Андрей Фло - Зеркало прощения

– Хватит болтать без толку. Пошли дальше. И головы не забудьте прикрыть!

2.

До самого полудня они шли без остановок. Фло с Шаком впереди, а Мелин, как всегда отстала метров на пятьдесят сзади. Снова начались барханы, хоть и не очень большие. А конца и края пустыни не было видно. Ребятам уже начало казаться, что весь мир превратился в одну огромную, жгучую пустыню.

Лишь на привале Фло обратил внимание на то, что Мелин так и не прикрыла голову. Ее черные волосы под безжалостным солнцем начали светлеть, постепенно превращаясь в пепельные. Сам Фло, вместе с Шаком, повязали головы запасными рубашками, от чего им стало намного легче.

– Ты так долго не протянешь, – сокрушенно покачал головой Фло. – Надень, все-таки, что ни будь на голову. У меня есть лишняя рубашка. Хочешь, дам?

Мелин устало улыбнулась:

– Не надо, спасибо. Не переживай за меня. Я ведь выросла в степи. А там солнце иногда припекает ничуть не меньше.

Фло некоторое время пристально глядел в потускневшие глаза Мелин, а потом вздохнул:

– Что ж. Тебе решать.

А Шак что-то недовольно проворчал себе под нос.

Несмотря на решение Шака экономить воду, она все-таки неумолимо уменьшалась. Когда к концу дня бурдюк опустел ровно на половину, Фло высказал опасение, что воды им не хватит в любом случае.

– Да, – печально согласился Шак. – Остается надеяться на то, что нам попадется, какой ни будь оазис.

– Или замок, все-таки, появится, – безо всякого энтузиазма, добавила Мелин. Всем троим, замок, почему-то казался каким-то призрачным и не реальным. Хотя надпись в коробочке настойчиво твердила об обратном. Даже надпись «Как только трое дней пройдет», теперь сменилась на «Как только двое дней пройдет». Смеха, на счет нелепости этих стишков, уже ни у кого не было.

После шести часов пути следующего дня, походка Мелин стала не твердой и медленной. Она кое-как передвигала заплетающиеся ноги, шатаясь из стороны в сторону, словно пьяная. Мальчикам то и дело приходилось останавливаться, чтоб подождать ее. И это здорово раздражало Шака.

К семи часам, когда солнце прошло большую часть своего пути по небосводу и уже склонялось к закату, Мелин громко окрикнула Фло, и упала на песок безо всяких признаков жизни.

– Что с ней?! – испуганно спросил Фло, когда они подбежали к Мелин, и перевернули ее на спину. Глаза девушки были закрыты. Лицо пугающе раскраснелось. А пересохшие губы дрожали. Голова безвольно повисла, когда Фло попытался усадить Мелин.

– Не дергай ее, – предупредил Шак и приложил два пальца к шее Мелин.

– Пульс есть, – спустя время, сообщил он. – У нее солнечный удар… Вот же вредная девчонка! Говорили ей – прикрой голову!

Голос Шака был раздраженным, и, даже, немного злым.

Фло суетливо огляделся кругом, совершенно не зная, что предпринять. В глазах его стоял страх, а руки тряслись мелкой дрожью.

Сорвав с плеча Шака бурдюк, он зубами открыл пробку и плеснул холодной воды на лицо Мелин.

– Ты чего творишь!!? – взревел Шак и попытался вырвать бурдюк из рук Фло. Это привело к тому, что еще несколько капель драгоценной влаги выплеснулись на песок и практически сразу же испарились.

– Надо ее привести в чувство! – закричал Фло, не намереваясь отдавать бурдюк товарищу. В голосе его слышалась одна паника и ничего более. Сейчас в пору было ему самому плеснуть в лицо холодной водой.

Шаку, наконец, удалось отнять бурдюк. Он отскочил в сторону, вытер поднятую с песка пробку и заткнул горлышко.

– Просто, намочи какую ни будь тряпку и приложи к голове! – дрожащим от обиды голосом, сказал он. – А лить попусту последнюю воду, это глупо и, даже, преступно!

Мелин, тем временем, закашлялась от попавшей в нос воды, открыла дрожащие веки и застонала.

– Ну слава богам! – воскликнул Фло и помог ей сесть. – Как ты?! В порядке!?

Мелин мучительно поморщилась и обхватила руками голову.

– Тошнит, – еле слышно сказала она, зажмурившись, – Голова раскалывается… Кто это меня ударил?

– Солнце тебя ударило! – скривив непонятную гримасу, ответил Шак.

Он достал из рюкзака футболку, скудно смочил водой и передал ее Фло. Тот осторожно приложил футболку к голове Мелин и заботливо спросил:

– Сейчас лучше?

Мелин коротко кивнула и открыла глаза, виновато глядя на Фло.

– Извини меня, – проговорила она, всхлипывая. – Я была дурой. Нужно было послушаться оракула…

– Ну, ладно, ладно, – успокоил ее Фло. Он чувствовал, что еще немного и из глаз у него потекут слезы. – Успокойся. Я тебя ни в чем не виню. С каждым могло случиться… Посиди немного. Отдохни.

Но Мелин покачала головой и сделала мучительную попытку подняться на ноги. Но тут же рухнула на колени и зашипела от боли.

– Что? – обеспокоено, спросил Фло, поддерживая ее за локти.

– Г-голова кружится, – простонала Мелин. – И в глазах темно.

– Тебе же гелионским языком сказали: отдохни, приди в себя! – рявкнул Шак. – Когда ты научишься слушать, что тебе говорят?! Твои подвиги здесь, посреди пустыни, никому не нужны!

Фло бросил на друга угрожающе-предупреждающий взгляд и Шак, махнув рукой, отошел в сторону, недовольно бурча что-то себе под нос.

Минут через двадцать, выпив еще немного воды, и съев пол банки мяса (на этом настоял Фло), Мелин все-таки поднялась на ноги.

– Я в порядке, мы можем идти, – сказала она, и не твердой походкой первая пошла вперед.

Но Фло видел, что с ней далеко не все в порядке. Поэтому он поплелся рядом с ней, готовый в любую секунду прийти на помощь. Мелин заставляло идти вперед лишь не желание быть обузой для ребят. Фло это понимал, и его это очень трогало.

«И откуда только у нее столько силы? – удивлялся он, глядя, как Мелин с трудом переставляет ноги, но упорно продолжает идти вперед. – Она же всего лишь девчонка! Ладно, я. Мной движет желание поскорей добраться до Зеркала, и покончить со всеми этими путешествиями. Но ее-то что заставляет идти неизвестно куда?»

На самом деле, Фло прекрасно понимал, что заставляет Мелин. Они двое были ее единственной надеждой достичь Остана, и встретится со своей матерью. И чтоб понять это, не надо было обладать великим умом.

4.

На следующее утро надпись в коробочке вновь изменилась.

Еще один денек пройдет,

На помощь замок вам придет.

Это сообщение заставило всех приободриться. Теперь замок не был призрачным, и надежда в его появление крепла пропорционально убыванию воды в бурдюке. Воды осталось меньше чем на четверть, а оазиса так и не было видно. По самым скромным расчетам, ее с трудом должно было хватить до конца дня.

Шак жутко ворчал каждый раз, когда Фло или Мелин просили воды. Но давал. Да и сам не отказывался сделать глоток-другой живительной влаги. Фло понимал, что ворчание Шака всего лишь маска, за которой он пытается скрыть свою слабость.