Наталья Бульба - Прогулка в бездну

– Значит, есть то, чего я еще не знаю. Может, просветите? – Несмотря на то, что вопрос касался их обоих, я не сводила взгляда с тера.

– Вы – иномирянка, моя госпожа. На вас наши правила не распространяются. За ужином вас будет трое: алтарелла Асия, тартал Яланир и вы.

– За людей нас, значит, здесь не считают, – размышляя о своем с легкой ехидцей в голосе заметила я.

– Точнее за тех, на кого не распространяются принятые у нас понятия чести и долга. – И ни малейшего намека на обиду – сухая констатация факта.

Словно напоминая мне, что не мне в мои годы спорить с тысячелетиями, которые прожил он.

– Эти два слова приобретают разный смысл в зависимости от ситуации и того, кто их произносит.

Не все же им играть со мною, выясняя границы моих возможностей. Я не рассчитывала, что мои слова хоть как-то будут восприняты, но в направленном на меня взгляде Сэнара промелькнуло нечто похожее на интерес. Тер, сам того не желая, раскрывался. Начинал воспринимать меня не как навязанную ему обузу. Впрочем, на тот момент я не могла судить: хорошо это или плохо.

– Ну, раз больше тем для обсуждений у нас нет, мне осталось лишь просить вас обоих удалиться. Чтобы я могла приготовиться к встрече с дарианским любителем игр в кошки-мышки.

Похоже, Асия хотела что-то сказать, но, видя мое настроение, сочла за лучшее лишь кивнуть в сторону гардероба, намекая, что я найду там все, что мне может понадобиться, и вслед за воином вышла, так ничего и не сказав.

А то я туда еще свой нос не засунула! Да какой бы ни была уставшей женщина, возможность взглянуть на наряды мгновенно вернет ей бодрость не только духа, но и тела.

Правда меня хватило лишь на то, чтобы оценить масштаб щедрости моей подруги и плотно закрыть дверцу, с нежностью вспоминая о любимых мною кожаных брюках и рубашке.

Сборы не заняли много времени. Волосы я решила оставить распущенными: рыжие локоны выглядели хорошо, крупными волнами падая на плечи и спину. Из представленных нарядов я выбрала довольно простое, но очень выигрышно смотрящееся на моей фигуре платье. Да и цвет, темное серебро с легкой искрой, подчеркивал золото прядей и голубизну глаз. Туфли на небольшом каблучке, в тон платью, завершали мой наряд.

И никаких украшений. Кроме тонкой цепочки с медальоном, в который были вплавлены волосы Вэона и Амалии, срезанные в первый их день рождения. И теперь, как бы далеко я от них ни находилась, я всегда могла не только знать, все ли с ними в порядке, но и выстроить к ним портал.

Вежливый стук в дверь раздался, когда я была уже полностью готова. И даже сумела справиться с волнением, которое охватило меня при воспоминании о детях. И не только о младшеньких, но и о Сашке, за которого я, как ни странно, беспокоилась значительно больше.

– Да, войдите.

Лицо вошедшего Сэнара было… холодным, словно его высекли из льда.

Не только мне, оказывается, может изменять выдержка.

– Встреча гостя прошла на высоком дипломатическом уровне, – проходя мимо тера довольно тихо заметила я.

С одной стороны, вроде бы я и для себя говорила, но услышать меня он должен был обязательно. И даже если кому-то это могло показаться глупостью, но та самая, «женская», интуиция настойчиво продолжала утверждать, что я иду в правильном направлении.

– Моя госпожа не до конца осознает опасность, которую представляет талтар.

И все таким ровным, безразличным тоном, что я позволила себе внутренне улыбнуться: еще немного, и от простой констатации фактов он перейдет к советам. А разве не этого я добивалась?!

– Если ты намекаешь на то, что возможным вариантом развития событий может оказаться мой уход в Хаос, после рождения на Дариане еще одного ребенка, то мне об этом известно. И я сделаю все, чтобы свести вероятность этого к нулю.

Судя по лицу, на котором не дернулась ни одна жилка, моя проникновенная речь не произвела на него никакого впечатления. Но я, поправляя у зеркала волосы, которые лежали в идеальном порядке, следила за его глазами в отражении.

И вот они-то подтверждали, что он со мной солидарен.

– Вас ждут.

Я уже знала, что мое место за спиной тера. Так что не удивилась тому, что он, не дожидаясь моего ответа, просто вышел за дверь, предполагая, что я должна следовать за ним.

Ну не спорить же с ним по такой малости.

Благодаря двум порталам идти пришлось недолго. Короткий коридор после второго, и мы попадаем в огромный холл. Одна из стен совершенно прозрачна, но не пугает меня небесной безбрежностью. Потому что под ногами зеленый ковер, скрывающий бездну, – буйство растений, ни одно из которых не выглядит знакомым, притягивает взгляд сильнее, чем призрачная голубизна.

– Вас ждут, – повторяет он и указывает рукой на дверь, незаметную в небольшом углублении в стене.

– А если мне потребуется твоя помощь? – с легкой насмешкой уточняю я, намекая на то, что он явно не намерен следовать за мной.

И время останавливается, когда наши взгляды встречаются. И я чувствую то, чему ни Асия, ни Яланир, ни те воины, с которыми мне уже приходилось встречаться, не позволяли проявиться в своих взглядах.

Невообразимый возраст, который заставляет замирать от понимания того, как много было вплетено в его жизнь, сколько событий выкладывались в замысловатый лабиринт, заставляя его вновь и вновь принимать решения, выстраивая свою судьбу.

И как мало этого было у меня. Для того, чтобы суметь понять.

Впрочем, после знакомства с властителем Тахаром, при виде которого у меня, в отличие от Сашки, быстро нашедшего с ним общий язык, всегда подгибались коленки, это было не столь больно.

– Вы ее получите, моя госпожа.

И он сделал шаг назад, пропуская меня. И пока я проходила мимо него, засевшая в моей голове занозой мысль никак не давала мне покоя: мы были знакомы всего несколько часов, а ощущение связавшей нас вечности вынуждало меня сомневаться в этом.

Глава 12

Лера

Я склонилась в глубоком реверансе, понимая, что сил подняться у меня уже не будет…

Моя вчерашняя встреча с талтаром Яланиром, несмотря на свою напряженность, сейчас воспринималась как дружеская беседа за бокалом вина. И разве я могла подумать, что наш разговор то ли с племянником, то ли действительно с братом моей подруги, который следил за каждым моим жестом, выискивая в них знаки моей к нему благосклонности, будет напоминать мне сегодня шаловливую игру с домашним питомцем. Который рычит, но не для того, чтобы броситься, прикусывает острыми зубами, но не для того, чтобы причинить боль.

Но даже в той игре ощущалась опасность: звереныш хоть и был ручным, но никогда не забывал о том, что он – хищник.

Сегодня же…