Наталья Лустина - Нечеловеческие хроники

В ее словах было столько неподдельной боли, тоски и сожаления, что я смотрела на Нинон, словно на незнакомку. Мне четко стало понятно, что те еле уловимые изменения, которые я заметила, при этой нашей встрече, на самом деле имеют более глубокий смысл и подоплеку. Нинон всегда играла в любовь, теперь я поняла, что она просто ее боялась, избегая всеми возможными способами, словно щитом отгораживаясь от мира улыбкой и сарказмом. Однако что-то изменилось. Она стала мягче и человечнее, что ли. Ее страх неподдельный и искренний, только усилил мою тревогу и чувство ответственности, за все происходящее. Я ощущала острое желание ее защитить, и в ее лице защитить саму себя, свою жизнь, любовь и все, что мне так дорого!

— Что тебя может успокоить сейчас?! Ты хочешь, чтобы я пообещала тебе не становиться вампиром? Я приехала сюда в надежде понять как мне снова стать хранителем! Дарий тоже поддерживает меня в этом, хотя, я даже не представляю ЧЕГО это ему стоит! Мы оба слишком хорошо знаем, последствия… и все же именно этот путь мы выбираем для себя, а дальше… а дальше мы что-нибудь придумаем… Должен быть выход, он просто обязан Быть! — упрямо проговорила я, словно повторяя волшебную молитву, в силе которой нельзя сомневаться.

Нинон смотрела на меня как-то беспомощно, словно ждала чуда и внезапной панацеи. Что еще я могла ей сказать? Какими словами передать мою боль и решимость не увиливать от выполнения своего предназначения?

Я не знаю, каким было мое лицо, но она внезапно оживилась и превратилась в так хорошо знакомую мне уверенную и язвительную особу, словно надела маску. Теперь я была уверена, что это только маска.

— Пойдем, нам пора… ты не подумай ничего плохого, я рада, что мы поговорили и теперь я точно знаю, что я с вами до конца! Все, что от меня зависит, все, что в моих силах, лишь бы мы решили эту головоломку и мир продолжал быть… а дальше, мы действительно что-то придумаем… теперь я в этом уверена!

Внезапно, Нинон с силой обняла меня за плечи и чмокнула в висок, как ребенка, которого желают успокоить и вселить в него веру в то, что все будет хорошо.

Я замерла от такого неожиданного проявления чувств, растерявшись, а дальше в голове набатом прозвучало: «Время!»

Теперь уже я начала торопиться:

— Нинон, нас наверняка уже заждались. Сегодня нам просто необходимо забыть об этом разговоре, никто не должен заподозрить даже тени сомнения в наших душах.

— Ты права. — эхом отозвалась моя подруга… часть меня самой.

17 глава Гонки

Мы вышли из замка и направились к гаражу. Чем ближе мы подходили, тем более различимым становился гомон спора, происходящего там.

— Что-то они все же умудрились не поделить! — сказала Нинон и ускорила шаг.

Однако когда мы с Нинон увидели наших хохочущих друзей и Мишеля в центре, что-то громко и увлеченно рассказывающего, каждая из нас вздохнула с облегчением.

— Что мы пропустили? По какому поводу веселье? — быстро поинтересовалась Нинон.

— Мишель рассказывает нам критерии, по которым раньше выбирали судей и смешные истории, связанные с этими судействами. — пояснил хохочущий Маркус.

— Интересно и в чем суть? — я тут же постаралась переключить свое внимание от того, что меня на самом деле беспокоило.

— Судья должен был быть не только быстрым и очень внимательным, но и красноречивым. — быстро ответил Дарий, с улыбкой глядя на меня. — Ведь, он должен был судить, а потом в красках описывать происходившие во время гонок события болельщикам, после их окончания.

— Тогда еще вертолетов не было. — хохотала Ревекка.

— В мире людей, это называется спортивный комментатор. — тут же съязвила я.

— Наши соревнования комментировать значительно сложнее. — веселилась Ревекка.

— Из-за невозможности трансляции этого безобразия по телевизору? — продолжала я шутить, все еще не добро.

— Можно сказать и так, — иронично сказал Дарий, — хотя, я уверен, что можно было бы неплохо заработать, устроив конкурс между телеканалами мира, за право трансляции нового вида спорта.

— Не поверят, — вмешался Мишель, — все свалят на компьютерных умельцев.

— Я думаю, что это даже к лучшему. — заключил Маркус.

— Ну-у, кто на чем кататься будет? — спросила Нинон, сощурив хитрую рожицу.

— «Koenigsegg» достался Ревекке. — этот факт Моника констатировала так, словно это было самой главной новостью.

— Да, — хмыкнула та, — и не без боя.

— Что ж, Жак уже сообщил вам, что в нашем распоряжении чуть больше восьмидесяти километров дороги и надо сказать не самой лучшей? — деловито поинтересовалась Нинон.

— Да, гонки на пересеченной местности, — подмигнул Маркус, — особо не развернешься, масштабы и условия, конечно подкачали, но удовольствие мы все равно получим.

— Жак, наш «зрительный зал» к взлету готов? — я поняла, что Нинон скрывает свое смущение за серьезным тоном.

— На чем летите? — живо заинтересовалась Ревекка, стоя возле отвоеванного, матово-черного «Koenigsegg».

— На MD 600[13]. - провозгласил Мишель, прежде чем Нинон успела ответить.

— Мне всегда не давал покоя вопрос, почему хранители в любом случае оказываются благоустроены лучше, чем другие кланы? — хитро сощурившись, заявила Реввека.

— Может из-за того, что вампирам не так нужен комфорт? — молниеносно парировала Нинон.

— Возможно именно так, милая леди, — весело рассмеялся Дарий, и к нему не замедлила присоединиться Ревекка. — в самом деле, какой комфорт нужен мрамору?

— Возможно, достойная кованая оправа? — подмигнул Маркус, глядя Нинон в глаза.

Я лишь слабо улыбнулась, в ответ на эту реплику, прекрасно зная, что эти «глыбы мрамора» обладали тонким вкусом, отлично разбирались в комфорте и удобстве. Кроме того, я давно предполагала, что внешняя неуязвимость в полной мере компенсировалась внутренней ранимостью. Зная лишь часть «подводного айсберга» Дария, наблюдая за Ревеккой сейчас, вспоминая все эпизоды прошлых столкновений и общения с вампирами, я все больше приходила к выводу, что я права! Бездушными, вампиров может считать только тот, кто не сталкивался с их оборотной, тщательно скрываемой стороной. Хотя я практически убеждена, что интересоваться их душой и оборотной стороной, мало кому приходило в голову. Всегда легче опираться на старинные человеческие страшилки и общепринятое мнение, что вампиры — зло в чистом виде.

Больно может быть всем! Подтверждение этому я легко находила и среди моего человеческого опыта жизни и из моих воспоминаний прожитой вечности. Однако, кому интересна чужая боль, когда своих страданий предостаточно?!