Владимир Журавлев - Дорога на яйлу

– И почему эльфы сами этих степняков не грохнут – не понимаю! – громко подивился третий звеньевой. – У них же и магия, и брюлики всякие, не то что у нас! Эльфы могут всё!

– Во-первых, могут не всё! – желчно отозвался бригадир. – Во-вторых, не хотят. И если б ты, дурачок, был Бессмертным – тоже не захотел бы воевать! Потому что убить можно и Бессмертного – а оно им надо?

– Ну, дали бы нам чудо-оружие! – не сдавался третий звеньевой.

– Чтоб сделать оружие для нас, требуется сначала создать технологические цепи! – рассеянно заметил первый звеньевой. – Добыть руду и выплавить сталь. Обработать и изготовить оружие. Построить производство для энергетических носителей. Отдельно – производство боезапаса. Еще – ремонтная база. Склады. И везде должны работать эльфы. На нас.

Третий звеньевой понял идиотизм предположения и смутился. Эльф, работающий на человека, в рамки его представлений о мире явно не вмещался.

– Могли бы и люди работать, – промямлил звеньевой. – Мы не дурнее эльфов…

– Сынок! – недовольно сказал бригадир. – Самый хитрый, да? Хочешь, чтоб эльфы отдали нам производство вооружений, которые можно использовать против них же? Заткнись лучше – и грузи звено на платформы! Нам еще убивать всех из простых арбалетов – а то самих убьют! Хорошо хоть эльфийские усиленные стрелы работают. Из чего следует, что магии в них не так уж много…

Бригадир угрюмо наблюдал, как бойцы размещаются на непривычных средствах передвижения. Так-то лучше. Пока делом занимаются, думать некогда. Может, и не дойдет ни до кого, что все они только что получили предписание на встречу с Творцом.

Бригадир сплюнул и приложился к баклаге. В то, что эльфы оставят живыми людей, узнавших, где находится сокрытая столица Бессмертных, он не верил. И мечтал хотя бы покуражиться напоследок. Покуражиться всласть! И лучше бы над гражданскими! Ведь где-то же степняки оставили своих жен, детей? И скот там же…

Бригадир был уверен, что найдет стойбище. На яйле, с ее высокой травой, след от прохода стада можно было обнаружить без труда.

– Всех убьем! – прогремел клич и руководство к действию.

Платформы тронулись с места и беззвучно заскользили сквозь пожарище в степь. Ну, где там эти степняки?!

Санниэре. Даэрвеш…

Умная Знобинька правильно указала слабое место в его позиции. Пришло утро, а с ним – здоровое такое чувство голода. Это понятно: организм молодой, ему еще расти и расти. Так что пришлось подскакивать и спешно двигать в степь. На шее у родителей сидеть не стоило: все же взрослым признали, и давно!

А Знобинька распорядилась перегородить вход в долину вовсе не пряслом. Стена из камня, разновысокая и разномастная, даже вблизи не походила на дело рук человеческих. Как будто братья Собаки потрудились – хотя вроде всех братьев выбили еще при прорыве на яйлу… Умна девойка!

Санниэре посмотрел, как тренируются копейному бою легиньхи, и покачал головой. При таких бойцах только на скрытность и уповать. Если деревенские догадаются не выпускать стадо наружу хотя бы первое время, вполне может сработать. Не выпускать стадо – и разжигать очаги только ночью…

Он не утерпел, слез с коня и показал всем, как надо управляться с коротким копьем. Подозвал мельникова сына и строго пообещал, что если не разучат основные приемы до его возвращения, кое-кто этим копьем по загривку получит. Бурак, уже получивший от него древком копья по пальцам, проникся ответственностью. Знобинька, наблюдавшая за безобразием издалека, только сердито сверкнула глазами. А он, довольный жизнью, взлетел на коня, перемахнул с ходу невысокую перемычку и ускакал в степь. По возвращении он еще им и стрелковые позиции определит! Арбалеты теперь есть, вот пусть и тренируются.

Конечно, он не стал гоняться за козами. Во-первых, не догнать. Во-вторых, невкусно. Есть же жирики.

Охота на жириков требовала, как и сотни лет назад, только терпения. Он сидел недалеко от поселения грызунов и ждал. Главное, не двигаться. И тогда пища сама вылезет из нор, тупо озираясь – а потом заживет привычным порядком, не обращая внимания на объявившуюся статую. А два молодых самца еще и драку устроят у самых ног! Так что скоро он уже лежал у костерка, блаженно вдыхал дразнящий аромат… ну и думал, конечно!

Так уж получалось в каждой жизни, что начинал он с нуля. Нулем и заканчивал – но это другая тема, печальная, ну ее… Родители его только на Жери выдались достаточно обеспеченными – да и эти умудрились от сына отказаться. А без поддержки семьи, без ходов в правящие элиты в любом мире мало чего добьешься. На что уж Асиа честолюбива, и то разве что по краешку правящих классов прогулялась, и исключительно за счет красоты тела…

Конечно, существовали варианты. Элита не абсолютно замкнута. Если проявить преданность, рьяное служение – можно было… но даже неудачник Кыррабалта не умел кланяться. Что уж говорить о Черном Аркане или о таком монстре, как Аспанбык, чье имя изначально звучало как Аспан-баатур, кстати. Можно перевести как воин неба, можно вообще – бог… Такой не кланяется, такой сам шеи ломает непочтительным.

Так что он давно принял свою судьбу. Он – здесь. Драные штаны, грязные ноги, конским потом пропах. И так – всю недолгую, по обыкновению, жизнь. Очень распространенная, между прочим, позиция во многих посттехнических мирах. Аскетизм лежал в основе большинства посттехнических цивилизаций, таких, как позднее Ожерелье Океании, кстати… В смысле, население аскетично, а господари, понятное дело, совсем наоборот…

Многожизненный опыт утверждал, что особо плохого в существовании на дне нет. Ну, холодно и голодно. Но горения ума и души это не отменяло, скорее наоборот. И старшина деревни решал те же проблемы, что и Люмер Царственный, основатель великой империи. В маленькой деревне законы те же, что и во дворце императора. И количество действующих лиц примерно то же. Император – он ведь не империей руководит на самом-то деле, а десятком соратников. Не может ум человеческий эффективно руководить миллионами людей, вот в чем заблуждение правителей, всех без исключения. Людьми правит традиция. Которую создают сказки. Которую создают песни и легенды. Поговорки, пословицы. Привычки и ухватки ежедневной жизни. Императоры приходят и уходят – а народы живут себе, не особо меняясь. И он имел основания считать, что смог вписать в традицию пару строчек. Кровью. Но это другая тема, ну ее…

И вот ситуация изменилась. Впервые. Он задумчиво покачал на руке огненный сгусток, усмехнулся. Маленькая шаровая молния. Но это пока что маленькая. Исполняющая система с каждым днем подчинялась все охотнее. Магия. Самая настоящая магия. Мощь и владычество. Власть. Отец-эльф, чьего имени он даже не знает, позаботился о сыне возлюбленной женщины. Как он тогда сказал? Рожденный в любви? Что ж, отец-эльф дал ему то, чего он был лишен все предыдущие жизни. С этой мощью за спиной можно было смело кидаться в борьбу за власть. И шансы на успех были высоки! Магия. На Жери Светлолиственной магия значила все!