Андрей Прусаков - Проклятие Гунорбохора

Пробраться в Гунорбохор?! Улнар застыл, как статуя. Он даже не знает, где находится эта земля! Но знают морроны, а у него есть пропуск Ош-Рагн...

И все равно - это безумие! Одному отправиться на край земли! Но разве есть еще какой-то выход? Старик не может помочь, значит, никто не сможет - кому поведать тайну, за которую легко лишиться головы?

Старый Иль повернулся и исчез, и воин понял: совет дан. Ему теперь решать.

Глава 4. Фаворит.

Сидя в мягком кресле на дворцовой террасе, одан Гурдана Орэн наблюдал за состязанием лучших воинов, устроенном в честь его свадьбы с Эланой.

Оданесса сидела по правую руку, без интереса и участия глядя, как во дворе цитадели сильнейшие воины Гурдана калечили друг друга.

Рядом с оданом стояли самые влиятельные эмоны Гурдана. Ближе всех - Эрлайн, владелец эмонгира Шедор и главный советник, начальник тысячи "преданных" Лайберн, начальник тайной службы Гретворн, старший казначей и дворцовый распорядитель. Чуть поодаль замерли с обнаженными мечами шесть дюжих стражей.

Прошла луна с тех пор, как Элану похитили, но, несмотря на все ухаживания, девушка не желала прощать похитителя. Орэн уверял ее в любви, осыпал дорогими подарками, говорил, что сделает все ради ее счастья... Элана потребовала вернуть ее отцу, на это последовал отказ, а за ним - ссора...

Элана догадывалась, что движет молодым властолюбцем. Не будь она заложницей его амбиций, она, быть может, с интересом бы следила за этой историей... Она видела достоинства одана и признавала их, но чувствовала: Орэн не любит ее и не полюбит никогда. Он чурается и страшится любви...

Он приходил к ней каждый день. Присылал подарки, устраивал пиры. Просил, требовал и угрожал.

Выходить из дворца ей не дозволялось. Повсюду стояла охрана. За каждым ее шагом следили. Орэн намекал: все это кончится, когда она выйдет за него замуж, но Элана молчала. Она была настолько же горда, насколько Орэн нетерпелив.

Тогда он пришел ночью. Силой сломив сопротивление, одан овладел ею в надежде, что после этого оданесса сдастся. Но ничего не изменилось! Та же холодность, презрительное высокомерие, словно перед ней не одан, а последний хешим!

На следующий день Элана потребовала встречи с фагиром. И не с простым, а с самим мастером Стиргом. Орэн не мог отказать ей, тем более, что Стирг ждал ее согласия, чтобы освятить брак.

Элана просила мастера, чтобы тот добился ее свободы, и была изумлена словами Стирга.

- Орэн силой удерживает меня! Как фагиры допускают такое?

- Мы не можем воевать с оданами, - склонил голову старик. - Мы можем лишь советовать им.

- Так посоветуйте оставить меня в покое и вернуть домой!

- Это нужно тебе, но не нужно Арниру. Смирись, оданесса. Придет время, и ты поймешь, что все сделала правильно...

Старик не желал защищать ее. Последняя надежда рухнула. Весь мир был против нее!

В душе Орэн восхищался ее стойкостью, но политика требовала быстрейшего разрешения ситуации. Отец Эланы собирал силы и готовился к вторжению в Гурдан.

Не добившись согласия ни лаской, ни силой, ни покровительством Стирга, Орэн взял хитростью.

Служанки донесли, что Элана беременна - и в тот же день одан получил ее согласие. Выбор был прост: либо брак - и ребенок становится законным наследником Орэна, либо позор, а ребенок - незаконнорожденный ублюдок... Ей ничего не оставалось, как согласиться.

Радостный одан объявил о свадьбе. На следующий день в Гурдан явился посланник Далорна с требованием вернуть оданессу и выплатить контрибуцию за оскорбление, нанесенную одану Эванну, отцу Эланы.

Орэн ответил отказом. Бахвалясь перед посланником, одан заявил, что готов уплатить требуемую сумму в качестве приданого, если Эванн признает главенство Гурдана и станет его вассалом.

Элана знала, что отец не согласится. И не удивилась, узнав, что Гурдан готовится к войне. Отец любит ее, и слишком горд, чтобы бросить дочь и не ответить на вызов. Элана тоже любила отца, но видела, насколько силен Гурдан. Отказом от свадьбы она приведет отца к гибели. И было еще одно...

Получив согласие, сияющий Орэн не заметил, как уголки губ оданессы сдвинулись в мстительной усмешке. А если и заметил, ему и в голову бы не пришло то, что знала только она. Отцом ребенка был не одан, а Улнар, безвестный воин...

Это была ее месть! Изысканная месть. Все, что она могла позволить в своем положении. Элане хотелось крикнуть так, чтобы услышал все: ребенок, которого ты, Орэн, считаешь своим - не твой! Но крикнуть она не могла. Стиснув зубы, оданесса утешалась мыслью, что ее дитя станет наследником Гурдана, а ненавистный род Орэна прервется! Сейчас не время, но когда-нибудь она скажет одану правду! Лучше: на его смертном одре...

Едва состязание закончилось, Элана поспешила уйти. Орэн ее не удерживал. Его ждали дела. Одан обернулся к советнику:

- Ты договорился с ним, Эрлайн?

- Все будет сделано так, как угодно одану, - ответил Эрлайн, глядя на арену, где проворные слуги уносили поверженных воинов к лекарям.

- Посмотрим... Да, передай своему брату, что в честь своих заслуг он приглашен на мою свадьбу.

- Непременно, мой одан, - склонил голову советник.

- Однако, - с печалью сказал одан, - я думал, что лучшим воином станет кто-нибудь из "преданных". Но твой брат половине лучших воинов все кости переломал. Он великий боец. Почему я раньше не слышал о нем?

- Мой одан, он рос нелюдимым и все время проводил в путешествиях и обучении воин-скому искусству... Он не хотел появляться при дворе.

- Отчего же передумал?

- Ому захотелось славы.

- Он ее получит... если заслужит.

- Победа над лучшими воинами одана уже прославила Доррана... И "преданных".

- Что ты хочешь этим сказать, Эрлайн? - уловив намек, спросил Орэн. Одан знал, что советник и начальник гвардии недолюбливают друг друга и соперничают за большее доверие правителя. А одан никогда не упускал случая подлить масла в огонь, считая, что разлад среди влиятельных родов Гурдана и его советников неизмеримо полезнее, чем их дружба и объединение.

- Лишь то, что Лайберну надо лучше обучать воинов, ведь их главное предназначение - защита одана.

- Что скажешь, Лайберн? - засмеялся одан.

- Я и "преданные" готовы умереть за тебя.

- Слышишь, Эрлайн? Лайберн верен мне. И у него будет возможность доказать это. Мне донесли, что одан Далорна, наконец, выступил против меня. Итак... Лайберн, займешься сбором войск немедленно.

- Да, мой одан.

- Эрлайн, тебе задание иного рода. Используй свои связи. Я знаю, у тебя множество осведомителей в Далорне. Не меньше, чем здесь у Гретворна... - Орэн ухмыльнулся, а начальник тайной стражи молча склонил голову. - Я слышал, в Далорне есть эмоны, не поддерживающие Эванна и не приславшие людей в его войско?