Наталья Тишь - Лунные дети (СИ)

Коты внезапно сошли с тротуара и остановились посреди дороги, принялись кружить на месте, словно неуверенные, в какую сторону дальше идти. Сыщики тут же отступили назад, позволяя гейнимам беспрепятственно обнюхивать дорогу, перегородили колею, чтобы кошек не сбили клейсдали. Гейнимы нетерпеливо дергали хвостами, елозили мордами по накатанному снегу и все фыркали. Гаот в какой-то момент замер, и я задержала дыхание. Гейним утробно мяукнул, царапнул снег, а потом, взвыв, рванул в ближайший переулок. Билёг и Айч прыжками последовали за ним, мы тоже снова сорвались с места. Уморительная картинка, наверное, — толпа в шубах бежит за тремя котами. Интересна, какая репутация у сыщиков в Гестоле? Я как-то не задумывалась раньше об этом, не сталкиваясь с этими бравыми ребятами, но теперь придется. А ну как уроню честь еще ненароком, потом же присядут на уши с нотациями, не дай Небо.

Гаот петлял по переулкам, периодически вжимаясь усатой мордой в стены дома. Один из следопытов, вроде Фэлан, сообщил, что на камне едва заметные следы крови. Значит, взрыв хорошо задел убийцу. Вот интересно — кто же такой добрый? То есть, если до этого мне было плевать, кто навесил «хамелеона», убрать сама я его не могла (ага, неправильное обращение с сетью вело всегда к одному — собственно, к тому же, что и неверное активирующее слово, и искажение заклинания, и еще сотня причин — к возможному взрыву. Нет, спасибо, дырки в руке мне хватает за глаза), то теперь даже захотелось отблагодарить нечаянного спасителя. Не то чтобы он действительно спас мою жизнь… Хотя кого я обманываю, спас! Не задень заклинание убийцу, он мог бы и не промахнуться.

Мы миновали еще пару переулков и вышли на внутреннюю небольшую улочку — проезд Сотни Голосов, как гласила косо прибитая табличка. Это кому же такому умному взбрело в голову обозвать какой-то задрипанный проезд настолько пафосно? Впрочем, в следующий миг стало понятно, почему не дали другое название. Билёг громко заурчал, но из-за эха показалось, что здесь как минимум котов сто, если не больше. Гейнимы остановились во дворе около пошарпанной трехэтажки.

— Если преступник здесь, то мы его спугнули, — задыхаясь, пробормотал Кэл. — Фэлан, Даган, отведите котов. Группа захвата, приготовиться войти в дом.

Я не бывала в этом районе прежде, поэтому для меня стало неким откровением, что в Гестоле есть и такой уголок. Тот заброшенный дом из переулка, где жили нищие до встречи с гармом, мог бы сойти за произведение искусства. Здесь же, по сути, на задворках города, стояли старые развалюхи. Деревянные домишки давно пришли в негодность, крыша провалилась, и они теперь смотрели на людей слепыми выбитыми ставнями, а вокруг, плотно сжав развалины с трех сторон, стояли пяти- и трехэтажные здания. Когда-то их выкрасили в белый, но краска давным-давно слезла, и теперь дома превратились в нечто пятнистое со странными выбоинами и трещинами в стенах. Я поежилась: как-то жутковато выглядит проезд, да еще и заканчивается тупиком. Впереди возвышалась старая башня, не сильно высокая, похожая на бывшую водонапорную вышку, давным-давно пришедшую в негодность и частично разрушенную. Или разграбленную? Мне даже как-то узнавать не хотелось… Ладно, сейчас зима, снег блестит на солнце, хоть какой-то позитив, но летом тут, наверное, нечисти столько, что не вычистить за раз. Подобные места вообще едва ли не идеальны для размножения каких-нибудь домовых или дворовых, теневые опарыши, опять же, прекрасно себя чувствуют в развалюхах. Если сюда случайно кто забредет — как пить дать сожрут.

О Небо! Я изумленно уставилась, когда из подъезда трехэтажного дома, около которого и остановились гейнимы, выкатился в прямом смысле карапуз в порванном комбинезоне. Вата отчетливо серела в дырках, но малыш на это не обращал никакого внимания. Рядом ахнул Кэл, сыщики как-то растерялись. Как здесь живут-то?.. Вслед за карапузом показалась его мать — невысокая и не слишком опрятная женщина в дубленке с пролысинами. Мне раньше не представлялось случая познакомиться с этим контингентом Гестоля и не очень-то хотелось, если на то пошло.

— Госпожа?.. — Кэл взял себя в руки и подошел ближе. Показал знак сыщика. Женщина подтолкнула ребенка вперед (тот едва не кубарем полетел с низкой лесенки) и как-то лениво цыкнула.

— Че надо-то?

— Вы видели что-то подозрительное?

— Мож да, — она пожала плечами, — мож нет. Тут ваще много странного, летом особенно.

— Не сомневаюсь, — вежливо улыбнулся Кэл и повернулся к своим. — Алва, возьми двоих, опросите жителей дома. Остальные проверить подвал. Элиш, рядом.

— Гав, хозяин, — подала я голос. Я что, собака, чтобы такие команды получать? И нечего на меня так странно смотреть.

И место еще паршивое. Банально и пафосно, но здесь пахнет смертью, прямо-таки воняет, и я бы не задержалась в этом проезде ни на мгновение. Каждое слово подхватывало эхо и оповещало о разговоре всех, кто находился поблизости. Из соседних домов высунулись из окон несколько человек, кто-то вышел на балкон, и что-то мне подсказывало: эти люди не слишком жалуют сыщиков.

— Идем, — потянул меня за собой Кэл в подъезд.

Женщина неприязненно фыркнула, пропуская нас, и поспешила к ребенку, который неуклюже приближался к гейнимам. Коты недовольно урчали и как-то подозрительно пятились, явно норовя спрятаться за следопытами, но получалось не слишком хорошо. Ребенок продолжал упрямо шагать вперед. Что было дальше, я не успела увидеть: дверь закрылась, отрезая нас от внешнего мира. В подъезде было темно из-за грязных стекол и воняло мусором и мочой. Выше этажом слышались голоса сыщиков, обходивших квартиры, двое парней бегом взбежали по лестнице, остальные, включая меня, отправились в подвал. Узкая лестница, темнота, вонь — романтика! Да еще дверь подвала скрипела и никак не желала поддаваться. Кэл оттеснил меня назад, почти на площадку, когда Тайг на пару с каким-то невероятно длинным парнем вынесли несчастную дверь заклинанием. Тьфу, базового ведь хватило бы, или сыщики только специальными и пользуются? Я-то думала, что это Кэл такой… хм, принципиальный, ан нет, похоже, все. Еще есть вариант, что это обычная практика, и мне к ней предстоит привыкнуть.

Из подвала тянуло почему-то дымом, затхлой водой и еще какой-то гадостью, но источник последнего запаха я определить не могла. Запах смерти, которым пропах весь двор, в подъезде только усилился. Тут что, кто-то практиковал жертвоприношения? Сомнительно. Люди, конечно, не самые хорошие живут, но они не маги. Впрочем, для безумных поступков сила и не нужна, причины у сумасшествия не зависят от наличия или отсутствия «ключа». И именно поэтому даже сильнейший маг остается человеком вопреки всему.