Кристофер Сташефф - Чародей поневоле

— А ты слыхал когда-нибудь о том, что каменные стены — это еще не тюрьма?

— Кто так сказал, тот большой дурак,— горько вымолвил Том.

Род поднял глаза к небольшому зарешеченному окошку, прорубленному в стене чуть не под самым потолком. Только в него и проникал свет, озаряя тюремную камеру шириной футов десять, пятнадцать футов длиной и десять высотой. Отсыревшие камни повсюду поросли мхом, на полу валялись кучи гниющей соломы.

Единственным, так сказать, украшением служил скелет, обтянутый высохшей кожей и прикованный к стене, как и живые узники.

Род угрюмо уставился на безмолвного сокамерника.

— Ну и к чистюлям же мы угодили… Могли бы хоть кости перетащить в соседнее помещение.— Род снова перевел взгляд к окну.— Векс, ты где?

— Я в самом грязном и безобразном стойле, какое мне когда-либо доводилось лицезреть,— отозвался робот.— Кроме меня тут еще пятеро лошадей. Это рядом с цехом, где делают клей. Скорее всего, мы должны стать основой кавалерии Дома Кловиса, Род.

Род негромко прищелкнул языком:

— А скажи-ка, Векс, там нигде не пробегала, случайно, мышка такая… с зелеными глазками?

— Нет, Род, не пробегала. Но у меня на голове птичка сидит. Крапивник.

Род усмехнулся:

— Спроси-ка, Векс, у этой птички, умеет ли она управляться с холодным железом.

— Но как мне с ней заговорить, Род?

— Транслируй свою речь на частоте человеческих мыслей, естественно. Она же телепатка, тупая ты машина!

— Род, я вынужден сделать тебе замечание. Я категорически возражаю против грубых инсинуаций и намеков на мои возможности в областях, которые лежат за пределами заложенных в меня программ…

— Ну прости, виноват! Ты гений, ты вундеркинд, Эйнштейн! Но ты все-таки задай ей этот вопрос, ладно?

Последовала пауза, затем Род расслышал негромкое чириканье.

— Это кто там расчирикался, Векс?

— Гвендилон, Род. Это она так бурно реагирует на новый для нее способ телепатического общения с лошадью.

— Хочешь сказать, что она чуть не свалилась с твоей буйной головушки? Но сказать-то она сказала хоть что-нибудь?

— Конечно, Род. Она говорит, что уверена в том, что ты чародеи.

Род застонал и возвел глаза к потолку.

— Послушай, ты ее постарайся по-деловому настроить, а? Спроси, может она избавить нас от этих цепей и перепилить решетку на окне?

Последовала новая пауза, затем Векс проинформировал Рода:

— Она говорит, что у нее нет власти над холодным железом, как и у любого из знакомых ей эльфов и ведьм. Она предлагает прибегнуть к услугам кузнеца, но боится, что это не слишком практичное предложение.

— О боги!.. Ладно, скажи ей: я рад, что она не утратила чувства юмора. И спроси, как же она, проклятье, намеревается вытащить нас отсюда?

— Она говорит, что бранные выражения употреблять ни к чему, Род.

— Я же тебя не просил передавать сказанное мной слово в слово!

— Она думает, что вас смог бы освободить принц эльфов. Она думает, что он придет вам на выручку, но он находится на некотором расстоянии отсюда, так что придется немного потерпеть.

— Но ведь эльфы не могут прикасаться к холодному железу!

Очередная пауза. Затем Векс сообщил:

— Она говорит, что принц эльфов — как бы не совсем эльф, что он наполовину человек.

— Только наполовину?.. Минутку, минутку! То есть он полуэльф-получеловек?

— Именно так, Род.

Род попытался представить себе, каким же экзотическим образом могли зачать младенца эльф восемнадцати дюймов ростом и земная женщина, или наоборот, но так и не представил.

— Теперь она отбывает, Род, чтобы позвать его, и вернется так быстро, как только сможет. Она призывает вас к терпению и стойкости.

— Куда уж больше! — буркнул Род.— Ладно, передай ей, что я ее… Нет, просто скажи, что я ей очень признателен.

Вроде бы ему послышался еле слышный вздох. Робот чуть разочарованно отозвался:

— Я ей передам, Род.

— Спасибо, Векс. Ты там тоже не скучай.

Род вернулся взглядом к товарищам по несчастью. Сын и отец Логиры в испуге прижались к стене и смотрели на него с нескрываемым страхом.

— Он разговаривает сам с собой,— пробормотал Туан.— Он одержим, этот человек!

— Что-то в этом духе я уже слышал…— задумчиво проговорил Род.

— Но так,— опасливо вымолвил Логир,— разговаривают одни только безумцы!

Большой Том негромко хохотнул:

— Да нет, милорды. Этот человек беседует с духами.

Род вяло усмехнулся:

— С чего это вдруг ты так развеселился, Большой Том?

Верзила потянулся, звякнули его цепи.

— Да подумал было, что вас и вправду поколотили шибко, хозяин. Теперь вижу — вы в добром здравии.

— Ты зря так радуешься, Том. Холодное железо, братец мой, это, понимаешь, такая штука — его не так просто расколдовать.

— Да что ж тут не понять.— Большой Том лениво опустил веки.— Только вы обязательно придумаете, как это сделать.

Он сцепил руки на животе, откинулся к стене и вскоре безмятежно захрапел.

Род улыбнулся, посмотрел на Логиров, кивком указал на Тома:

— Вот вам пример уверенности. Покуда я продумываю план нашего спасения, он мирно посапывает.

— Будем надеяться, что его вера в вас не напрасна,— сказал Туан, с сомнением поглядывая на Рода.

— Будем,— мрачно отозвался Род и кивнул герцогу: — Возобновляете знакомство?

Логир улыбнулся:

— Я несказанно рад видеть моего сына, хотя и ожидал, что встреча наша будет несколько иной.

Туан хмуро уставился на свои закованные в кандалы руки.

— Печальные вести поведал мне отец, печальные и постыдные,— Он поднял к Роду глаза, полные праведного гнева.— О да. Я знал, что брат мой — человек злой и рвущийся к власти, но никогда я не думал, что он унизится до измены.

— О, не стоит так строго судить беднягу.— Род прислонился к стене и устало прикрыл глаза.— Его околдовал Дюрер. А уж если он своим колдовством отца, того и гляди, грозил опутать, так что же дивиться тому, что он так преуспел с сыном?

— Верно,— со вздохом согласился Туан,— Сам же я пал жертвой Пересмешника.

— О? — Род приоткрыл один глаз.— Стало быть, вы наконец все поняли?

— О да! Он притворнейший из злодеев! Будет вам кланяться и льстить, а его подручный в это время украдет ваш кошелек. Вот так он обошелся со мной!

Род поджал губы.

— Это он уговорил вас стать во главе нищих?

— Он,— тяжело кивнул Туан.— Поначалу я хотел только одного: избавить их от голода и холода, но он уговорил меня задуматься о том, чтобы создать из нищих войско для защиты королевы. А все, что я слышал и видел на юге, заставило меня уверовать в то, что такое войско вполне может понадобиться.