Гыррр Макарка - Под сенью клинка

Талина хотела пойти взглянуть, не идёт ли паром, но решила, что Дерек приревнует её к Хельму. Вон как смотрел — чуть не ударил тайного. Ничего приятного в том, что Хельм старается вызвать её интерес, а Дерек — злится, она не находила. Она здесь единственная женщина, перед кем синеглазому ещё красоваться? И нехорошо, если два неплохих мужика разругаются из-за неё.

Паром показался нескоро. Вблизи выяснилось, что его толкали восемь тритонов — шириной плеч и рельефом мышц они не уступали Дереку, а длиной волос — Хельму. Бороды были только у троих, но остальных их отсутствие не слишком портило. Тритонов Талине ещё не доводилось видеть. Она испугалась, что они выйдут на берег, и Дереку будет неприятно, что она смотрит на голых мужчин. Причём — исключительно красивых мужчин. Ну и что, что мужчин только выше пояса? Хвосты ж они тогда сбросят… интересно, ноги у них такие же мускулистые? Она всё же не удержалась и подошла чуть ближе: всё обаяние тритонов тут же пропало — от них невыносимо воняло рыбой и тиной.

Купец сразу начал с ними о чём-то договариваться, и в результате принёс тритонам три гарпуна явно подгорного производства и два редчайших пружинных стреломёта. Брат как-то показывал ей такие и говорил, что пружины к ним изготавливаются в течение нескольких дюжиниц, а стоят они как три дюжины лучших арбалетов, а то и больше.

Тритоны пытались не показать интереса и азарта, но им это плохо удавалось — Талина видела, что стреломёты превосходны, а гарпуны ковали лучшие мастера. О чём купец с тритонами в итоге договорился, она не поняла, но расстались они вполне довольные друг другом.

Закупкой и поставками такого великолепного оружия занимаются только три торговых дома, вспомнила Талина: "Стрела", "Тропинка" и "Эльмиириль Даэльмиэль", или как его там — полное название этого торгового дома никто ещё запомнить и выговорить не смог, а уж спеть — и подавно. Талина подозревала, что полное название "Эльмиириль" — своеобразный пароль для своих. Но вряд ли купец работает на него — он и его охрана люди, а эльфы не любят брать их на работу. Имя купца она точно где-то слышала, но вспомнить, относится оно к "Стреле" или "Тропинке", затруднялась. Спросить же было не совсем удобно, а посмотреть на клеймо на оружии сейчас не было возможности. Да и какая разница… разве только дома похвастаться кому — с какими людьми ехала.

Дерек с советниками расспросил паромщика — коренастого седого подвыпившего мужика ростом едва ли выше Талины — об обстановке на берегу. По его словам, стражники не слишком охотно ездят к переправе встречать караваны, а платы за проход в город нет вообще — желающих путешествовать и так немного. Но поскольку русалка побежала за лекарем, стража может и подойти. Паромщик привез три короба со снедью — два из них охранники отнесли на берег, а один оставили на пароме.

Первым на настил Дерек завёл Цалеара. Единорога Талина боялась. Вот уж какой жеребец меньше всего подходил Дереку — так это Цалеар. Каждый раз, кода Дерек брал его под уздцы или садился верхом, у Талины сжималось сердце от ужаса. Было что-то в фиолетовых сполохах на дне чёрных глаз жеребца, что заставляло её отходить от единорога как можно дальше и подавлять крик "Убей его!". Дерек объяснил, что у него неважно с обонянием и запаха мертвечины он не чувствует. Если честно — запах был едва уловим, но если б жеребец и не пах вообще — ужас Талины от этого бы не уменьшился. На редкость мерзкая тварь. Так же считали купец с Хельмом и все охранники, но заставить Дерека отказаться от жеребца не могли.

За Цалеаром загнали две обычных повозки: с магом и связанным пленником, потом — две повозки с ранеными. Ренни не приходил в себя. Талина думала, что раз на её скромные прелести никто не покушается, то его можно бы и не держать под сонным отваром и заклинаниями, но Хельм с Дереком считали иначе. Она не вмешивалась — ей тоже не хотелось, чтобы от обоза осталась кучка обгоревших костей. Вдруг Ренни испугается чего-нибудь, или действительно в бреду не сможет себя контролировать. Дерек обещал доставить его в лечебницу, а там ни один маг никогда не позволит себе швырнуть огнём в лекаря. Да и все лекари — сами маги, защиту выставлять умеют.

На паром вошло бы и полдюжины повозок, но вместо двух последних купец загнал одну и верховых лошадей. В повозке находились его охранники с арбалетами ничуть не хуже тех стреломётов, что он продал тритонам.

— Держи, — подошёл Ингур и протянул Талине арбалет и болты. Был он худой, узколицый, кареглазый и смуглый, с очень короткой чёрной бородой — почти щетиной. Дерек говорил, что Ингур — оборотень, но при Талине он ещё ни разу не перекидывался. Оборотень болезненно морщился, словно у него болел зуб.

— Как подъедем к берегу — сразу залезай в последнюю повозку. На берег не сходи, жди сигнала. Если вдруг на нас нападут: получится — стреляй сколько сможешь, будет совсем плохо — прыгай в воду, только башмаки постарайся сбросить. Ильм договорился — русалки не дадут утонуть и прикроют. Главное — стрелу не схлопочи, но кольчугу не надевай — утонешь, если прыгать в реку придется. Если не боишься этой чёрной мерзости, — оборотень качнул головой в сторону единорога, не скрывая гримасы отвращения, — сейчас можешь пройти вперёд. Но у берега — нам не мешай и Дерека не отвлекай. Всё ясно? И не улыбайся Хельму, не подставляй его.

Талина смутилась и принялась изучать арбалет. Ничего она Хельму не улыбается. Он сам с ней заигрывает. Она уж старается-старается на него не смотреть, молчит, и вообще только с Дереком разговаривает. Как его не подставлять, если он сам… не грубить же, вот и сегодня — он же не с ней разговаривал, он с Ильмом и беседовал! Ну да — для неё разговор завёл, но она-то тут при чём? Надо было уши заткнуть? И вообще — Хельм и сам мог бы сообразить, кто у них в отряде главный, с кем не спорят и на чью добычу не зарятся…

Клеймо на арбалете её немного отвлекло — два сцепленных круга, пересечённые волнистой линией. Значит — "Тропинка", и торгует она не только оружием, но и драгоценностями, шелками, пряностями и вообще всем, что редко встречается и крайне дорого, кроме заморских вин и яств — теми занимаются "Серебряный кувшин" и "Язык единорога". Теперь понятно, как узнали, что они с Ренни из Подгорного царства — наверняка Ильм не раз с их общинами дела вёл, а то и под горами бывал, вон как на подгорном языке шпарит — почти без акцента.

Талина переборола страх перед единорогом и подошла к Дереку. Он не грёб — вёслами работала охрана. Позади маячили два тритона — со стреломётами. Дерек протянул ей пирог с рыбой. Талина уже заметила, как похожи их вкусы — оба предпочитали пресную пищу, и многое из еды, что вызывало одобрение у Хельма и Ханта, казалось им слишком резким и насыщенным. И оба любили рыбу — как выяснилось, ничего похожего на неё Дерек никогда не пробовал, а Талине рыба всегда нравилась. Она откусила немного — пирог был ещё тёплый и достаточно вкусный. Спутники Дерека с удовольствием поглощали колбасу, по одному запаху которой можно было сказать, что от напичканных специй она обжигает рот. Её запах и нос-то обжигал, только Дерек этого не чуял. Талина не могла решить — хорошо это или плохо, что мужчина не способен определить её чувства по запаху. Чуял бы Дерек лучше — понял бы, что он ей нравится… но тогда бы может и пришёл… это нехорошо, это под горами не принято, так нельзя… но она бы не стала об этом жалеть. Но ведь он и так видит, что она не против, и вовсе даже уже не от страха… или он всё-таки думает, что от страха… Талина ела пирог и при каждом покачивании парома пыталась чуть-чуть к Дереку подвинуться — хоть бы локтями соприкоснуться, что ж у него за обычаи такие — дома и то за руки держаться вполне прилично!