Елизавета Тьма - Господин Вечности

   -- Орёл, говоришь? Птичка по полёту видна... passer domesticus.#

   # Habent sua sidera lites -- споры судьба решает (лат.)

   scientia potentia est -- Знание -- сила (лат.)

   Veni, vidi, vici -- пришел, увидел, победил (лат.)

   Aquila non captat muscas -- Орёл не ловит мух. (лат.)

   passer domesticus -- домашний (живущий в городах среди людей) воробей (лат.) здесь -- воробушек (прим.авт.)

   Вместо раздражения последняя фраза вызвала весёлый смех. Чем безобидней я выгляжу, тем легче мне в итоге справиться с теми, кто вздумает проверить меня на прочность! Котёнка близко подпустят к себе, не догадываясь о том, что маленький безобидный комок шерсти со смешными коготками и крохотными зубками, может быстро стать большим, клыкастым и когтистым тигром.

   Девчонки, как выяснилось, меня не ждали. Думали, что я буду отлёживаться. Ага, щас! Скучно же! И мысли ненужные в голову лезут...

   В ответ на "так ты сыграешь, Ирдес?", я состроил страдальческое выражение лица и горестно взвыл, что они решили заморить меня голодом насмерть! Однокурсницы посмеялись, но, продолжая подшучивать, накормили. Даже сладости нашли! После куска торта я был готов уговориться практически на всё, что бы ни попросили эти благодетельницы и избавительницы от голодных мук одного тёмного подростка.

   -- Пойдём в кубрик? -- предложила Оля. -- Там сейчас Ритка, Деня и Андрей сбежали из медчасти...

   Кубриком называли общую комнату двух этажей. Зал отдыха на выходных, мозгового штурма -- во время сессий, неофициальных и неразрешённых студенческих вечеринок... Короче, кубрик. Просторное помещение, обычно в форме шестигранника. На пространстве академии не экономили, никакой тесноты и утрамбовки, как в человеческих учебных заведений.

   Пребывая в благодушном настроении, я позволил утащить себя в заданном направлении.

   Кроме Дениса и Риты, которые сидели в обнимку в широком кресле, тут собралось ещё человек десять. Пророк с загипсованной рукой сидел чуть в стороне от остальных, и старался лишний раз не дёргаться. Видеть меня были рады, да и мне на душе стало тепло в хорошей компании. И распивали явно не тот лимонад, бутылка которого на столе стояла! Пошарив под столом и вынув оттуда завёрнутую в пакет пластиковую тару, глотнул прямо из горла, одобрительно кивнул. Светлое пиво. Вкусное. Заныкал тару обратно под стол и весело сообщил:

   -- Если мастер поймает, я не с вами и вообще мимо пробегал!

   -- Да брось, -- усмехнулся Мистраль. -- На твой невинный взгляд даже наш неподкупный и беспощадный мастер купится. Ты ж ангел! -- и сокурсник указал на смайлик, весело скалившийся на моей майке. -- Если состроишь несчастное выражение лица, так заранее всё простят.

   Я тут же состроил самое скорбно-возвышенное выражение, какое только смог. Но не удержался и почти сразу рассмеялся. Засмеялись и остальные.

   Взяться за гитару уговорили быстро, хотя я и посопротивлялся для проформы. Они знали, что меня не надо просить спеть что-то конкретное, за "заказ музыки" я могу и гитарой по башке дать. Хотя, гитару, мою чёрную красавицу, пожалею. А вот кулака в зубы допроситься можно! Если девушки такую ошибку совершат -- я сострою мину оскорблённого до глубины души и несправедливо обиженного ребёнка, и они же сами об этом пожалеют. Другое дело, когда я спрашиваю "что тебе спеть".

   Музыка рождалась под пальцами, заполнив мою душу и захватывая в свой ритм других. Я играл и пел, забывая обо всём. Модификация голосовых связок привычная и лёгкая, не зря я столько лет учился у оперной певицы. Только одно... когда меняешь голос для того, чтобы петь -- говорить больно. Будто ножи в горло втыкают.

   Они радовались и было так хорошо, что легко рождались весёлые, радостные песни. Те, от которых они улыбались и смеялись.

   Откуда-то повеяло холодом... И я вдруг поймал себя на том, что под пальцами зазвучал другой ритм, подчиняясь памяти, подаренной моим странным сном.

   Жить, чтоб сгореть,

   И сгореть, чтобы жить,

   Не заблудившись во тьме.

   Время придет,

   За собой позовет

   Феникс, рожденный в огне!.. #

   # Ария -- "Феникс"

   И только я знаю, что огонь, в котором рождён мой друг Феникс -- ледяной. Феникс... Ветер... Мой бог и мой друг. Моя душа -- по-прежнему твой храм. И мне остаётся только призрак надежды, что когда-нибудь моя душа перестанет быть храмом для мёртвого бога. И ты возродишься, смертный бог. Без тебя, боюсь, долго я не протяну. И без твоей помощи... у меня нет даже призрака шанса вернуть мою богиню.

   Хэх... настроение изменилось, изменилась и музыка.

   И я люблю, но эта боль сильней день ото дня!

   Я все еще люблю тебя, и смех твой слышу я!

   Терять уже я научился, научи прощать

   И жить без страха снова потерять... тебя... #

   # Ольви -- "Потерять тебя"

   Пора прекращать... Гитара не хочет уходить, струны льнут к пальцам песня за песней. Она ведь живая, часть моей души, моя чёрная красавица. И создана чтобы забирать мою боль. Долгое время я не знал, какой секрет спрятал отец в этом артефакте. Пока не испытал запредельную пытку, а она оказалась у меня в руках. И чем хуже мне становилось, тем сильнее она ломалась. Стальной гриф напополам...

   Струны, казалось, гладили пальцы. Хотя обычно, если я долго играю -- струны режут их в кровь, как ножи.

   Хватит. Прошу тебя, хватит. Я позову тебя ночью, на крыше, один. А теперь -- уходи. Не желаешь? Ну, давай тогда споём что-нибудь повеселее. Взгляни как сидят вместе два чудных светловолосых человечка -- Ритка и Деня. Видишь, как за руки держатся? Не удивлюсь, если всю жизнь вместе пройдут. Если, конечно, когда-нибудь повзрослеют, избавившись от молодой дури, присущей некоторым. Давай для них...

   Живая пляска пламени костра в музыке струн и словах новой песни. Несложной, но завораживающей. Мне самому хотелось уйти в движение вслед за музыкой.

   Отзвучали последние аккорды, но казалось, музыка ещё гуляет под сводом потолка, дрожит в тенях по углам, хотя моей чёрной красавицы уже нет в руках. Пальцы всё-таки сбил. Не сильно, часа через три-четыре уже забуду.

   -- Всё, -- откинувшись на спинку дивана, я закрыл глаза. -- Рука болит.

   Влад быстро поднялся со своего места, остановился за моим плечом, провёл раскрытой ладонью над моей лежащей на подлокотнике дивана рукой. Разодранная конечность, замотанная в бинты и пластыри, тут же онемела.

   -- Так легче? -- поинтересовался тёмный.

   Я кивнул. Надо же, неуч Влад ри'Тарг освоил "ледышку". Хотя, накладывает тёмный её отвратительно, работа с Силами у него топорная. Рука на самом деле болела меньше, чем пробитые насквозь стопы, на которых мне ещё ходить надо, и разодранные ноги, и бок.