Владимир Крышталев - Возвращение чудес

Но, видя мою решимость, беглецы все-таки стали придерживать лошадей. Несчастная карета прекратила дребезжать и пошла ровнее.

— Эй! — закричал издали передний, не желая, видимо, останавливаться полностью. — Что тебе надо?

— Постойте! — крикнул я в ответ. — У меня к вам есть дело. К вам, и еще к барону Этвику.

Это подействовало. Мужчина подал знак остальным, и те пустили лошадей шагом. Вскоре меня обступили.

— Ты кто такой? — спросил главный.

А я-то думал, что моя популярность уже достаточна, чтобы меня начали узнавать на улицах! Наверное, опять обманулся из-за собственного тщеславия…

— Это знахарь Азар, — вдруг сказала та самая женщина, которую я определил как королевскую фаворитку. Ее голос оказался под стать облику: бархатистый, глубокий, с мелодичными обертонами. Я невольно покосился на эту ведьмочку — брюнетку с зелеными глазами. Возраст около тридцати, но выглядит очень хорошо. Во всем теле наверняка ни капли жира: заметно даже по открытой шее и по тыльной стороне ладоней. Такая притягивает взгляды без каких-либо усилий.

Н-да, бедняга Виктор. Поистине дьявольское искушение. Если кто-нибудь захочет винить тебя в супружеской неверности, пусть сперва взглянет на эту женщину.

— Верно, — ответил я, чуть склонив голову в знак приветствия. — Знахарь Азар.

Всадники кружили возле меня, не спешиваясь. Лошади всхрапывали, мотали головами, грызли удила. Их ребра поднимались в такт дыханию, еще быстрому после бега.

— Что вам надо? — главный повторил свой первоначальный вопрос — разве что с большей долей почтения, и перейдя на «вы».

— Вы были во дворце, — сказала женщина утвердительным тоном.

Я пожал плечами:

— Был. А теперь я здесь. Я собираюсь забрать у вас Викониуса. И передать сообщение Этвику.

— Забрать Викониуса? — перебил меня главный. — У нас? Зачем?

Он, кажется, мало что понимал.

— Затем, чтобы мы могли соблюсти условия договора с императором. Виктор мертв, — я чуть поклонился женщине с зелеными глазами, из-за чего выражение ее лица изменилось, — но королевство продолжает существовать. Замыслы Этвика мне известны — им не суждено сбыться. Барону передайте: Азар предлагает ему заняться более полезными делами. Сейчас вы оставите карету здесь, а сами продолжите свой путь.

— Еще чего! — главный начал ухмыляться. — Ты спятил, знахарь? Один против четверых?

Эвелин, стоящую поодаль, почему-то никто до сих пор не заметил.

— Отнюдь, — возразил я спокойно. — Вы слышали, что меня называют колдуном?

На мой демонстративный щелчок пальцами отреагировал только конь главного — резко заржал и взвился на дыбы. Мой оппонент вылетел из седла и с размаху грохнулся наземь. Я ему не позавидовал: так и копчик отбить недолго. Всё остальное, впрочем, тоже.

Глаза остальных расширились. Теперь беглецы не знали, что делать. Главный лежал в пыли дороги, отчаянно ругаясь и постанывая, а его спутники переводили взгляды с него на меня. И обратно.

Фокус, разумеется, никак не был связан со щелчком пальцами, но мне требовалась наглядность. А животных я научился пугать еще в первый месяц пребывания на Фриде. Это колдунам по специальности положено.

Замешательство длилось несколько секунд. Затем двое — кучер кареты и женщина с зелеными глазами — одновременно спрыгнули на землю, чтобы помочь своему товарищу. Третий угрожающе обнажил меч, направляя своего коня ко мне.

— Ты тоже так хочешь? — спросил я, кивнув в сторону лежащего. Поднял руку. Конь начал нервно вздрагивать и прядать ушами.

Недолго думая, всадник спешился.

Это был молодой мужчина — лет двадцать восемь от силы, — однако в нем чувствовался опыт стычек. Продолговатое лицо, высокий лоб, когда-то давно сломанный нос. Парень представлял собой тот тип, который часто нравится женщинам: бесшабашный, сильный, грубый, полный веселой злости и энергии. В его серых глазах мне виделась угроза врагам и верность друзьям.

Я попадал в первую категорию.

— Сказать честно, — произнес я вслух, — мне ничего не стоило убить вас всех. Достаточно было испугать ваших лошадей сразу, когда вы скакали. Верно? Я этого не сделал, потому что мне не нужны ваши жизни. А свою я защитить в состоянии.

Парень стоял с мечом наготове, но не нападал. Его товарищи тем временем помогли главному подняться. Тот притих и производил теперь меньше шума.

Я обошел беглецов и, не оглядываясь, направился к карете.

Вот тогда парень и нанес свой удар.

Меч должен был разрубить меня от плеча до живота, а то и до паха. К счастью, я следил за противником. Здесь не понадобились даже парапсихологические способности — мне хватило старых боевых навыков.

Пустая рука движется быстрее, чем утяжеленная мечом. Это старое правило я еще раз подтвердил на практике, уйдя из-под летящего клинка. Пока парень справлялся с траекторией своего оружия (видно, он не ожидал, что промажет), моя ладонь уже складывалась в кулак на полпути к его челюсти.

Старый добрый хук снизу не подвел. Я намеренно смягчил удар, поэтому обошлось без нокдауна и выбитых зубов, но парень ошалело замотал головой. Еще один удар по мышцам плеча заставил его выпустить меч.

Остальные схватились за оружие.

— Ребята, — сказал я, обращаясь к ним с улыбкой. — Вы или вернетесь к Этвику без Викониуса, или не вернетесь совсем. Вероятно, сюда уже направляется какой-нибудь королевский отряд. На вас висит убийство короля, так что гвардейцы вряд ли будут настроены столь же благожелательно, как ваш покорный слуга. Пока есть возможность, продолжайте свой путь с миром. И забудьте о Викониусе.

Взобравшись на козлы, я осторожно развернул карету, помахал улыбающейся Эвелин и щелкнул кнутом, подгоняя пару лошадей. Мы с имперским доктором возвращались в столицу. Чуть попозже я остановлюсь и развяжу неудачливого Викониуса, но пока нужно с гордым видом удалиться. А то наши беглецы-злодеи могут передумать и пустятся вслед, намереваясь отобрать всё назад.

Интересно, как там дела у Жерара, думал я. Признают ли подданные переход власти к Анастасии? Не возникнет ли проблем и сюрпризов — в дополнение к Этвику?

И как сообщить Луизе о смерти отца?

15 глава

За нами никто не гнался.

Это я выяснил в первые же пятнадцать минут езды, остановив карету на обочине и прибегнув к помощи мысленного зрения. Люди Этвика продолжили свой путь — правда, не так быстро. Вместе с женщиной теперь ехал молодой парень, сидевший ранее на козлах, поэтому коню приходилось несладко под двойной ношей. А главный все еще ерзал в седле: наверное, никак не мог устроиться поудобнее после своего падения. В общем, у компании были причины сбросить скорость.