Галина Гончарова - Интриги королевского двора

- Так, мелкая, брысь с кровати, - шуганул девочку Тахир.

- не брысь, а ваше сиятельство, виконтесса Иртон, не изволите ли брысь, - поправила Миранда.

Амир невольно фыркнул.

- не ругайся на девочку. Она классная.

- Та-ак...

Вечером Тахир обсудил это с Лилиан.

Женщина согласилась, что слишком близкая дружба Мири и Амира ей ни к чему. Но было поздно.

Малявка при первой возможности пробиралась в медпункт, Амир ее не гнал, а постепенно к Мири присоединился еще и Марк.

И Лиля махнула рукой.

Хотите?

Ладно. Получите.

Так что ее сиятельство виконтесса Иртон помогала купать принца, кормила его с ложечки и даже мыла ночной горшок. Возражения Амира были отвергнуты Лилей, как несущественные.

Ребенка надо учить всему - это первое.

И графине незазорно за принцем выносить. А если зазорно ухаживать, то и общаться тоже. Вопросы?

Неприлично?

Простите, но что неприличного в скелете? Который, кстати, прикрыт в стратегическом месте набедренной повязкой. Вы что полагаете, Мири полуголых сверстников не видела?

Ах, разница в масштабе?

Ну-ну... я бы на вашем месте сначала в зеркало погляделась.

Как мы получаем эти зеркала?

Извините. Секрет-с...

Заплатите золотом?

Ну-ну...

Обсудите это с Его Величеством Эдоардом.

Когда?

Да вот весной и... Как дороги просохнут - я обязана явиться ко двору. А поскольку вас пока еще без присмотра не оставишь - есть два варианта. Или ваш отец согласовывает с моим правителем мой визит - и тот откладывается на годик. Или мы едем вместе. А я за вами приглядываю.

Амир задумался. Хотя в глубине души знал - отец возражать не станет. Еще и порадуется. Все-таки сын должен мир посмотреть... потом-то ему из Ханганата дорога закрыта. С другой стороны - он ведь знает ативернские обычаи. Для графини тоже много что закрыто. И?

Лилиан Иртон вводила для себя новые правила. И окружающие были вынуждены следовать им. Кстати - не без удовольствия и выгоды для себя.

Сейчас Лиля работала вместе с Хельке. Мастер только за голову хватался.

Ладно еще - стекла! Хотя стеклодув тоже был в шоке от идеи подзорной трубы. Но сделали ведь! После долгих мучений выдули линзы правильно, определив оптическую ось и фокус, закрепили в трубке... и первый же экземпляр со скандалом забрал себе Лейф. Даже не то слово - со скандалом. Суровый вирманин чуть ли не прыгал от радости. Даже эта линза позволяла разглядеть предметы, находящиеся втрое дальше. А Лиля планировала сделать еще и микроскоп. И уже с его помощью...

Капельница!

Мечта жизни!

Полцарства за капельницу!

Но ведь делали их еще в советское время, до пластика... главное - игла. Ну и трубка с запорным устройством. Но это вполне реально изготовить из подручных материалов. Стеклянные флаконы она выдует, пробку вырезать - не проблема, да часть лекарства будет теряться, но это уже - мелочи!

Эх, где вы, родные каучуковые деревья? Сколько бы всего сразу упростилось!

С другой стороны - надо ли засирать этот мир полиэтиленом? Родной загаживаем так, что чихнуть некуда. В небе уже не птицы, а полиэтиленовые пакеты летают.

Может, и не надо.

А вот чистить иглу кипячением... да и переливание крови, плазмы, простого физраствора - сколько бы жизней это спасло!

Так что Лиля насела на Хельке - и мастер, бросив изготовление поделок на подмастерьев и учеников, работал вместе с Лилей. Отлично понимая - если он это сделает, речь идет уже не о деньгах.

О бессмертии.

Он навсегда останется в памяти человеческой. И спустя пятьсот лет его вспомнят.

Как же ему повезло в Альтвере, когда на пороге лавки появилась графиня Иртон!

Хельке, безусловно, видел все ее странности. Но - молчал.

Кто бы ни была графиня. Что бы она ни делала - с ней было выгодно и безопасно. И эти соображения перевешивали все остальное.

А еще она судила о человеке по его способностям. А не по происхождению или знатности. И это было ново.

Сама Лиля готовилась к поездке в столицу.

Учила этикет. Танцы. Шлифовала свои манеры.

Лонс помогал ей по мере сил. Сейчас, когда его тайна открылась Лиле, женщина понимала - она ходит по лезвию ножа.

Она не знает, что выгоднее королям. Брак - или его отсутствие?

Если первое - и ее, и Лонса просто закопают. Если второе - есть шанс выжить. Но небольшой.

Выход один - молчать.

Молчать, пока не разберемся в раскладе. А если представится возможность умыкнуть принцессу - пусть Лонс сам для себя решает - оно ему надо - или не надо? Его жена - его проблемы.

Пока же мужчина усиленно отращивал бороду.

Лиля собиралась одеть шевалье в одежды ханганов. Их и так много будет в ее свите - одним больше, одним меньше... Добавить загар. Поменять форму бровей. И закрыть один глаз повязкой.

Ханган в свите принца Амира - самая заурядная деталь интерьера. Штукой больше, штукой меньше... сейчас Лонс упорно учил ханганский. А вместе с ним - Миранда, Марк, Лилиан и все вирманские дети. А почему нет?

Амир мог говорить по-ативернски. Но... не бывает лишних знаний! Бывают дураки, которые этого не понимают. И дорого платят за свою самонадеянность и слова 'на кой мне это надо?'.

Платят - и дай Бог, если только они. Когда-то Аля Скороленок этого не понимала. Но поверила родителям - и сейчас искренне благодарила их. За все. За кружки, увлечения, медицину... воистину - есть профессии, с которыми нигде не пропадешь.

А еще Лиля готовила шоу.

Даже не так.

ШОУ.

Она должна стать самой яркой звездой двора.

Нет, не в смысле королевской фаворитки. Судя по письмам отца - Эдоарду уже за полтинник. Что с ним в постели делать - о свойствах стекла беседовать? Ладно еще в 21-м веке! Там (хоть и орут на всех углах про экологию), но живут-то дольше. А здесь и сейчас - Эдоард уже считается стариком. По аналогии с ее родным миром - ему уже за семьдесят.

А в смысле - стать той деталью, которую не изъять без ущерба для конструкции.

Рискованно?

Очень.

Только вот и выбора нет.

Лиля ни на миг не забывала, что где-то вдали есть Джерисон, граф Иртон. Который полностью властен в ее судьбе. И что ему ударит в голову - неизвестно.

Поэтому она обязана стать незаменимой.

Медицина?

Лилиан Иртон.

Стекло?

Лилиан Иртон.

Кружево, косметика, духи...

Маркиза, маркиза, маркиза Карабаса...

Лиля фыркнула. Но суть-то верна!

Соответственно, реши Джес ограничить ее свободу...

Церковь отгрызет ему голову за книги. Моряки за подзорные трубы. Ученые за микроскопы и телескопы. Докторусы - за новые знания и приборы. Женщины... Одним словом - жить мужику придется в скафандре. И в герметичном бункере.