Икан Гультрэ - Тайны родства

После обеда Лейтиниэр вызвался показать нам окрестности. Лерех отговорился усталостью — слишком много впечатлений, а я пошла.

Имение располагалось в окружении лесов… Да вся Лиотания была сплошными лесами, города занимали очень маленькую площадь, и там работали, но не жили, если была такая возможность. Природа поражала буйством красок… и вообще буйством растительной жизни — как в земных тропиках. Только здесь не было так невыносимо жарко и душно. Зато всё цвело, благоухало, зелень заполняла каждый миллиметр свободного пространства, норовя отхватить и то, что эльфы почитали своим, — дорожки, стены и окна домов, скамейки. Правда, хозяевам удавалось как-то договориться с местной флорой: побеседовать, к примеру, с каким-нибудь особо нахальным вьюнком — и он уступит место на скамейке. Честно говоря, в окружении этой почти разумной растительности я чувствовала себя несколько неуютно, словно чужачка под пристальными взглядами бдительных охранников. Собственно, так оно на самом деле и было: растения не только украшали, но и охраняли владения эльфов.

У тейордов, которые тоже жили в согласии с природой, отношения с ней все же складывались совсем другие. Да и сам растительный мир был иным — куда менее активным и агрессивным. Их разнотравные луга, густые лиственные кроны и мощные стволы деревьев напоминали не тропики, а скорее среднеевропейскую природу, освобожденную от индустриальных оков.

Вечером мы с Лейтиниэром расположились с легким вином и фруктами на веранде и вели спокойную беседу ни о чем. Солнце уже садилось, когда хозяин перешел к тому, ради чего, собственно, и пригласил меня сюда.

— В письме я объяснил тебе, что желателен обряд, чтобы в глазах любого эльфа ты была полноправным членом клана. И я готов провести этот обряд завтра утром, только… — эльф мялся и выглядел смущенным.

— Какие-то сомнения? — подтолкнула я его.

— В общем-то да… Дело в том, что принятие в члены клана взрослой женщины — крайне редкое явление. Обычно мужья приводят жен, но они входят в клан через брачный обряд, и другого не нужно… И я боюсь, что тебе это не очень понравится, но… во время обряда тебе придется полностью обнажиться в моем присутствии. Я знаю, что люди обычно стесняются своего тела и…

— Меня это нисколько не смутит, — поспешила я успокоить эльфа, — мне неприятно было бы обнажаться перед врагом — это добавляет уязвимости, но перед тем, кому я доверяю, я готова предстать без одежды.

— Доверяешь, значит? — обрадовался Лейтиниэр. — Это хорошо. Это самое важное при обряде.

— Расскажи мне о самом обряде, — попросила я главу клана.

— Тут все просто, — улыбнулся эльф, — обряд должен проходить на рассвете. Я нанесу на твое тело особые узоры, которые будут защитой и одновременно опознавательным знаком, затем ты окунешься в клановый источник — для завершения обряда. И не волнуйся: узоры перестанут быть видимыми уже к вечеру.

— Они будут невидимыми, но на самом деле останутся на моей коже? — уточнила я.

— Не совсем на коже, — пояснил Лейтиниэр, — они перейдут на магический уровень.

— Вот об этом поподробнее, пожалуйста, — попросила я.

— Что именно тебя интересует?

— Гм… Дело в том, что я не совсем человек.

— Как это? — изумился хозяин дома.

— Видишь ли, я попала в это тело из другого мира. И хотя мир, где я появилась на свет, это мир исключительно людей, по рождению я не человек, а тейорд.

— Я думал, тейорды — это сказки!

— До недавнего времени я вообще ничего о них не слышала. Мой отец умер раньше, чем успел раскрыть мне тайну своего происхождения…. А потом погибла и я — в своем мире. И попала сюда, в чужое человеческое тело, которое… пришлось приспосабливать под себя. Правда, тогда я еще думала, что и была изначально человеком. А потом на пути мне встретились саа-тши. Я получила в свои жилы немножко их крови — крови правящего рода — и таким образом стала им чуть-чуть родственницей. Этим ли объясняется, что мое человеческое тело заполучило сферу жизни в зачаточном состоянии, или нечеловеческим происхождением моего сознания, однако это произошло. Потом нас с сестрой нашли родственники-тейорды, а когда я прошлой зимой сильно пострадала от нападения, мой дед забрал меня в свой мир, и там целители, как мне объяснили, придали развитию сферы жизни определенный вектор и ускорили его. Так что я теперь магическое существо. Между мирами я ходить не могу, но в остальном…

В остальном я действительно почувствовала изменения. Особенно остро я ощутила их на Айиоро — в единении с миром, в способности по-новому воспринимать и оценивать происходящее. Это срабатывало не всегда, но я относила подобное непостоянство проявлений к своей… ну, скажем, недоразвитости как магического существа. И к тому, что я приняла это состояние, будучи уже взрослой, а не привыкла с детства жить и мыслить по-другому.

— Лари, но… Я, конечно, потрясен твоей историей… Однако причем тут обряд?

— Все очень просто: я не уверена, что эльфийская магия не затронет мои собственные недоразвитые магические структуры, не внесет в них какие-либо изменения. Ведь, насколько я поняла, обычно обряд проводят с эльфами, реже — с людьми, которые не имеют собственной сферы жизни.

— Ты права, но эта магия не затрагивает сферу жизни магического существа. Когда я принял решение о тебе, мне пришлось перечитать множество книг, чтобы убедиться, что я не совершу ничего ошибочного или противозаконного. В том числе мне попался один древний трактат, в котором вскользь упоминалось принятие в род других магических существ. Я, признаться, тогда изумился — о каких существах может идти речь, но ответов на свои вопросы не нашел. И вот теперь появляешься ты — и я понимаю, что в нашем мире могут оказаться другие разумные со сферой жизни, кроме эльфов. В тебе вот сразу две расы нашли отражение. Что ж, будет третья. Уверяю тебя, они не вступят в противоречие друг с другом. Как я уже заметил, обряд не затрагивает ни глубинных слоев твоего существования, ни сферу жизни.

— Ты меня успокоил, — улыбнулась я эльфу.

На самом деле, я нисколько не успокоилась. Все-таки, чтобы решиться на такой шаг, надо владеть большим объемом информации, чем у меня имелся. Однако хозяину я ничего этого говорить не стала. Мы условились, что меня разбудят за час-полтора до рассвета и проводят в зал источника.

Как только за моей спиной закрылась дверь предоставленных мне покоев, я, не раздумывая долго, вызвала деда. В свое время он мне тоже сделал кулон для связи, только не на крови, как у Наташки, а на родственной магии. Поэтому у меня были варианты, что вкладывать в вызов. В зависимости от выбора спектра, я могла позвать на помощь с предупреждением, что рядом со мной может быть опасно, или просто пригласить деда на беседу: мол, не срочно, но нужен совет. Именно такой формой я и воспользовалась на этот раз. Гилеари появился не сразу, а минут через пятнадцать.