Максим Раевский - Последыш Древних

«И что нам делать?» — спросил я себя, но ответил мне не внутренний голос, а Лукас Эстербатто, который обратился к Агликано:

— Господин майор, приказ из штаба легиона. Держать позицию и не отступать! Ни шагу назад!

Агликано кивнул и стал отдавать приказы:

— Принимаю командование на себя! Пехота на восточный склон! Перекрыть спуск и оборудовать оборонительные позиции! Все маги, сколько вас, кстати, трое? Нормально! Вы со мной! Кавалеристам отдых, они резерв! Штурмовикам позиция над дорогой! Сейчас покажем вражеским конникам, как с высоты камешки летят! Приказ ясен!? Вопросы!? Нет!? Выполнять!

Я отошел в сторону и ко мне подскочил Юссир, который протянул флягу:

— Промочите горло, господин Оттар.

Пара глотков теплой и слегка солоноватой воды, действительно, освежили меня и голова прояснилась. После чего я приказал Юссиру собрать рассеянный взвод и собрать все трофейное оружие, какое только попадется, в первую очередь луки, стрелы и метательные копья. И пока он суетился, я осмотрел себя. На броне вмятины от дубины. Шлем и щит где-то потеряны. Рюкзака нет, и кинжал выскочил из ножен. На щеке длинная царапина. Правый бок сильно саднит, возможно, сломано ребро, а то и парочка. Короче, состояние так себе, на оценку «удовлетворительно», но могло быть и хуже. А так еще терпимо. Главное, что живой остался, а болячки можно подлечить и я сформировал простенькое заклятье исцеления. Полного оздоровления оно не даст, но раны затянутся.

Зелень заклятья сверху вниз окатила меня и в теле появилась бодрость. Усталость отступила, и захотелось действия. А тут как раз взвод построился, двадцать два человека — все, кто уцелел. Правда, были еще легкораненые, но они вместе с кавалеристами, в резерве, а тяжелые остались на склоне и в дополнение к переломам получили тарримские стрелы.

— Кто умеет стрелять из лука, шаг вперед!

Из строя вышло семь человек.

— Разобрать трофейные луки и стрелы! Арбалетчики вместе с ними — вы стрелковая команда! Остальные будут метать и сбрасывать камни!

Солдаты зашевелись, разбились на две группы, и я привел взвод к Агликано, который выделил нам участок. Все! Штурмовики были готовы продолжать бой. Но пришлось подождать отставших, и когда рядом с нами встал взвод Рока Кайры, а с другой стороны солдаты Сьеррэ Рахова, который выжил и постоянно бросал взгляд на свой окровавленный клинок, комбат отдал команду:

— Начали! Берегите боезапас и камни! Бейте только наверняка!

Стрелки шагнули к краю площадки и дали залп, а команда «каменщиков» столкнула камни.

Внизу в это время навстречу 11-му легиону шли баирские наемники. Тарримские конные стрелки и около сотни рубайятских лучников обстреливали нас, ловили морейских коней, собирали брошенное нами имущество и добивали раненых, а баирцы маршировали и с завистью поглядывали на тех, кто уже успел урвать трофеи, но не останавливались. Это крепкий противник и дисциплинированный, четкий строй облаченных в доспехи ротных колонн и над каждой покачивался надраенный до блеска бронзовый значок. Однако пройти мимо без потерь им не удалось — мы не дали.

Ливень стрел и арбалетных болтов, а затем полтора десятка крупных булыжников обрушились на врага, и все изменилось. Колонны потеряли стройность и сломались. Множество раненых и убитых повалились наземь. Тарримцы и рубайятские лучники побежали, смешались с баирцами и добавили хаоса. Ну, а потом были новые залпы и дополнительная порция булыжников, которые скатывались по склону, набирали скорость, подпрыгивали, на мгновение зависали в воздухе и, сминая людей, падали на дорогу. Отличный результат, при котором мы не несли потерь, поскольку достать нас баирцы не могли, руки коротки. А еще они опасались наших магов, которые отдыхали. Поэтому вражеский колдун поставил дымовую завесу, которая словно покрывалом накрыла треть тракта, и под этим прикрытием баирцы смогли отойти в поле. А те полки и батальоны, которые двигались от города за ними, последовали их примеру и стали делать крюк.

— Прекратить стрельбу! — Агликано устало взмахнул рукой.

На время все стихло, и я присел возле крупного булыжника, который мы не успели столкнуть вниз.

За горизонт садилось солнце, и тени заметно удлинились. На душе было спокойно и, приняв фляжку, которую мне протянул Рок Кайра, я услышал от него:

— Эх, Оттар, знал бы я, что в такую передрягу попаду, остался бы в Алькантаре.

— Ничего, — я усмехнулся. — Бывает и хуже.

— Да куда уже хуже, — он скривился. — Легион связан боем, и мы от него отрезаны. Сидим на высоте и мешаем вражеским войскам продвигать на запад свои резервы. Значит, нас попробуют сковырнуть и сделают это ночью, наверняка, под прикрытием некромантов и при помощи вампиров. А я себе военную жизнь не так представлял. Совсем не так.

— Плевать! Продержимся. Нам бы только до рассвета дожить, а потом наши подойдут.

Кайра промолчал. Он нахмурился и впал в меланхолию, а я отправился проверять свой взвод. Ночь обещала быть беспокойной и кровавой, но в любом случае мы были обязаны держаться.

Ночь наступила внезапно. Только что солнечные лучи освещали окрестности, а спустя мгновение все вокруг окутала тьма. И, стоя на вершине холма, я оглядывался и видел гораздо больше, чем днем. На востоке Сайгара, на стенах которой зажигаются светильники, и поле, где собирались рубайятские отряды, преимущественно из ополченцев, вчерашних крестьян. На юге ничего. На севере огненные змеи, которые проселками ползли мимо и смещались вправо — это вражеские полки, которые продолжали наступление на морейские легионы. А на западе вся линия горизонта была покрыта вспышками и яркими всполохами. Там шло сражение между магами, и рубились наши товарищи, которые остановили натиск противника и готовились перейти в контрнаступление.

В общем, сражение, которое развернулось на десятки миль, шло своим чередом, а мы готовились к обороне стратегической высоты, и пока рядом было тихо и спокойно поисковые группы штурмовиков и легионеров спустились с холма. Нам не хватало оружия, в первую очередь боеприпасов для метательного оружия, значит, его следовало собрать. А попутно разбирался фундамент старого имперского бастиона, и на восточном склоне выкладывалась невысокая стенка. Так что работы хватало и все мысли были только об одном, как бы выжить, не оставить на этом холме свое здоровье и дождаться рассвета. А потом появился Юссир, который нашел мой потерянный рюкзак, и я, не мудрствуя, приказал ему выкопать возле бастиона яму и зарыть его. Зачем? Да затем, что прав Рок Кайра, шансов уцелеть не так уж и много, а мне не хотелось, чтобы мои записи и деньги, полсотни альго, попали в руки рубайятцев.