Валентина Герман - Озаренные солнцем

– Алоссиан не должен знать, – сказала Иоланта. – Я не хочу, чтобы он видел мой наряд до свадьбы. И вообще, Плоидис, – Иоланта внезапно повернулась к нему, заставив портниху испуганно придержать сцепленные булавками края несшитой юбки. – Я же тысячу раз тебе это говорила, как ты меня слушаешь?..

– Что?.. – Плоидис поднял глаза и взглянул на сестру. – Иоланта, тебе стоило бы стоять спокойнее, если ты хочешь побыстрее закончить с платьем, – заметил он, наблюдая за взволнованными действиями портнихи, которая испуганно подбирала с пола выпавшие булавки.

– Плоидис, ты слышал, что я сказала?!.. – возмутилась Иоланта.

– Прости, нет, не могла бы ты повторить еще раз?..

– Ты меня совершенно не слушаешь!..

– Я, кажется, извинился, – Плоидис нахмурил брови.

Иоланта обиженно выпятила губу, но не сказала ни слова. Она помнила, как однажды нагрубила ему в присутствии посторонних – и в наказание Плоидис повелел ей неделю не показываться ему на глаза. Ей пришлось отказаться и от веселой королевской прогулки в парке. Ей так хотелось пойти – но она не могла нарушить приказ короля, именно это дал ей понять тогда Плоидис.

– Я сказала, что Алоссиан не должен знать. Это будет сюрприз.

– Хорошо, – сказал Плоидис. – И все же, я считаю, должны быть белые.

– Ладно. Как скажешь, – Иоланта повернулась к зеркалу и, заметив скособочившиеся от ее движений юбки, напустилась на портниху: – Это что? Это юбкой называется?.. Долго ты еще будешь возиться?..

– Простите, Ваше Высочество, – залепетала едва слышно портниха, в ужасе оглядываясь на короля. «Прикажет побить меня палками», – подумала она.

Плоидис взглянул на огромные часы, стоявшие в углу комнаты, и вздохнул едва слышно.

– Мне пора идти, Иоланта.

– Конечно, иди, – отмахнулась она, занятая поправлением на свой лад юбки. От этого ткань еще больше теряла форму, и портниха с отчаянием следила, как из нее выпадают все булавки, которыми она старательно скрепляла будущие складки и швы.

– Иоланта, оставь юбки в покое, – устало вздохнул Плоидис. – Ты только все испортишь.

– Это вот она все испортила! – сказала Иоланта, обвинительно уставив пальчик на портниху.

– Если ты будешь стоять спокойно, уверяю тебя, она все исправит, – ответил король. – Просто не делай ничего больше.

И он, не дожидаясь очередной капризной фразы, направился к выходу. Портниха запоздало сделала неуклюжий реверанс, мысленно поблагодарив короля за то, что он сказал принцессе.

Плоидис вышел за двери и вздохнул, словно стараясь выдохнуть из себя усталость и изнеможение, которые валили его с ног в последние недели.

Все было так сложно, а она ничего не понимала. Не понимала, что против него ополчилась целая армия дворян, и что ее замужество – это всего лишь способ обезопасить ее сейчас, когда в стране почти ощутимо назревает гражданская война, и способ получить хотя бы еще одного надежного союзника в будущем, когда эта война все же наступит.

А она не знала даже, что в Лиодасе что-то неладно.

Впрочем, отметил про себя Плоидис, не только над Лиодасом в последнее время сгустились тучи. Другие страны тоже переживали не лучший период. Неурожаи, болезни, восстания, измены королю… словно весь мир разом вступил в абсолютно черную полосу жизни.

Плоидис дошел до своих кабинетов и в сотый раз за вечер заглянул в ящик стола, где появлялись письма Архитогора. Он был пуст.

«Что же это значит?.. – нахмурился Плоидис. – Я написал тебе еще вчера… отчего же ты молчишь, Архитогор?.. Неужели и с тобой что-то случилось?..»

Он, разумеется, уже слышал о нападениях на Братию, и о том, что сожгли одну из ее немногочисленных деревень. Возможно ли, что Архитогор был там, где-то со своими братьями в трудную минуту?..

Нет, нет – он маг, он смог бы постоять за себя.

Плоидис внезапно услышал, как скрипнула дверь тайного хода, – и резко обернулся.

Это был Делтон.

– Здравствуйте, Ваше Величество, – поклонился он.

– Здравствуйте, – ответил Плоидис. – Признаться, удивлен.

– Выходит, моя записка Вас миновала, – слегка улыбнулся Делтон.

– Похоже, – Плоидис жестом предложил ему сесть.

– Ваше Величество… – начал Делтон, – я хотел поговорить с Вами насчет войны.

– Войны? – переспросил Плоидис, ничуть не изменившись в лице. – Никто не объявлял мне войны, граф.

– И все же Вы к ней готовитесь, – возразил Делтон. – Едва ли Вам удастся скрыть это от дворян. И при всем моем почтении, Ваше Величество, это ошибка. Превиль собирается исполнить свой план через неделю, и тогда, возможно, удастся избежать войны, обезглавив противника.

– А если нет? Каковы тогда будут потери? Вы считали? – хмуро спросил Плоидис.

– Я почти уверен, что без Превиля в своих рядах дворяне не пойдут на открытое противостояние.

– Действительно, – согласился Плоидис. – Они будут и дальше действовать исподтишка.

– Ваше Величество, не время иронизировать.

– А по-моему, самое время, – Плоидис встал, и Делтон поднялся вслед за ним. – Вы пытаетесь убедить меня, что мне не нужно защищать народ от того, что нависло над ним и вот-вот готово обрушиться. Вы пытаетесь сказать, что пока дворянские воины жгут деревни и бьют ни в чем неповинных людей, я должен сидеть сложа руки и смотреть на все сквозь пальцы только потому, что война – официальная, открытая война, возможно, не начнется, – Плоидис пронзительно взглянул на Делтона и не стал скрывать усмешку. – А не кажется ли Вам, граф, что эта война уже идет, и идет давно?.. Не кажется ли Вам, что идет она потому, что дворяне знают – у меня недостаточно сил победить их?..

Делтон не знал, что ответить.

– Ваше Величество…

– У Вас ведь нет аргументов, Ронтан, – Плоидис невесело улыбнулся. – Нет. Потому что я тоже неспроста принял это решение. Поймите – если даже нам повезет, и мы арестуем Превиля, война эта не прекратится. Ее можно остановить только победив в ней – потому что противник, который пока сильнее, по непонятным мне причинам хочет довести ее до конца и ни перед чем не остановится. Нельзя уже ничего вернуть назад. Нельзя восстановить тот былой мир, который, впрочем, и без того был довольно шатким и призрачным. Это война. Это не пустяковая детская ссора, в которой можно помириться и вместе починить сломанные игрушки. Здесь играют до конца. – Плоидис помолчал немного и вздохнул. – Скажите теперь, что я не прав, Ронтан.

Делтон ответил не сразу. Но наконец он, не найдя других слов, сказал:

– Вы правы, Ваше Величество.

Не без труда пробравшись в замок, Иллиандра тут же бросилась к своему сундучку.