Колин Мэлой - Подземелья Дикого леса

— Дорога! — выпалила Элси.

— Ее Элси нашла, — добавила Рэйчел. — Тут недалеко.

Синтия бросила взгляд на Майкла.

— Не может быть, — сказала она.

— Клянусь, — уверила Элси. — Настоящая дорога.

— Мы облазали этот долбаный лес вдоль и поперек. И никакой дороги не видели, — отрезал Майкл, сворачивая проволоку. Вообще-то он сказал не совсем «долбаный», а другое, созвучное слово, которое Элси раньше только однажды слышала вслух. Ее папа как-то уронил себе на ногу крышку от жаровни; это самое слово разнеслось по всему дому.

— Так ты говоришь, моя сестра врет? — спросила Рэйчел. От их реакции ее вдруг охватило раздражение.

— Не кипятись, — рассмеялся Майкл. — Я просто имею в виду: если бы там была дорога, мы бы о ней уже знали.

— Может, это оптическая иллюзия? — предположила Синтия. — Когда свет падает как-то по-особому, в лесу можно увидеть много странного.

— Нет, — сказала Рэйчел. — Я ее видела. Своими глазами.

— Ну ладно вам, — добавила Элси, — пойдемте, посмотрите. Она совсем недалеко, правда.

Майкл смерил сестер спокойным, внимательным взглядом. Потом наконец покачал головой и вернулся к своей проволоке.

— Слушайте, уже поздно. Пора возвращаться в дом. Кароль нас ждет. Скоро ужин.

— И все? — изумилась Рэйчел. — Вам совсем не интересно посмотреть?

— Завтра сходим, обещаю. Первым делом. Все пойдем и посмотрим на вашу дорогу. — Он положил руку Элси на плечи и слегка взлохматил ей волосы костяшками пальцев. — К тому же у тебя там целая очередь за куклами выстроилась; нельзя отлынивать.

Элси коротко улыбнулась, а потом спросила:

— Но завтра сходим?

— Честное слово, — пообещал Майкл.

— Дорога? Что, настоящая, мощеная?

Кароль замер, недопыхнув поднесенной ко рту трубкой, и уставился в ту сторону, откуда доносились голоса девочек. Трубка как будто тоже замерла, зависнув в том самом вязком желе, которое остановило бег времени во внешнем поясе.

Элси нерешительно посмотрела на сестру; та сделала маленький глоток мятного чая. Вечером, убрав с пяти обеденных столов грязные тарелки и сложив их рядом с раковиной, они с Рэйчел и еще двумя юными охотниками поймали Кароля, чтобы поговорить. Только двое мальчишек, тихонько посмеиваясь какой-то своей шутке, мыли посуду в мыльной воде: малыши уже отправились спать, а остальные дети разошлись по дому, наслаждаясь остатком вечера.

— Нет, не мощеная, — сказала Рэйчел. — Скорее грунтовая. Хотя, может, там и были камни кое-где. Она очень старая на вид.

Два деревянных глаза Кароля дернулись; даже в тусклом свете свечей ярко-голубые зрачки были по-прежнему ясно видны. Элси даже могла разглядеть следы от кисточки.

— И там еще была как будто какая-то колонна. На той стороне, — добавила она.

Все это время Майкл молча набивал трубку табаком, но тут наконец спросил:

— Там было что-нибудь написано? Нарисовано?

Рэйчел кивнула: она хорошо разглядела эту штуку. Когда Элси привела ее на место, она тут же заметила и запомнила рисунок.

— Стрела и птица, — ответила она.

— ФУ-У-УХ! — выдохнул Кароль.

Все дети посмотрели на него.

— Ну, правильно, — сказал он и, наконец донеся трубку до рта, долго, задумчиво затянулся. — Указатель. Кажется, в сторону Авианского княжества, если память не подводит.

Майкл пристально посмотрел на старика. Синтия уронила ложку, которой размешивала сливки в чае.

— Похоже, девочки нашли, как пройти через внешний пояс, — продолжил Кароль. — Наверное, там какая-нибудь брешь. Вы не видели ничего необычного? Чего-нибудь, похожего на проход? Я помню, народ болтал о всяких рифтах и тому подобных штуках. Но кто же знал, что они вправду бывают…

— Да нет, — пожала плечами Элси. — Мне кажется, я бы запомнила, если бы что-то такое было. По-моему, я обратно шла не совсем той же дорогой. Я привязывала веточки плюща к деревьям, чтобы пометить путь, но с Рэйчел мы шли не точно по моим следам.

Та кивнула, бездумно постукивая по желтому ярлычку в ухе.

— Ну, — заключил старик, выдержав паузу. — Наверное, стоит пойти взглянуть на эту вашу дорогу.

— Она же далеко, Кароль, — изумился Майкл. — Ты уверен, что дойдешь?

Тот добродушно махнул рукой в сторону мальчика.

— Конечно. Мне полезно будет немножко погулять. Слишком долго я тут отсиживал кости. — Он снова пыхнул трубкой. Стук тарелок на кухне затих; дети разошлись по своим самодельным кроватям. В нарисованных зрачках Кароля отражался свет свечей. — Сейчас-то темно, — добавил он. — Пойдем, как рассветет. Малышей брать не будем — незачем зря давать им надежду. Может, это просто игра света; протоптанная звериная тропа. Вы не обижайтесь, девочки; в этом лесу легко запутаться. У него много фокусов. — Он стукнул трубку о штаны, выбивая пепел на деревянный пол. — А может быть, это наш билет наружу.

Майкл, затягиваясь, поглядел на девочек. Синтия все мешала чай. Кароль опустил ногу пяткой на свежую кучку пепла.

— Может быть, — повторил он.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Вознесение сэра Тимоти

Кроты не поскупились, и похороны сэра Тимоти Крота, командующего рыцарями Подлесья, прошли со всей пышностью. Его вынесли из крепости в парадных доспехах, принадлежавших его прадеду, на ложе, украшенном самым зеленым из лишайников. Горожане высыпали на улицы, чтобы посмотреть на процессию. Воздух полнился скорбным плачем народа — так глубока оказалась благодарность сэру Тимоти и его доблестным рыцарям за спасение от тирании Денниса Узурпатора, который был теперь пожизненно заточен в самую глубокую темницу форта Клыккк. Впереди шли музыканты с трубами; они играли торжественную мелодию, которая показалась Кертису одновременно радостной и душераздирающей. Вышние смотрели на церемонию с открытого места за стенами города.

Колонна проследовала по вытоптанному пути в дальнюю часть пещеры, на которую Кертис до того не обращал внимания. Футах в тридцати от города начиналось огромное озеро, куда с невидимого потолка постоянно капала вода. Мальчик догадался, что это, наверное, и есть то самое озеро, которым здесь меряют время: «столько-то опустошений и восполнений спустя». Вдоль дороги к нему от самых ворот стояли кроты всех возрастов. Когда колонна достигла цели, сестра погибшего рыцаря, сивилла Гвендолин, сказала несколько слов, а потом ложе положили на воду и оттолкнули от берега. Течение подхватило тело и отнесло далеко в темноту. Душа рыцаря, объявила сивилла, вознеслась к своим собратьям в мире Вышних.