Эд Гринвуд - Судьба дракона

— Да, мой паж?

— Сюда, отец, — резко приказала она. — Помоги мне отнести эту прекрасную леди — она очень нежная и сильно хворает — вон за ту кучу поленьев.

— Конечно же, — быстро ответил он, вставая. — Надеюсь, не я стал причиной ее… хм… хвори?

Эмбра вздохнула.

— Вообще-то нет. Не более чем вся прочая Аглирта.

16

ЗМЕИНЫЙ ИСТОЧНИК

ДВАЕР ВРАЩАЛСЯ все быстрее, почти на фут поднявшись над землей, и пел — и словно в ответ Тшамарра Талазорн все сильнее изгибалась и билась под руками Эмбры, отрываясь от земли.

Эмбра выпрямилась, глядя на содрогающееся тело, и нахмурилась.

— Странно… — прошептала она, сузив глаза и глядя на юную чародейку.

Внезапно что-то ударило ее в плечо так, что она упала на землю лицом вниз.

Это был сапог солдата, выпрыгнувшего из-за груды сухих веток у нее за спиной, чтобы перехватить Дваер прямо в воздухе. Схватив его, он откатился в сторону и обернулся с торжествующей усмешкой, а когда Эмбра попыталась подняться на колени, шевеля пальцами, чтобы быстро соткать заклинание, со всех сторон высыпали солдаты с обнаженными мечами.

«Где же Ястреб и Краер?»

Воины встали перед ней стеной, ощетинившись мечами, и медленно, с пустыми лицами начали надвигаться.

— Эмбра Серебряное Древо, — вкрадчиво произнес тот, кто держал в руке Дваер, — твой отец пытал меня. Так что я не прочь позабавиться.

Эмбра прикрыла собой Тшамарру. Глаза леди Талазорн были закрыты, но руки и ноги снова начали дрожать, медленнее и ритмичнее, и она теперь висела чуть ближе к земле. Если бы у нее еще был Камень, Эмбра теперь, наверное, могла бы исцелить подругу. С этой мрачной мыслью леди Серебряное Древо повернула голову в сторону отца. Тот сидел, раскачиваясь, словно в беспамятстве.

Внезапная вспышка Дваера заставила ее снова повернуть голову. Она увидела, как воин медленно надвигается на нее, злобно посверкивая глазами, с Дваером в руке.

— Ты дал ей магические доспехи? — раскатился по пещере крик Фелиндара. — Зачем?

Архимаг Аглирты поднял бровь.

— Магические, дорогой мой барон?

Барон так резко взмахнул мечом, что Амбелтер поморщился.

— Амбелтер, пусть я не маг, но и не дурак. И очень прошу этого не забывать, — прорычал Фелиндар. — Ты дал этой девке доспехи на человека в два раза ее крупнее, и они подошли ей как влитые! Они вспыхнули, когда ты своим Дваером отослал ее, — это же любой дурак поймет! Они магические! — Барон гневно вогнал клинок в ножны и рявкнул: — Отвечай!

Ингрил Амбелтер втянул воздух, подержал на ладони Дваер и самоуверенно произнес:

— Заклятия на них не позволят никому отследить, откуда она пришла, и выйти на нас, зато я могу ее отслеживать.

Он зашагал по комнате с обычным видом превосходства.

— А теперь, гневный мой барон, перестаньте-ка возмущаться моей наглостью и сядьте. Поговорим о том, что и почему я делаю и за что мы примемся потом. Я должен познакомить вас с Мечом Заклятий.

— Мечом? Которым я смогу пользоваться? — живо отозвался Фелиндар вопреки собственному желанию.

Магистр покачал головой.

— На самом деле это не клинок, а серия переплетенных заклинаний.

Барон даже не потрудился скрыть свое разочарование, но Амбелтер лишь чуть улыбнулся и сказал:

— Вы сами знаете, что в наши дни магия — ключ к власти. А не знаете, так сейчас поймете.

— Я знаю, — проворчал барон, — но это не значит, что я буду ее любить.

— Опусти ее, — приказал солдат, — или… — Он поднял Дваер в одной руке, а в другой — меч.

Эмбра посмотрела на него, затем на Тшамарру. Понимает ли он…

— Я… я должна тогда уничтожить мое заклинание, — сказала она, стараясь, чтобы в голосе ее слышался испуг. И тут она поняла, что и правда боится. Без Дваера Эмбра Серебряное Древо была всего лишь безоружной женщиной, стоявшей перед вооруженными солдатами. Она сглотнула и ощутила, что ее бьет дрожь.

Он ухмыльнулся и сделал еще один шаг вперед, подбрасывая в руке Дваер, как мальчишка — камешек для игры.

— Без него ты пустое место, а?

— Да, — прошептала она, стоя на коленях, и он сделал еще шаг вперед. Теперь их разделяли всего три шага, но он направил на нее меч. Он не решится подойти ближе, опасаясь нажить неприятности, если прикоснется к чародейке.

— Так мне уничтожить?.. — спросила Эмбра, кивая на Тшамарру, которая стонала и дрожала, словно к ней возвращалось сознание. Она висела в воздухе где-то в пяди над землей.

Один из солдат что-то прошептал другому, и оба ухмыльнулись.

— Не дергай руками! — рявкнул солдат, и Эмбра замерла, не сводя с него взгляда, цепляясь за слабую надежду, что пробуждение Тшамарры встревожит его. Она не ошиблась.

— Она ведь просыпается?

— Да, — взволнованно ответила Эмбра, — и что она натворит — я не знаю. Она обезумела и слишком сильна, чтобы я с ней справилась, даже будь у меня Камень. Ее семья правит Арлондом при помощи магии.

— А если ты уничтожишь заклинание?

— Она уснет снова, — соврала Эмбра, не двигая руками.

Солдат не спускал с нее взгляда. Тшамарра начала шевелиться сильнее.

— Давай, — рявкнул он.

Эмбра, кивнув, потянулась к Тшамарре и осторожно наложила заклинание, потребовавшее всего пары жестов и короткой фразы. Это было одно из тех немногих, на которые у нее хватало собственной силы. О, Трое, помогите, пусть этот человек вовсе не ощущает Дваера!

Она почувствовала, как по коже побежали мурашки — заклятие начало действовать, — и одним прыжком перепрыгнула через Тшамарру, оказавшись прямо перед солдатом. Остальные едва успели крикнуть. Ее магия словно порывом ветра отбила в сторону его меч, и в какие-то секунды, которые и были ей нужны, он сделал то, что сделал бы любой воин, — отчаянно вцепился в оружие.

Это вынудило его повернуться к ней боком, она приземлилась прямо на его сапоги и обхватила его руками. Эмбра призвала Дваер. Как только она коснулась солдата, не имевшего силы использовать Дваер, чтобы противостоять ей, она ощутила мощь Камня, потянулась к ней, ухватила ее!

С мысленным криком, который раздался в головах у всех, стоявших рядом с ней, она заставила Дваер разметать металл во все стороны, отвратив его от себя самой, точнее, от своего тела и от солдата, который так ненавидел ее за что-то, что сделал с ней уже мертвый негодяй, которого вся Аглирта считала ее отцом.

Эзендора откатило в сторону, как бронированный шар, метнуло с глухим звяканьем в шеренгу воинов, которых самих разнесло в стороны и впечатало в деревья. Мечи выпадали из онемевших пальцев и летели в сумрак леса.