Виктор Кувшинов - Пограничник

— Я бы и хотела сказать, что это не твое дело, но как подумаю, сколько они еще глупых девчонок на крючок поймают… — Ксюша передернула плечами, словно от холода.

— И все-таки, спасибо тебе, — подумав, признался Влад. — Ты единственная, кроме родителей, кто видел во мне человека, и сделала-таки его из меня. Без тебя я, максимум, стал бы гонять бесов по Барьеру, как тот Джим-ковбой, который мне помог. А сейчас… не знаю, но может, и на что-нибудь большее сгожусь?

— Сгодишься! — радостно подхватила мысль девушка и немного опечаленно призналась — Не знаю только, на что. Но это, я надеюсь, объяснит Судья.

— Погоди… — Влад подошел к Ксюшиному креслу, встал на колени и, приобняв девушку, как можно ласковее спросил. — Ты ведь боишься его прихода? Я чувствую — тебя что-то гнетет. Прошу, скажи мне честно, что у тебя на сердце. Не бойся — я сильный и выдержу любые новости.

— Я не специально… — жалобно прошептала девушка. — Думала, что справлюсь с этим сама, но Судья оказался прав. Я чувствую пустоту внутри себя, словно забыла, кто я на самом деле. Это чувство никуда не уходит, как я надеялась, а только становится определенней. Я не знаю, есть ли от этого лекарство, но одно понятно: если Судья вернет мне прежнюю память, она может стереть эту Ксюшу, и перед тобой окажется даже не инопланетное существо, а порождение чужого реала.

— То есть, ты на самом деле — проснувшийся создатель другой Вселенной?

— И уснувший в чужой инкарнации… — кивнула девушка и, прижавшись щекой к руке Влада, призналась. — Я не знаю что делать.

— А я знаю, — решительно произнес Влад, нежно гладя любимую. — Вызовем сюда Судью, и пусть все нам объяснит. Уж он-то должен знать, что тут к чему. Но давай проведем этот вечер и ночь вдвоем, а уж с утра…

— Хорошо, я согласна, — с нескрываемым облегчением кивнула Ксюша.

Больше они ни о чем таком не говорили, стараясь прожить каждую минуту отведенного самим себе времени и позволяя себе только прогулки, купания и обычную домашнюю суету. Все вокруг было будто создано для того чтобы забыть о проблемах и предаться отдыху. Но даже в этой прекрасной иллюзии они не могли скрыться от течения времени. Пусть внешний ход событий и остановился, но их собственные ощущения и переживания упорно развивались. И к утру отчаянное решение созрело в их душах: будь что будет, но они выяснят все о себе и этом мире!

Они опять уселись в креслах на лужайке, греясь в лучах утреннего солнца. Перед ними стояло еще одно, пустое сиденье. Влад чувствовал, как напряжена Ксюша, да и сам заметно нервничал. Но отступать было некуда, ведь жить с этим грузом неизвестности было еще тяжелей.

— Приготовься, на секунду тебе может стать плохо. Мы на мгновение окажемся в общем потоке времени, чтобы впустить Судью, — пояснила Ксюша.

Влад кивнул и молча вцепился в подлокотники. Но ничего страшного не произошло: мир только «крутануло» перед глазами, и все стало на место. Пограничник с любопытством смотрел на небольшого человека, шагающего к ним с опушки леса. Что-то в нем было знакомым: то ли рука, засунутая в карман жилетки, то ли кепка, то ли подпрыгивающая походка. Но когда гость приблизился к ним, Влад округлившимися глазами оглянулся в немом вопросе на хихикающую Ксюшу. Сообразив по ее хитрому взгляду, что хозяйка иллюзии приложила к этому свою ласковую ручку, пограничник, не скрывая улыбки, приветственно махнул гостю.

— С добгым утром, товагищи! — стянул с головы кепку гость и, вытерев ей сверкающую лысину, заметил. — Какие у нас пгоблемы текущего момента? Можно начинать доклад — кворум пленума в полном составе.

— Ладно. Хватит тебе, — вовсю смеялась Ксюша, а Влад продолжал дивиться шустрости ожившего вождя пролетариата, агрессивно тычущего острой бородкой вперед.

— А зачем меня шутом рядить? — наконец вышел из роли гость и позволил себе рассмеяться.

— Но ты же сам не хочешь принимать никакого определенного облика, вот я и придумала, чтобы повеселиться.

— Хорошо, еще Фредди Крюгера не вспомнила! — кивнул Влад, оценивая происходящий спектакль. — Значит, Вы и есть тот незнакомец, что первым встретил меня после смерти?

— Почему после смерти? — не согласился гость. — Твое тело требует тебя, залежавшись на больничной койке. Но ты прав — это снова я. И кстати, давай на «ты».

— Хорошо, — решил перейти прямо к делу пограничник. — Тогда, я надеюсь, ты сможешь объяснить некоторые неясности, которые возникли у нас.

— Для этого я здесь, — кивнул разом посерьезневший вождь мирового пролетариата. — Что вас интересует?

— У меня два вопроса: для чего была затеяна вся эта возня вокруг меня и насколько Ксения может вернуть себе память о своем прежнем воплощении… или сущности… то есть той, кем была она до инкарнации, — с трудом сформулировал свою мысль Влад.

— Понятно… — произнес Судья и с задумчивым видом очень по-человечески плюхнулся на свободный стул. — А узнать о том, кто я, вам не хочется?

— Ну это необязательно, если только представишься, как воспитанный человек.

— Это Судье трудно сделать, — улыбнулась Ксюша. — Ведь он не человек. И у меня еще один дополнительный вопрос: откуда взялась в моей иллюзии парящая в воздухе глыба?

Маленький человек с нескрываемым удивлением взглянул на девушку и, качнув головой, произнес:

— Это моя вина. Значит, я вместе с минимальными необходимыми знаниями об астрале зацепил какие-то воспоминания о прошлой жизни. Сразу признаюсь: мы с Ксенией одного поля ягоды — порождения одного реала, только я, в отличие от нее, никогда не жил в реале Земли. Чтобы понять, что произошло, я должен рассказать небольшую историю…

Когда-то, совсем в другом реале, другой Вселенной, построенной на других основополагающих иллюзиях, родилась совсем не человеческая девочка. Она была красива и умна по тамошним меркам и прожила прекрасную жизнь, заслужив уважение окружающих. Да, те живые существа тоже двуполы — ведь в единстве противоположностей, или как еще у вас говорят: Инь и Ян, заложено все разнообразие и развитие иллюзий — общий закон диалектики верен, как для реала, так и для астрала. Надо сказать, что в понимании мира то общество к тому времени было более продвинуто, чем на Земле. Но дело даже не в этом, а в том, что после смерти эта женщина хорошо чувствовала свое предназначение.

Ведь и вы на Земле часто ощущаете свое предназначение, и тогда ваши помыслы и способности совпадают, порождая гения. Такие случаи и есть наиболее удачное пробуждение создателя реала. Ведь все развитие от небесных тел до живой природы исподволь подчинено одной цели: возродиться в великом многообразии, приобретя колоссальный опыт реальных впечатлений. Это самый великий и прекрасный из парадоксов иллюзий второго порядка: рождает ее основу одна сущность, а возрождается из нее сонм, и все они в своем многообразии — это один и тот же создатель, плоть от плоти породившая их Вселенная.