашёл, наконец, Мэриэллу. Но с другой, боялся ошибиться. А вдруг не она. Вдруг Мэриетта, это Мэриетта! Я как охотник несся за своей добычей, и в самый последний момент, она вдруг раздвоилась. Это создание, представшее передо мной в столовой, ну, никак не укладывалась в образ, который вставал перед моими глазами, когда я думал о дочери Раста. Разрешить свои сомнения можно было одним путем, посмотреть ее личные вещи. Конечно, кольца я могу не обнаружить, если она носит его в кармане… Но на ней было платье. А в платье нет карманов. Хотя у женщин есть место, где можно спрятать столь маленькую вещь. На груди. Но меч. Мой меч. Он может быть только у Мэриэллы. Только Огненная Лисица была у Старшого, именно ей он сказал заветные слова.