Игорь Ревва - Последнее заклятье

Парни переглянулись между собой и выпустили мужика. Они стройной шеренгой шагнули мне навстречу, а я в тот момент сделал шаг к ним. Так уж получилось, что на моем пути оказался один из этих парней. И мне пришлось оттолкнуть его в сторону. Сильно оттолкнуть, тот даже свалился на землю.

— Не стой на дороге! — поучительно говорю я ему.

— Давай, атайдем, да? — злобно предлагает про-давец. — Здесь рядам, ва дваре! Пашли?

— А что? — усмехается вдруг Йорка. — Пошли, пожалуй! Интересно ведь!

Парни непонимающе смотрят на Йорку, а она берет Ларку под руку и спокойно проходит мимо них, весьма непристойно виляя бедрами — словно бы протискиваясь между ребятами. Я молча иду следом, мимо каких-то рабочих, взламывающих асфальт, в подворотню, указанную парнем.

Незащищенная спина весьма обостряет чувство опасности. Не знаю, как у вас, а я начинаю чувствовать любое резкое движение. Но резких движений не было. Да и не должно было быть. Парни эти — позеры. Им главное — покрасоваться. Так что в спину они бить не будут. Подождут. Тем более куда я могу деться? Один, с двумя девчонками. С которыми потом, кстати говоря, можно будет хорошо поразвлечься…

Я вошел во двор и обернулся. Парни уже стояли передо мной. Один из них неторопливо полез в карман и достал нож. Раздался звонкий щелчок, и на солнце тускло блеснуло узкое лезвие.

— Нехароший ты! — произнес парень, криво усмехаясь. — Учить тебя нада!

Слышно его было плохо — шум отбойного молотка почти заглушал голос.

— Мы тибя учить будим, — пояснил парень, — а ты нам деньги патом заплатишь! Харашо?

— Смелый ты! — улыбнулся я. — Интересно, ты всегда такой смелый, когда впятером на одного?

— Ничего! — опять усмехнулся парень. — Тебя тоже не адин! Целый три! — Он указал на Йорку с Ларкой. — Их тожа научить будем! Ани хатят учица!

Я не спеша достаю пистолет и упираю его в лоб парню.

— Давай все-таки начнем с меня? — ласково предлагаю я, — Ты первый учить будешь? Или есть другие желающие?

Компания обмерла. Кто-то из них шепотом произнес несколько слов. Не знаю, о чем они говорили, но явно пытались успокоить и поддержать друг друга. Мне вдруг подумалось, что они обсуждают, заряжен у меня пистолет или нет? А действительно — заряжен ли? Черт побери! Только этого мне не хватало!!! Впро чем!… Я медленно отвожу ствол в сторону и нажимаю на курок. Грохнул выстрел. Пуля пронеслась над головой парня, ко лбу которого я только что прижимал пистолет, и выбила из стены кусок кирпича. Парень испуганно присел и закрыл голову руками. Наверное, он даже услышал свист пули. Не завидую я ему.

— Заряжен! — улыбаюсь я. — А то я все пытался вспомнить, зарядил я его или нет? Оказывается, не забыл!

— Ладна, хватит, а? — срывающимся голосом произнес один из них. — Пашутил, и все!

— А я не шучу! — продолжаю улыбаться я. — Я всерьез!

— Смотри! — громко, так, чтобы слышали парни, говорит Йорка Ларке. — Сейчас он начнет отстреливать им яйца! Я знаю, он всегда так делает! Знаешь, как интересно? Сначала правое, потом левое, потом… потом — все остальное!…

В голосе Йорки слышно неподдельное любопытство. И мне на миг кажется, что она действительно этого от меня ждет. Но, по мнению парней, это совсем не интересно. Лица у них бледнеют. Один пытается сделать шаг назад.

— Ку-у-уда?! — удивленно тяну я, переводя ствол на него и очень натурально целясь ему в пах. Парень судорожно прикрывает его ладонями и сгибает ноги в коленях.

— Всем — лечь! — громко говорю я. — Руки за голову! Не смотреть! Не вставать! Не разговаривать! Не курить и не пить! Считать умеешь? — спрашиваю я одного из парней, опускаясь ряд ом с ним на корточки и тыча его пистолетом.

— Да-а-а… — сильно вздрагивая, скулит парень.

— Ну, тогда считай! — приказываю я. — До тысячи. Потом можете вставать и уходить. И если только кто-нибудь из вас встанет с земли раньше!…

Я не закончил фразу, но в этом не было нужды. Посмотрев на лежащих, я понял, что парень готов считать не только до тысячи, но и до миллиона.

— Идем! — машу я рукой девчонкам, пряча пистолет в кобуру. — Не будем их отвлекать…

Йорка с Ларкой подошли ко мне, осторожно обходя лежащих на земле. Один из парней бросил косой взгляд на Ларкины ноги.

— Но-но! — грозно произнес я, и парень судорожно зажмурился. Йорка прыснула.

Мы вошли под арку двора, и тут я вдруг увидел перед собой того самого мужика, из-за которого все это и началось. Мужик был не один. Рядом с ним стоял высокий светловолосый парень. Его серые глаза смотрели на меня с нескрываемым уважением и вос-торгом. Я сразу понял, что он наблюдал всю сцену. Интересно, что же теперь будет?

— Не бойся, я не из милиции! — прорываясь сквозь грохот отбойного молотка, прокричал парень. — Андрей? — он протянул мне руку.

— Костя! — проорал я в ответ, поглубже пряча свои ладони в карман куртки. Не люблю здороваться с незнакомыми людьми за руку. Парень постоял секунду с невостребованным рукопожатием, потом отдернул руку, тоже спрятал ее в карман светлого плаща и беззлобно рассмеялся.

— Здорово ты их! — прокричал он.

— А мы разве знакомы? — заорал я, но в этот момент грохот стих и мой крик прозвучал, как мне показалось, на всю улицу. Я чертыхнулся про себя.

— Мы разве пили на брудершафт? — спросил я уже нормальным тоном.

— Нет, не пили, — согласился светловолосый, — Но очень надеюсь, что выпьем! Тем более что вы выручили моего водителя! — Он указал на переминающегося с ноги на ногу мужика. — Конечно, ему не следовало торговаться с продавцом, но — такой уж у него характер! К тому же это именно я послал его купить фруктов. Так что во всем случившемся есть доля и моей вины. Так как насчет того, чтобы отметить наше знакомство?

— Как-нибудь в другой раз, — отказался я.

— Ну, давайте я вас хоть подвезу! — предложил светловолосый Андрей.

— Спасибо, мы лучше пройдемся пешком, — отказался я.

— Напрасно, — вздохнул светловолосый. — Ну, что ж… Как хотите…

Мне он не понравился с первого взгляда. Самоуверенный тип, считающий, что ему позволено все в этой жизни. Светлые волосы и блекло-серые глаза почему-то вызвали у меня ассоциацию со словами «белокурая бестия». И я совершенно не удивился, увидев на лацкане его пиджака маленький значок — черная стилизованная свастика на красном фоне. Ну, точно! Белокурая бестия и есть!

Мы с девочками миновали рынок и вышли в небольшой парк. Я оглянулся. Никто вроде бы за нами не шел.

— Все-таки Эска прав! — с удовольствием заявила Йорка. — Ты просто обожаешь лезть во все дырки!

Я помолчал. Может быть, и не стоило разыгрывать из себя Робин Гуда, но очень уж жалко стало мне того мужика. Пусть он и оказался водителем, катающим светловолосого Андрея со свастикой на пиджаке, все равно жалко.