Алёна Кручко - Полуночные тени

— А Анегард?

— А что Анегард? Лотары за королевских гостей не отвечают, а за королевскую охрану тем более.

Мне пришел вдруг в голову еще один вопрос, и по спине поползли ледяные мурашки внезапной паники.

— Зиг, скажи… ведь тот маг, он силой богини пользовался, разве нет?

— Да, — спокойно ответил нелюдь. — Иначе я б и не заметил ничего.

Ну да, верно. Это ж еще надо было сообразить, на кого зеркалить… наш заколдунец почуял знакомую силу…

— А силу богиня дает тем, кто жертвует ей кровь.

Зигмонд кивнул. Бросил:

— Не зря этого мага в Ульфаровом войске боялись. Знали, видать.

— А теперь, — прошептала я, — король ведь поймет, что ты…

Нелюдь рассмеялся. Не поняла?! Это что, повод для веселья?!

Или я что-то не то сказала?

— Чего смеешься?

— Да так, — Зиг еще раз фыркнул и соизволил объяснить. — Понять нетрудно, Сьюз, ты права. Меня король первым делом об этом спросил. Мол, как это ты, достоуважаемый незнакомец, сразу мага вычислил, и какой силой его одолел, и почему мне кажется, что ты, негодяй, королю лгать пытаешься?

Ой, мамочка…

— Так что вывалил я на его величество всю правду. Ну, не всю на самом деле, но ему хватило. Еще и клыки показал. Мол, вы, ваше величество, вольны стражу позвать, но я бы не советовал. Мне теперь с людьми жить, так что объявляю и клянусь, что своему королю верен. На что, сама понимаешь, ответ при таких обстоятельствах один — принять, наградить и всячески приблизить.

— Значит, наградил?

— Наградил, — хмыкнул Зигмонд. — И приблизил, а как же. Хитрая бестия, скажу я тебе, этот король.

Нелюдь замолчал. И снова мне показалось, что чего-то он недоговаривает, и это что-то — не слишком, похоже, приятное.

— Ну… это хорошо, Зиг, я за тебя рада, но смеяться-то чего было?!

— Да я не над тобой, не думай. Просто… видела б ты лицо его величества!

И Зиг снова расхохотался. Едва пополам не согнулся! Вот ведь, я и не думала, что его можно так развеселить…

— Зи-иг…

— Ох, Сьюз… понимаешь, он испугался… правда испугался, ты же знаешь, я это чувствую! А вокруг народу полно, и все на нас с ним пялятся, и все видели, что я его величеству только что жизнь спас. Ну или, по крайней мере, прикончил того, кто на эту самую жизнь покушался, причем не шваль какую завалящую, а мага. И надо наградить, и лицо не потерять, а он боится, и видит, что я это вижу, и его это бесит…

— И ты считаешь, что это смешно. Знаешь, я бы испугалась.

— Тебе простительно. — Зиг ухмыльнулся. — А я, сама понимаешь, весь такой из себя страшный, ужасный и кошмарный, что самому мне бояться как-то и не с руки. Даже короля. — Он поморщился вдруг, поправил: — Тем более короля. Поглядим еще…

Он замолчал, и теперь я не нашлась, что еще спросить. Так и шли молча до самой опушки.

Я не чувствовала опасности. Обычная осенняя суета, не потревоженная человеком. Зиг, выслушав меня, согласно хмыкнул и все-таки сделал круг над лесом. После чего пообещал разыскать меня ближе к вечеру и умчался в замок. А я совсем скоро нашла заросли девятижильника и уже к полудню наполнила корзину почти доверху. Ну вот, теперь можно и возвращаться.

И поскорей, а то снова придется вместо замка в нашем домике ночевать! Оно бы и неплохо, да бабушка волноваться станет.

Я шла к замку, перебирая в памяти места, где мы с бабулей собирали жильник прошлой осенью. Выходило так, что почти все они наверняка затоптаны. Интересно, бабушка много насобирала? Ее Анегард попросил далеко не уходить, а окрестности замка… ох, всего вернее, что эта вот корзина — все, чем придется обходиться! И надо крепко подумать, на что ее потратить.

Хоть бы на будущий год ожили испоганенные чужаками поляны! Ведь лес живой, он и своих-то не всегда терпит, а такие нашествия…

— Твоя?

Зигмонд, как всегда, появился настолько внезапно, что только привычка помешала испугаться до смерти. Нелюдь протягивал косынку. Ту самую, что я вчера потеряла.

— Моя, — обрадовалась я. — Спасибо!

Зиг ухмыльнулся. Заглянул в мою корзину.

— Ну, хоть не зря так далеко забралась. Вот что, Сьюз, давай-ка я тебя до замка подброшу. А то ведь своим ходом и к полуночи не добредешь.

Подбросит? Это как — подбросит?!

— Э-э…

— Да не бойся! — Что-то часто он смеяться стал… — Обними меня, закрой глаза и держись крепче.

А, вот он о чем…

— Не рассыплем? — кивнула я на корзину, почти доверху полную драгоценными коробочками плодов.

— Нет.

Я шагнула к Зигмонду, обняла одной рукой, другой прижала к себе корзину с таким трудом добытого девятижильника. Зажмурилась, уткнувшись носом в Зигову грудь. Почувствовала на спине железную хватку, сердце ухнуло не то в живот, не то сразу в пятки, в голове стало пусто и легко, а к горлу подкатила тошнота. Терпи, девочка, услышала я прямо в голове Зигов голос, уже скоро. Подумала: интересно, это он со всеми так умеет, или мой дар помогает? Казалось, я должна знать ответ, но… Додумать не успела: мы ухнули вниз, я почувствовала под ногами землю, пискнула и попыталась сесть.

— Эй, Сьюз, не падай!

— Вовсе я не падаю… меня просто ноги не держат.

Я попыталась отцепиться от Зига, но намертво сжатые пальцы разгибаться не хотели. Да и сам Зиг не торопился меня отпускать, лишь немного ослабил хватку.

— Отдышись.

А что это так тихо вокруг, подумала я, как это на зрелище обнимающихся лекарки и заколдунца весь народ не сбежался? Особенно если мы, хм, с неба свалились? Я все-таки отшагнула от Зига — на совсем крохотный шажок! — и огляделась. Мы стояли на краю березняка, чуть в стороне от тропинки. Отсюда до замка — два шага, и Зигмонд правильно решил, что лучше нам пройти их, а не пролететь…

Я вздохнула — глубоко, полной грудью. Голова наконец-то перестала кружиться, сердце встало на место, и только легкое подташнивание напоминало о полете.

— Легче?

— Кажется, да.

Зиг развел руки, я тоже наконец-то смогла разжать пальцы. Попыталась улыбнуться — надеюсь, у меня получилось не слишком криво!

— На ногах держусь. Спасибо, Зиг!

— Не за что, — ухмыльнулся он. — Пойдем.

Замок встретил нас новостью: вернулся старый барон. Зиг сразу дернул наверх, а я рассыпала сушиться девятижильник и пошла на кухню — хоть поесть чего.

Учитывая обычную толкотню, было там на удивление тихо. Все слушали бабушку. Она, похоже, успела побывать у его милости Эстегарда. И то, что сразу по возвращении господину барону понадобилась лекарка… в общем, ничего хорошего в этом не было!

— Кашляет, — торопливо рассказывала бабуля, помешивая отвар. — Исхудал, в чем душа держится. Чай, темницы-то не красят. А тут змеюка подколодная у короля в милости, тьфу!