Маргарет Уэйс - Второе поколение

Воин взял листья, бросив их в кружку, залил горячей водой. Любопытный от природы, Слегарт вытянул шею, чтобы хоть мельком увидеть смесь, полагая, что это какое-то волшебное зелье. К его разочарованию, она оказался лишь чаем с плавающими на поверхности листочками. Острый запах ударил в ноздри.

Слегарт чихнул и хотел было что-то сказать, но в этот момент дверь гостиницы отворилась, обдав всех ледяным ветром и принеся еще больше снега, и на пороге появился новый гость. Жестом указав одной из неопрятных служанок закончить обслуживание мага и его брата, Слегарт повернулся, чтобы поприветствовать новоприбывшего.

Судя по изящной походке, высокому росту и стройному телосложению, это мог быть юноша, эльф, а может, и девушка. Фигура была так укутана, что невозможно было определить ни пол, ни расу вошедшего.

«Гостиница переполнена», — хотел сказать Слегарт, но не успел — гость подплыл к нему (по-другому не скажешь) и, протянув необыкновенную изящную руку, положил две стальные монеты в ладонь хозяина (необыкновенную лишь грязью под ногтями).

— Место у огня на ночь, — сказал он тихо.

— Я думаю, наверху есть комната, — объявил Слегарт, к удовольствию похожих на гоблинов постояльцев, которые грубо оскалились и загоготали.

Даже воин невольно усмехнулся, покачал головой и подтолкнул брата за столом. Но тот лишь раздраженно указал на свое питье.

— Я беру ее, — ответил гость, доставая из кошелька еще две монеты для ухмыляющегося содержателя гостиницы.

— Очень хорошо... — Заметив, что одежда гостя сделана из дорогой ткани и богато украшена, Слегарт подумал, что весьма умно будет поклониться. — Ух, могу я узнать твое имя?..

— Комната и я должны быть представлены друг другу? — резко спросил гость.

Карамон довольно хихикнул, маг, похоже, тоже отреагировал на колкость, слегка повернув голову в сторону гостя от чашки с дурно пахнущим напитком.

Слегарт замолчал, не зная, что придумать для выяснения личности загадочного гостя. Тот отвернулся от него и направился к столу в темном углу — самому дальнему от очага.

— Мяса и выпить! — бросил он через плечо повелительным тоном.

— Чего желает... ваша светлость? — поспешил хозяин за гостем, навострив уши.

Хотя путешественник говорил на всеобщем, у него был какой-то странный акцент, и Слегарт все еще не мог определить, мужчина это или женщина.

— Все равно, — устало произнес гость, отворачиваясь.

Проходя через гостиную, держатель гостиницы бросил взгляд на столик Карамона и мага.

— Мне вон того, как бы оно ни называлось, — жестом указал путешественник на большую деревянную миску, из которой служанка накладывала какую-то сероватую густую массу, одновременно кокетничая с Карамоном.

Нося еду на столик братьев, девица умудрялась «случайно» задевать телом Карамона. Теперь то ли из-за походки загадочного гостя, то ли по легкому презрительному жесту, который он сделал непроизвольно, когда рука Карамона обняла служанку, похлопывая ее по округлому заду, но Слегарт внезапно уверился — закутанная фигура принадлежит женщине.

В те дни, лет за пять до войны, было опасно путешествовать по Ансалону. Мало кто странствовал в одиночку, а отправляющихся в путь женщин вообще почти не было — только наемницы, искусно владеющие мечом и щитом, и богатые дамы с огромным эскортом, вооруженным до зубов.

У этой женщины — если это все-таки женщина — Слегарт не заметил оружия, а если у нее есть провожатые, им придется наслаждаться сном на открытом воздухе, где скоро начнется такая снежная буря, каких не было уже несколько лет.

Содержатель гостиницы был не особенно умен и наблюдателен, а потому пришел к заключению, что это одинокая, беззащитная женщина, на две минуты позже, чем каждый в гостинице. Лицо огромного воина потемнело, и он бросил вопросительный взгляд на брата. Тот в ответ покачал головой. Это стало ясно и по тому, как резко замолчали «охотники» у стойки бара, до того оживленно шептавшиеся.

Карамон нахмурился и огляделся вокруг. Но прикосновение руки и тихо произнесенное слово мага заставили его вздохнуть и невозмутимо продолжать трапезу. Впрочем, здоровяк не спускал глаз с незнакомки, к разочарованию служанки.

Слегарт вернулся на свое место за стойкой и начал протирать грязной тряпкой кружки, напряженно наблюдая за всем происходящим. Какой-то бандитского вида парень медленно встал со своего места, потянулся, попросил еще пинту эля и, взяв кружку из рук служанки, направился к столу гостьи.

— Могу я присесть? — спросил он и незамедлительно плюхнулся на стул.

— Да, — резко ответила незнакомка.

— Да ладно, — оскалился парень, усаживаясь поудобнее напротив хрупкой фигуры, поглощающей серую бурду из миски. — В этой части страны у постояльцев гостиницы есть обычай веселиться, особенно в такие ночи. Присоединяйся к нашей маленькой компании...

Гостья продолжала методично есть, не обращая внимания на парня. Карамон беспокойно поерзал и бросил на Рейстлина умоляющий взгляд, но маг резко помотал головой, и силачу пришлось со вздохом вернуться к еде.

Парень наклонился и, протянув руку, дотронулся до шарфа, которым было окутано лицо сидящей напротив особы.

— Ты, должно быть, ужасно горячая... — начал он, но не закончил фразу, поскольку очень трудно говорить сквозь надетую на голову миску с горячей подливкой, стекающей по лицу.

— Что-то аппетит пропал, — спокойно сказала постоялица. Поднявшись и обтерев руки сальной салфеткой, она направилась к лестнице. — Я иду в свою комнату, хозяин. Какой номер?

— Шестнадцатый. Можете запереть засов изнутри, чтобы оградить себя от всякой шушеры, — откликнулся Слегарт, медленно полируя кружку. — Служанка придет устроить постель.

«Шушера» с капающей с носа подливкой, должно быть, был рад отделаться от загадочной незнакомки. Металлические нотки в ее голосе и быстрые, точные движения показали, что она умеет постоять за себя. Карамон, оценив определение хозяина гостиницы, засмеялся. Довольно захохотала и «охотничья» компания. Правда, их смех был издевательским и касался незадачливого ухажера.

Бросив на приятелей сердитый взгляд, парень вскочил, утирая лицо. Опрокинув стол, он подлетел к девушке, уже поднявшейся на половину лестницы.

— Я провожу тебя в комнату! — похотливо облизнувшись, он схватил ее и дернул к себе.

Она потеряла равновесие и упала ему на руки, вскрикнув так, что ни у кого не осталось уже тени сомнения в том, что это женщина.

— Рейстлин? — умоляюще взглянул на брата Карамон, положив руку на рукоять меча.

— Хорошо, — вздохнув, сказал маг. Опираясь на посох, он тяжело поднялся на ноги. За спиной Карамона возник тип из «охотничьей» компании, Рейстлин указал на него глазами, и здоровяк понимающе подмигнул.