Сергей Ковалев - Котт в сапогах. Конкистадор.

— Деньги-то все преподобный конфисковал,— развел лапками Морган.— А Бык и на одного себя денег не может раздобыть. Вот я и подумал — вас все равно не сегодня завтра сожгут, не оставлять же лошадей врагу!

— Вот только не стоило сбрасывать со счетов меня! — проскрипел Транквилл.— Я сразу понял, что замышляет эта крыса!

—А ты петух!

— Ну да, а что? — удивился Гай.

— Ничего,— проворчал Мордаун.— Как бы там ни было, думаю, хватит болтать. Конечно, вся городская верхушка сейчас где-то под этими обломками, а стража занята их вызволением, но дожидаться этого радостного момента, думаю, нам не стоит. В дороге наговоритесь!

— Как ни тяжело мне это говорить, но я согласен с Морганом. Нам лучше оказаться как можно дальше от Кадиса, когда завал раскопают.

Коллет, которая уже некоторое время что-то чертила на брусчатке и тихо напевала, закончила ритуал и нехорошо усмехнулась.

— Да, пожалуй. Хотя мне бы хотелось посмотреть на лица стражников, когда они увидят городской совет! Но нам надо спешить!

— Эй, Коллет! Ты что еще придумала?

— Небольшой подарок на память,— невинно округлила глаза ведьма.— Чтобы в следующий раз помнили, что осуждать на смерть невиновных — свинство!

Тут от завала послышались радостные крики — кого-то наконец откопали. Стражники помогли подняться дородному купцу, сидевшему, насколько я помнил, с правого края платформы. Купец оглушенно покачивался и озирался. Раздались испуганные вопли, спасатели прянули назад. Купец повернул в нашу сторону... гм... наверное, все-таки правильнее будет назвать это лицом. В конце концов, рот, глаза и в целом вид физиономия сохранила вполне человеческие. Только вместо носа розовел натуральный такой свинячий пятачок. И уши увеличились и обвисли розовыми лопухами — тоже как у свиньи.

— У него еще и хвостик есть, только под штанами не видно,— ухмыльнулась Коллет.— Очень качественная иллюзия — продержится месяца два. Остальных я тоже не обделила. Пусть узнают на своей шкуре все прелести инквизиции. Ну а теперь можем ехать!

Запись в путевом дневнике Конрада фон Кота

от 24 сентября 16... г. от Р. X.

Как хорошо наконец оказаться дома! И я еще имел наглость жаловаться на скуку оседлой жизни! Нет, ничего не скажу — путешествия и приключения необходимы, дабы кровь не застаивалась и глупые мысли в голову не лезли. Но где-то обязательно должен быть тихий островок, на котором можно остановиться ненадолго и перевести дух...

Обратный путь занял немного больше времени из-за Быка — приходилось объезжать стороной те города, в которых он успел прославиться своими неудачными грабежами.

К концу сентября мы наконец въехали в Бублинг.

Никто не заметил возвращения короля, да мы и не старались привлечь к себе внимание. Единственная мысль владела всеми нами — добрался ли до столицы Гарольд со спасительной тинктурой. Даже Андрэ проникся общим нетерпением.

— Давайте оставим заводных коней на постоялом дворе, а сами быстрее поскачем во дворец! Без багажа мы доберемся туда к полудню! А за лошадьми пошлем слугу!

— Не вижу особого смысла, Андрэ. У нас не такая серьезная поклажа, чтобы сильно нас задерживала. Я прекрасно понимаю твое нетерпение и, поверь, искренне тронут. Но мы в лучшем случае выиграем час времени...

— Ну дык я же и говорю! К полудню поспеем, аккурат ко второму завтраку!

— Иезус Мария! Опоздаем — прикажешь приготовить для себя что-нибудь...

— Да-а-а,— обиженно протянул Андрэ.— А то вы Анну не знаете! Она рассердится, скажет: нечего зря слуг гонять! Эх! Придется втихую на кухню пробраться и попросить у поваров разогреть что-нибудь.

— Ваше величество,— мягко проговорил Николас,— такие слова, право, странно слышать от человека, только что вернувшегося из далекого и опасного путешествия, в котором он ежедневно проявлял чудеса храбрости, рисковал жизнью и терпел лишения и голод. И, в конце концов, короля!

— А как бы ты поступил на моем месте?

— Я? — усмехнулся ярл.— Я бы стукнул кулаком по столу и сказал: «Я здесь король!» А потом сел бы в кресло, закинул ноги на стол и смотрел бы, как суетятся придворные. Станьте же наконец настоящим королем, Андрэ!

Я с тревогой покосился на Коллет, но ее, вопреки ожиданиям, эти слова совсем не рассердили. Я демонстративно вздернул бровь.

— Он, конечно, тупой шовинист,— хмыкнула Коллет,— но совет дал правильный. Уверяю тебя, если Андрэ хоть чуть-чуть изменится в эту сторону, Анна будет только рада.

— Что ж... Андрэ, попробуй! Действительно, пора уж взрослеть.

— Капитан, и вы туда же?! — взвыл король.— Почему вы хотите моей смерти?!

— Да с чего ты взял?..

— С чего? Да если я закину ноги на стол, Анна меня точно убьет!

— Безнадежен,— проворчал Мордаун.— На овцу 5ез толку натягивать волчью шкуру.

— От овцы и слышу! — обиделся Андрэ. Повернувшись к Николасу, он неуверенно спросил: — А что делать, если Анна на меня рассердится?

— Этого не может быть, ваше величество. Муж отсутствовал все лето, вернулся из путешествия, в котором мог сто раз сложить голову, а она рассердится из-за такой ерунды? Не верю!

— Анна — умная женщина,— поддержала ярла и Коллет.— И она любит тебя. Скажу по секрету, ей не очень-то по нраву, что ты такой мягкотелый и безвольный. Любой женщине хочется, чтобы муж был крепким плечом, на которое можно опереться. Так что действуй смело!

— Хорошо! — Побледневший Андрэ решительно выпрямился в седле.— Раз вы все так говорите, я попытаюсь!

— Молодец!

— В конце концов, я плавал в Америку!

—Да!

— Был матросом на «Санта Вазелине»!

— Точно!

— Помог устроить революцию в Сан-Текилло!

— Вот-вот!

— Не испугался троллей!

— Э-э-э... ну об этой части твоих подвигов Анне лучше не знать...

— Я прошел джунгли! — не слышал меня неожиданно разошедшийся король.— Я король! Я Андрэ Первый Могучий! И я хочу свиную отбивную и много-много гречневой каши к ней! Нет! Две свиных отбивных! И мясную подливу! И чтобы никто не мешал мне вытирать тарелку хлебом!

— Безнадежен,— повторил Мордаун.— Конрад, на кой дьявол тебе такой король? Я понимаю, он тебе вроде как друг, хотя и не понимаю, как дворянин может дружить с простолюдином. Но ему ведь и самому такая ноша не по плечу. Ему бы лавочником обыкновенным быть — в самый раз. Помоги мне, и клянусь — я не буду мстить твоему приятелю, он будет жить спокойно в Бублинге в полнейшем достатке... — А как же Анна?

— Э-э-э... ну если подумать...

— Морган, вот только не ври,— ухмыльнулся я.— Анну ты не можешь оставить в живых и на свободе. Да она и сама с этим не смирится.