С. Алесько - Злато-серебро

— Нет, — равнодушно ответил чародей. — Показалось, — он не желал, чтобы кто-то хотя бы заподозрил, как сильно ему вдруг захотелось увидеть Иволгу.

Наместник не стал больше ни о чем спрашивать, а Серп с трудом заставил себя не вглядываться в толпу. Вместо этого чародей сосредоточился на сангрилах в птахином обереге. Если оклик ему не послышался, почувствовать камни на таком незначительном расстоянии будет нетрудно. Но сангрилы не ощущались, значит, действительно померещилось.

На душе отчего-то стало совсем тяжело. Шутки это бледноликой Госпожи или нет — неожиданно перестало иметь значение. Осталось лишь отчаянное желание увидеть Иволгу. Просто увидеть, услышать ее голос, узнать, что у нее все хорошо. Нет, к мраку «хорошо». Наоборот, что ей так же тоскливо, как и ему, вот она и приехала в Регис, чтобы… Тьфу, что за чушь! Серп скрипнул зубами, прогоняя глупые мысли. И неожиданно встретился глазами с Эроной.

Они ехали через мост, где приветствующих не было, и принцесса позволила себе опустить руку и взглянуть на жениха.

— Какое странное у вас только что было лицо, принц, — промолвила девушка. — Скажите, вы думали обо мне?

— Конечно, ваше высочество, — пробормотал он, пряча глаза и молясь, чтобы у нее не было при себе амулета, позволяющего распознать ложь.

Иви с Кайтом решили добираться до Региса морем, хотя Мерта как-то вызвала стражника к себе и передала амулет перехода, присланный Крестэлем-старшим. Кольцо, выточенное из серо-зеленого змеевика мгновенно переносило надевшего его в родовой замок хозяев Приморского Предела.

— Твоему отцу, кажется, понравился мой совет насчет женитьбы, — заявила бывшая Нетопыриха, вручая вещицу. — Просил поспешать.

— И надо бы тебя поблагодарить, да неохота, — проворчал Кайт. — Почему Нетопыри так любят всюду совать свой нос? — трактирщица не удостоила парня ответом, только обидно рассмеялась. — Скажи-ка, Мерта, не знаешь ли, где именно Серп собирался остановиться в Регисе?

— Зачем тебе? — тут же подтвердила нетопырью репутацию женщина.

Кайту пришлось рассказать о намерениях Иволги. Мерта, как ни странно, не стала издеваться над девушкой, задумчиво покачала головой и посоветовала обратиться к Илексу, подробно объяснив, где тот проживает.

— Можешь не скрывать от него, кто ты и почему в Мелге отсиживался. Он — чародей надежный. Только обязательно скажи, что это я тебя прислала. Птичке вашей золотой и подавно таиться незачем. Ей Илекс непременно поможет. Я бы тебе советовала оставить девушку у него, а самому отправляться к отцу. Да только вряд ли послушаешься, — глянула с хитрецой.

Кайт все-таки поблагодарил Мерту на прощание, а по дороге домой зашел в порт справиться, какие суда отправляются в ближайшие дни в Пиролу. Платить чародею за переход для двух человек было дорого, отправляться к отцу — рано. Возможно, от женитьбы и удалось бы отбрыкаться, но в столицу Крестэль сына точно не отпустит, запрет в замке. И что тогда делать Иволге, которой он обещал помочь?

Путешествовать выпало на «Оседлавшем волну», старом, но, по уверениям капитана, надежном паруснике. Кайту оставалось только радоваться, что Иви обрезала косы и переоделась мальчишкой. У моряков, которые осмеливались выходить в неспокойное зимнее море, оказались свои причуды. Женщин на борт в это время года не брали ни за какую плату.

Иволга отлично помнила, как Серп рассказывал о корабле с фигурой дельфина на носу. Когда Кайт, указав на темную полосу берега вдали, сказал, что это Приморский Предел, девушка прилипла к фальшборту, пытаясь разглядеть деревушку, в которой родился чародей. За серой полосой дождя увидеть ничего не удалось, хотя суша была не столь уж далеко, и Иви приуныла.

Весь остаток путешествия девушка оставалась грустной и задумчивой. Это очень не нравилось Крестэлю. Ну, как чародей в самом деле оставил ее? Жаль будет птичку. Может, взять с собой в родовой замок? Пусть поживет немного, сестренка, пожалуй, сумеет ее растормошить. Отец не преминет высказаться, мол, сын по-прежнему подбирает бездомных собачонок, ну и ладно. Не отказался же Кайт в свое время от рисования, хоть Крестэль-старший был недоволен и не стеснялся отпускать обидные замечания.

«Оседлавший волну» бросил якорь в порту Региса аккурат в день торжественного выезда Эроны и ее жениха. Иволга немного оживилась, ей очень хотелось увидеть принцессу. Любопытство Кайта тоже не дремало, но ему интереснее было узнать, кто занял его место.

Парень и девушка быстро оказались на припортовой площади, пока заполненной едва ли наполовину, и встали у фонтана. Иволга забралась на каменный бортик, чтобы лучше видеть. Ожидание скрашивала болтовня горожан. Путешественники быстро узнали, что молодой принц родом с далеких Рудных островов.

— У меня племянница в замке служанкой, — поведала одна немолодая тетка другой. — Видала как-то этого женишка. Говорит — краса-а-авчи-и-ик. Весь из себя утонченный, с локонами до плеч.

— Ах, я так люблю, когда у мужчин светлые волосы! — воодушевилась товарка.

— Да кто тебе сказал, что у принца светлые? Черны, как ночь, и глаза темные. Но сам белокожий. И сложен хорошо, стройный. Не то что некоторые, — метнула сердитый взгляд на Кайта, который имел неосторожность случайно задеть ее.

Парень поспешно отодвинулся, оказавшись едва ли не прижатым к ногам Иви. Это было нехорошо. Он еще на корабле заметил, что стал поглядывать на девушку не совсем по-братски. Что стало тому виной: задорные короткие пряди, встрепанные соленым морским ветром, или тот поцелуй на празднике в Мелге, Кайт не знал, да и не хотел разбираться. Во-первых, Иволга — подружка Серпа, пока, во всяком случае. Во-вторых, он никогда не поступит с бедняжкой, как мраков чародей, не станет морочить ей голову, чтобы потом бросить за ненадобностью. А в выборе жены он не волен, тут в расчет принимаются интересы рода. Благородные, конечно, тоже чудят, взять хоть его деда, но выкидывать такие штучки через поколение Крестэлям непозволительно.

— А уж имя у него — заслушаешься! — продолжала горожанка, племянница которой прислуживала в замке. — Ориол!

— Ориол! — Кайт не сдержал смеха. — Ну и прозвание для мужика!

— Тебя, небось, Бычарой кличут! — отрезала тетка, гневно сверкнув глазами, и повернулась к парню спиной, всем своим видом выражая презрение.

Кайт расхохотался в голос.

— Ориол… Звучит очень красиво, — заступилась Иволга. — Будто птичья трель.

— А и верно! — продолжал веселиться парень. — Если когда-нибудь навестишь меня в родовом замке, я тебя родителям так и представлю. Дама Ориола из Мелги.