Шон Рассел - Остров битвы

Алаан ворочался и стонал, словно в агонии. Дважды он вскрикнул, а затем у него начались конвульсии.

Принц зажмурился. Он спас бы Алаана, если бы мог, но Хаффид победил.

Возможно, ужас происходящего притягивал Майкла, поскольку он снова открыл глаза и обнаружил, что пламя горит довольно низко. Внезапно Хаффид рухнул на колени, как подрубленный. Минуту он раскачивался над Алааном, словно вот-вот собирался упасть ничком.

Тогда принц понял, что на теле Алаана нет никаких признаков ожогов. Юноша лежал спокойно, а огонь даже не опалил одеяло, которое укрывало его.

Вдруг Алаан открыл глаза и улыбнулся.

— А, брат… ты пришел!

Хаффид с явным усилием поднял голову.

— И не думай сбежать от меня, — сказал он. — Я увезу тебя отсюда, где так много воды, и увижу, как ты умрешь… снова.

— А вот тут ты ошибаешься, брат. Тебе никогда не удастся выбраться из этого места. Только мне по силам найти выход — и никому больше. А у меня почему-то нет ни малейшего желания куда-то идти. Оглянись вокруг, брат. — Алаан поднял слабую руку. — Вот твое новое королевство, и другого уже никогда не будет. Убей меня, если хочешь. Это положит конец всем твоим амбициям.

Алаан рассмеялся.

— Не удастся разорить Страну-меж-Гор. Во всяком случае не в этой жизни.

— Тебе не напугать меня ложью, — воскликнул Хаффид, но Майклу показалось, что в его голосе звучат нотки сомнения.

— Мне незачем делать это, — ответил Алаан, устремив взгляд на черного рыцаря. — Ты в логове Эйлина, брат. Никто еще не вышел отсюда, кроме меня и воина, которого я отправил назад, надеясь увлечь тебя за собой. Я не верил в то, что это возможно, однако, к счастью, ошибся. Ты знаешь способы выяснить, говорю ли я правду. Используй их, и все поймешь.

Алаан огляделся.

— Принц Майкл?.. Как мне жаль видеть вас здесь! Вы не заслуживаете подобной участи.

Алаан попытался приподняться, но сил не хватило, и он упал.

— Может быть, кто-то принесет мне воды? Я ужасно хочу пить.

Хаффид с трудом поднялся на ноги, вынул меч из ножен. Занес клинок словно собираясь убить Алаана на месте, но вместо этого издал дикий крик, эхом разнесшийся по затопленному лесу; вопль исполненный гнева и злобы. Затем колдун быстро повернулся и изо всех сил ударил мечом человека, стоявшего рядом — своего воина, который упал замертво.

После этого Хаффид гордо направился к вершине холма, бормоча что-то себе под нос. Не пройдя десяти шагов, он обернулся и указал на человека, лежащего у огня — того, кто называл себя его братом.

— Ты не останешься здесь, Саинф! Я тебя знаю! Нет, ты ослабеешь скорее, чем я, и мы придем к соглашению.

Он посмотрел на своих солдат.

— Связать. Двое рыцарей должны постоянно дежурить рядом. Не спускайте с него глаз.

Хаффид повернулся к принцу Майклу:

— Принеси ему воды. Можешь стать его сиделкой. Хоть в этом будет от тебя прок.

Хаффид поднялся на вершину холма, затем скрылся из виду.

Принц Майкл нашел флягу и наполнил ее. Подойдя к костру, помог Алаану напиться, обеспокоенный сильной слабостью юноши.

Алаан попытался улыбнуться и прошептал:

— Хаффид не так глуп. Он думает, что я попытаюсь сбежать, оставив его здесь, и что я уговорю вас помочь мне. Однако я скорее сам останусь тут до конца жизни, чем выпущу брата в Страну-меж-Гор. Мне очень жаль, мой принц, по мы вынуждены заплатить эту цену.

Глава 40

Орлем посмотрел на свое отражение в луже: здоровенный мужик, одетый в доспехи такого фасона, какой не носят уже несколько веков. Хотя кольчуга весьма хороша: звено за звеном ее мастерил Вомма Форфингер, а он свое дело знает. Меч даже лучше — его выковал Корлинн, и нигде в мире не сыскать такой клинок. Для человека среднего телосложения этот меч был бы двуручным, а вот Орлем легко управлялся и одной рукой.

Слайтхенд вытащил из походного мешка, что лежал у ног, аккуратно сложенную карту. Едва он дотронулся до нее, как ощутил легкий трепет перед волшебством Килидда.

Орлем знал, что без карты ему ни за что не найти дорогу в Тихую Заводь. Он гораздо меньше времени путешествовал с Саинфом, чем Килидд, и плохо ориентировался в неведомых землях.

Килидд.

Орлем покачал головой. Подумать только: его друг едет сейчас где-то в разбитой тележке, сидя на подушке из соломы, как какая-нибудь свинья, которую везут на рынок. Килидд, которого когда-то любила Шианон, который всегда был лучшим из лучших!.. Он оставил все свое богатство, чтобы путешествовать с Саинфом. Орлем, конечно, поступил так же; то же делали и многие другие, но все равно, случай с Килиддом исключительный. А теперь ему нет места среди людей — такова судьба тех, кто странствовал с Саинфом. Когда ты увидел красоты мира, даже прекрасный дворец покажется тюрьмой.

В лужу упал листок. По воде пошли круги, и отражение Орлема задрожало и закружилось, как перед глазами у пьяницы.

Безумие ли это — снова вступать в бой? Двое стариков — старее старого. Орлем знал, что не выглядит пожилым. Но — увы! — не кажется он и молодым. Никакой девушке не разобьет сердце его внешность, однако Слайтхенда вполне можно принять за необычайно крепкого и бодрого мужчину лет шестидесяти. А ведь прожил-то он больше шести десятков веков…

Орлем разложил карту на плоском камне и стал изучать темные линии, проведенные уверенной рукой Килидда. Нужно идти вверх, так объяснил Килидд. Да, вверх через перевал, а затем в Тихую Заводь, где, по слухам, все еще обитает Кроухарт — говорят, он жив.

Сложив карту, Орлем вернул ее на место и снова перекинул через плечо походную сумку. Он взял с собой немного, так как привык добывать пищу в любых условиях. Слайтхенд нес котелок, топорик, кремень, моток веревки, одеяло и немного еды. Кроме того, при нем был и лук из древесины яка, который Орлем редко использовал в бою, поскольку мастерски владел мечом. Однако лук может пригодиться, чтобы добыть что-либо для походного котелка.

Слайтхенд начал подниматься по скалистому уступу, пробираясь среди огромных булыжников. Подлесок становился все более редким. Подъем занял несколько часов, местами он был крутым и тяжелым, но наконец Орлем достиг вершины, откуда оглядел огромное болото, наполовину скрытое пеленой тумана.

— Итак, Кроухарт, что за заброшенное место ты выбрал своим домом?..

Путник скинул сумку и сел на камень, отпив из фляги. Внутри росло чувство беспокойства, и Орлем то и дело оглядывался на залитые солнцем долины. Он сможет вернуться туда через день. Но это сумеет сделать и Каибр, который отрезал Килидду ноги за то, что тот был союзником Саинфа, А что сотворит Каибр с человеком, который сначала служил ему, а затем перешел на сторону врага?