Павел Буркин - Вернуться из смерти

  Да, наверное, не стоит так травмировать нежную психику фанатика. Первые пару секунд Морресту казалось, что пленник вот прямо сейчас отдаст своему Берг-Аладу душу. В широко раскрытых, круглых от изумления глазах, застыло что-то вроде благоговейного трепета и одновременно восторга.

  - Ты пришёл, - медленно произнёс он. - Пророчество сбылось...

  - Что он мелет, какое пророчество? - переспросил Олберт. - Совсем крышей тронулся?

  - Нет, погоди, Олберт, - Моррест всё больше уверялся в том, что пленный ничуть не шутит. Невозможно просто так мгновенно перейти от звериной, неистовой ненависти к благоговейному, прямо-таки религиозному экстазу. - Тут что-то интересное. И, думаю, проводник у нас будет.

  - Этот крысоподобный...

  - Именно, - оборвал друга Моррест, опасаясь, как бы тот не разозлил пленника. - Наш прежний проводник время от времени тут работал, а эти вот "Мясники" - жили. Не один, между прочим, век. Как думаешь, кто знает подземку лучше? Слышишь, как там тебя, - теперь он обращался к пленнику. - Мне нужно встретиться с твоим начальством. Немедленно. Это очень важно.

  - Да-да, я понимаю, - часто-часто, будто опасаясь, что незнакомый вождь передумает, закивал пленник. - Развяжите меня, я не убегу и не буду сопротивляться, клянусь Берг-Аладом и его семью подвигами. Но нужно, чтобы отряд был невелик, все сразу могут всполошить наших...

  - Я понял, - произнёс Моррест. - Колен, Олберт, вы идёте с нами. С паренька глаз не спускать. Не думаю, что он что-то отчебучит - но осторожность не повредит. Пока не вернусь, командует Бакт.

  - Сделаю, командир, - сотник вытянулся по-уставному и чётко отдал честь. А ведь в Лакхни был ещё зелёным юнцом, принявшим десятку после гибели десятника. Да, быстро время летит. - Но... Не слишком ли это опасно?

  - Не опасно вообще, - усмехнулся Моррест. - Они ничего нам больше не сделают. Опасно остаться тут без проводника, припасов и всего с несколькими факелами. Через пару часов приду либо я, либо кто-то из братьев, если мы задержимся в гостях. Думаю, мы приобретём союзников.

  - Да, - благоговейно раскрывая металлическую книгу, произнёс седобородый, даже на вид неописуемо древний старик: Моррест бы не удивился, узнай он, что старцу лет сто-сто двадцать. - "Семь сказаний", шесть из них считались утраченными, и лишь Первое оставалось с нами.

  Моррест был совсем не в восторге от обилия высокопарных речей, они теряли время, а Гестан и Огг наверняка уже начали...

  - Кто бы ни был ты и твои люди, Моррест-катэ, никакая плата за её обретение не будет чрезмерной. А ведь вы предлагаете не только Книгу...

  - Мы предлагаем сражаться с вашими врагами плечом к плечу, - решил поторопить старикана Моррест. - И решать надо быстро: бой не ждёт.

  - Мы поможем с проводником. Мы можем послать Нотэя, это тот десятник, что устроил на вас засаду. Но если вы час передохнёте, разделите с нами трапезу - вас станет на двести человек больше.

  "Значит, триста, - прикинул Моррест. - Против роты пьяниц-гвардейцев. Что ж, дело того стоит, к Карду ведь могли приставить и охрану из алков".

   - Простите, катэ, а что за пророчество?

   - Многие сомневались, что оно сбудется, сказать по правде, и я тоже. И всё-таки так и получилось. Когда мы ещё жили сверху, и на нас не охотились, как на зверей, когда отец Харвана Убийцы ещё не привёл своих бандитов даже на Хэйгар, Берг-Алад являлся к нам и сказал: "Целых несколько веков я не смогу к вам приходить. В это время вы хлебнёте горя и подвергнитесь гонениям, но когда надежды не останется вообще, и вам будет грозить полная гибель, явится тот, кто поведёт вас к спасению. Он вернёт вам давно утраченную святыню и отнимет силу у ваших врагов. Вы должны будете идти за ним до конца - даже в союзе с арлафитами и жрецами. И будет он в древних доспехах". Моррест-катэ, столько совпадений быть не может. Вы - тот, кто должен вести нас в бой.

  - А почему вы сами не пытались добраться до Карда? - спросил он. Как-то всё это подозрительно: вроде бы ненавидят Харванидов, знают скрытую дорогу во дворец - и ни разу за те триста лет, что Харваниды правят в Старом Энгольде, не пытались отомстить?

  - Пытались. И при Харване, и при Хостене, и при Арангуре с Эгинаром - тогда вообще чуть не получилось, пока они на Барке воевали. Только против Оллога мы вместе со всеми дрались - потому что беда нависла не над Харванидами, а надо всем Сколеном. И в Великую Ночь, как и все, мёрли.

  - Как и сейчас, катэ, - произнёс Моррест. - Помните, как всё было в прошлом году?

  - Да. Грабили, насиловали, детишек даже убивали... Тьфу! Тогда мы рассорились с ними.

  - Это лишь бледная тень того, что они творили в Верхнем Сколене. И что будет здесь, уже совсем скоро, если пустить Амори снова.

  Моррест рассказывал про Самур, про рвы с мертвецами на улицах Макебал, про проституток поневоле, запертых в долговой тюрьме столицы Верхнего Сколена... Про Гевин. Про разорённые непосильными податями деревни и нарочитый, показной садизм алков. И о том, что Амори считает сколенцев рабами по рождению и по призванию, которых нужно периодически вырезать, чтобы не расплодились сверх меры, и заодно "тренировать" на них алков. "Самое страшное, мне даже врать не надо, - думал Моррест. - Всё это - сама правда. Если Амори победит, весь Сколен станет большими Макебалами".

  Его слушали не перебивая. Наверное, они решили сразу, как только уверились в том, что он - "из пророчества". Да и не в нём одном дело: нельзя вечно выживать в подземелье без надежды на спасение и месть. Нельзя постепенно угасать, не видя будущего для себя и близких, и хоть раз, хоть однажды не попытаться поспорить с судьбой. Раз они уже обожглись на сотрудничестве с верхними - алками, и решиться по новой было непросто. Но не такими уж и отрезанными от мира оказались сектанты: про то, что творится вдали от столицы, они, конечно, не знали - но уж её погром прошёл у них на глазах. Да и отступничество Карда не укрылось даже от них.

  Солдату собраться - только подпоясаться. У катакомбных вояк почти не было доспехов, да и настоящего оружия, если честно, тоже - лишь убогий самодел, выкованный едва знающими, как обращаться с металлом, кузнецами. Нормальных мечей вообще штук десять - по характерной форме гарды Моррест безошибочно определил алкские клинки. Небось, дар агентов Амори союзникам... Что до вещей - этого добра у подземных жителей почти не водилось. Времени понадобилось ровно столько, чтобы оповестить разбросанные по подземке небольшие отряды. Вскоре изрядно вытянувшаяся колонна так же ползла по огромной кирпичной трубе, меся зловонную грязь.

  В эти часы Моррест успел познакомиться с недавним пленником поближе. Оказывается, звали его Нотэй, а отчества в этой общине не признавали. Как и каст, и пышных родословных на двадцать поколений. Какая разница, кем были твои предки, они свою жизнь прожили. Важно, кем будешь ты. В ответ Моррест рассказывал ему о своих приключениях. Огромный, пёстрый, невероятно разнообразный мир стоял за его словами. Полная боли и радости, ненависти и любви, веры и безверия жизнь.