Людмила Минич - Ступени в вечность

Стали ночным порядком. Маритха видела, что Тангар недоволен. Однако Бессмертные рассудили иначе, опустив ночь на уставших людей и зверей.

Девушка блаженно свернулась в своем уголке, попивая из кружки горячее. В другой стороне от жаровника примостился Тангар, отдыхая от праведных трудов, готовясь к новой страже. Как частенько бывало, ему выпала вторая стража.

— Больше не трусит? — неловко спросил он.

Маритха помотала головой. После горячего реша руки перестали не к месту подрагивать. А чего он хочет? Два дня подряд в когтях у смерти бродить, тут и не такой, как она, трястись начнет. Особенно Маритха, которой и так в последние времена достается. Никакой разум не выдержит. И зачем ее понесло в запретные земли? А Великого чего сюда потянуло? Как он ей помочь-то собирается, если и без того каждый день — подарочек.

— Тут любого затрусит, — сказала она. — Только ты один как эти скалы.

Хранитель улыбнулся, и, надо сказать, весьма довольно. На этот раз Маритха в цель попала. Но на словах он своего довольства не показал:

— Тут этого мало, женщина. Тут крепче скал надо быть.

— Крепче-то крепче… а ворота твои мы прошли. Пропустили, значит, Бессмертные?

— Значит, пропустили, — согласился он.

— А про ворота ты, это… сам придумал или надоумил кто?

— Сам бы не придумал, — покачал он головой. — Великий Раванга как-то про ворота уронил. Это дальше я уж сам. Чего ты?

Девушка так и застыла с открытым ртом. Великий Раванга! Дважды можно было позвать его на помощь — не можно, нужно даже, — и дважды Маритха его в миг беды не вспомнила. Как так? Как это она забыла? Все было бы намного проще, не забудь она от страха собственную голову!

— Как же я… — прошептала она еле слышно.

— Это ты про что?

— Да ведь я могла Великого сто раз позвать! Сто не сто, а прошлой ночью уж точно! Да еще сегодня!

Тангар, по своему старому обыкновению, словно вцепился взглядом, но девушка не замечала, продолжая убиваться своему ротозейству.

— Ну и что тебе Великий? — вдруг оборвал он, и только тут Маритха увидела, как окаменело его лицо. — Что бы он смог? Огнем в горакхов с тобою швырять? Или скалы бы раздвинул? Я в мощь его верю побольше некоторых, только любой силе есть граница. И что ты частишь, стоит только слабому ветру задуть: дескать, надо Великого призывать! Что ты стонешь? Жива, здорова, как-никак. Чего жалуешься?

Девушка надулась от обиды. Ему бы так жизнь каждый день подарки делала, как ей!

— Тебе, видно, не привыкать со смертью каждый день играться, — зло, со слезами отрезала она. — На то ты и хранитель. Ну так играй, раз тебе нравится! А меня в покое оставь! Я не привыкла каждый день за Нить свою трястись. Пойми ты: и мне и тебе было бы спокойнее! Ладно уж тебе, раз ты покоя не хочешь, а мне не указывай! Великий Раванга сам говорил — зови, как только будет случай, да заранее, не натягивай Нити понапрасну.

Она принялась всхлипывать, отчего Тангара совсем перекосило.

— Хватит тебе, — бормотал он, но Маритха только волю себе давала. Пускай помучается.

— Чтобы ты так не убивалась, — выдавил он, наконец, — скажу тебе по правде: если б наши Нити должны были на самом деле оборваться, Великий Раванга и без твоих призывов не задержался бы.

Она подняла голову, забыв о слезах.

— Это как?

— Да так. — Тангар несколько раз пожал плечами, завозился на месте, однако продолжил: — Не понимаю я как, да и не нужно на то моего разуменья. Только…

Он замялся, помотал головой, будто отгоняя дурные мысли. Настороженно замолк.

Но Маритха каким-то чудом сама дошла до правды. А что тут доходить было? И так ясно. Великий говорил, что за Тангаром он присмотрит. А ей самой придется… Присмотрит! Так же, как Темный Ведатель за Маритхой!

— Он к твоей Нити приплелся, да?

Тангар моргнул виновато. Молчит, упрямец. Чего молчит, раз начал? Чего вдруг речь оборвал? Или не дают ему сказать?

— Раванга за тобой следит, за Нитью твоей, как… — она осеклась.

Как Аркаис следит за ее Нитью.

— И что с того?

— Ничего! — Голос зазвенел от обиды. — Значит, он знал, как мы тут пропадаем! И не пришел!

— Так я и сказать хотел: кабы знал, что вправду пропадаем, то сам пришел бы, без твоих воплей.

Девушка задумалась. Темный бы тоже смерти ее не отдал. А где он? Нет его. Что же выходит, срок ей обрезать никто не собирался?

А Тангар, приободренный ее молчанием, тем временем продолжал:

— Тут дело обычное, хоть и опасное. В самый раз для хранителя. Говорил же: или прорвемся, или… Да ты сама, верно, помнишь. Ну подумай, что Великий против горакхов, да еще без числа? То ведь не люди.

— Да от него горакхи разбегаются!.. — запальчиво перебила Маритха. — Только их и видно. Я сама видела! Помнишь, когда вы со мной повстречались?

— Да пока мы вокруг того горакха суетились, он в

стороне стоял! И правильно. Каждому — свое.

— Каждому — свое, — подхватила она. — Пока вы там суетились всем скопом, Великий спокойненько другого горакха прочь отправил. И без кровищи да трупов, как вы сподобились. Я видела.

— Это какого другого?

— Такого! Сзади от нашего тарпа еще одна тварь засела. А как Раванга подъехал, она клешни подобрала и прочь ушла, к друзьям своим подалась.

— Второго? — глухо уронил Тангар, но Маритха ничего не заметила.

— Второго, — кивнула. — А вы там еще с первым долго разбирались. Да потеряли одного. Может, будь с нами вчера Раванга, и рваться бы сквозь стаю не пришлось. Вот я про что! А сегодня… Скалы, говоришь, нельзя раздвинуть? Кто знает…

Хранитель промолчал.

И тут Маритха улетела в соседний угол, ударилась лбом о стойку так, что искры посыпались. Тангар тоже не удержался, пытаясь спасти жаровник, и повалился прямо на нее. Жир, должно быть, щедро плеснулся вниз, потому что тарп взревел и снова резко подался в ту же сторону. Тангар вскочил, но пол уходил из-под ног, носилки ужасающе накренились. Он схватил Маритху, беспомощно елозившую посреди движущихся тюков, и почти выбросил наружу. Девушка вцепилась в длинную шерсть, едва соображая и все же пытаясь удержаться, но беспомощно повисла, все больше сползая куда-то вниз. Вокруг стоял грохот, треск. Ревели тарпы, кричали люди.

— Прыгай! — услыхала она Тангара. — Прыгай вниз!

Повинуясь знакомому голосу, она разжала пальцы и полетела вниз. Больно ударилась оземь, так что дыханье перехватило, перевернулась и замерла в страхе. Тарп валился прямо на нее.

Напрягая все силы, она вскочила на корточки, потом на ноги… почти вскочила, если бы земля не подалась под ее телом. Совсем рядом что-то грохнуло, прямо в уши ударило. Маритха вновь грянулась наземь. Поползла непонятно куда, полумертвая от страха. Разом привиделся старик-проводник, придавленный сдохшим в пустоши тарпом.