Родерик Гордон - Свободное падение

— Что ж, может быть, у нас и вправду выгорит это дело, — объявил доктор Берроуз, потирая руки. По пути к зданию с распределительным щитом он насвистывал как ненормальный.

Внутри оба взглянули на дрожащую стрелку главной шкалы, прежде чем направиться к большой двери в конце комнаты.

Доктор Берроуз призадумался. — Рискну предположить, что это бронедверь.

— Бронедверь? — повторил Уилл. — И что…

— Давай-ка лучше посмотрим, что за ней, — перебил его доктор.

— Ладно, — немного обиженно согласился Уилл, бросив взгляд на отца. — Так, теперь моя очередь отпирать? — спросил он, взявшись за колесо.

— Пожалуйста, — сказал тот, положил руку на верхнюю из трех массивных петель и стал смотреть, как Уилл сосредоточенно крутит колесо. Когда оно провернулось до упора, раздался щелчок.

— Тяжелая, — пожаловался мальчик, потянув дверь на себя. Она не сдвинулась и на миллиметр.

— Бронедверь, — опять сказал доктор, словно издеваясь над сыном. — Давай помогу.

Они вместе ухватились за дверь, и она медленно подалась, издав протяжный стон. Из щели сразу подуло, как будто по ту сторону двери давление было выше, чем по эту.

Берроузы переглянулись, кивнули друг другу и вошли. К своему изумлению, они оказались в громадном коридоре со сводчатым потолком высотой около пятнадцати метров.

— Туннель метро? — пробормотал Уилл.

Стены коридора были обшиты чрезвычайно прочными на вид прямоугольными листами железа, приклепанными друг к другу; швы между ними заполняла какая-то черная смола. По центру потолка шел ряд прожекторов, а по обе стороны от него тянулись кабели и трубы, самые широкие из которых заканчивались решетками и, похоже, пропускали в коридор свежий воздух. Встав под одной из решеток, Уилл почувствовал, как его вспотевшее лицо обдает ветерком. Несмотря на то что массивная дверь наверняка была воздухонепроницаемой, затхлостью в коридоре вовсе не пахло.

— Линолеум, — сказал доктор Берроуз, сделав несколько шагов по гладкому серому полу, поблескивавшему на свету. — Смотри-ка, тут почти не пыльно. — Он прошел чуть дальше, остановился и оглянулся на сына. — Вообще-то если подумать, то мы сейчас уже под стеной пещеры. — Доктор развернулся и поднял руки ладонями вверх, показывая, где примерно должна была начаться стена. — Пещера, скорее всего, имеет естественное происхождение, а вот туннель, пожалуй, пробили в толще породы.

— Ага, — рассеянно ответил Уилл. — Интересно, а тут что? — Мальчик указал на металлические двери по одной стороне коридора. Судя по промежуткам между дверями, за ними скрывались небольшие помещения. Доктор Берроуз с Уиллом решили осмотреть первое. Нижняя половина стен — примерно до пояса — была покрыта темно-серой глянцевой краской, а верхняя вместе с потолком — грязно-бежевой. Ни мебели, ни каких-либо вещей в этой комнате не было.

Отец с сыном вышли обратно в коридор.

— «Радиорубка», — прочитал мальчик вслух трафаретную надпись на следующей двери. Когда они открыли ее, то обнаружили на другой стороне график дежурств на несколько месяцев: таблицу с фамилиями, против которых указывалось время — дежурные должны были сменяться каждые несколько часов. И Уилл, и доктор Берроуз предпочли оставить свои мысли при себе. Комната оказалась примерно вдвое больше предыдущей. Узкий стол, стоявший вдоль более длинной стены, был уставлен всевозможными электронными приспособлениями. От темно-серых металлических коробок с круговыми шкалами под стол тянулись провода, которые соединялись в толстый пучок, уходивший в люк в полу. В комнате было два обитых тканью стула на металлических каркасах.

— Что это за штуки? — поинтересовался Уилл, указывая на стеклянные лампочки замысловатой формы, торчавшие из некоторых коробок.

— Электронные лампы. На них работало радио до того, как изобрели транзисторы, — сказал доктор Берроуз. — А вот и микрофон, — добавил он, отодвинув стул, чтобы взять со стола толстый черный цилиндрик на подставке. Доктор взвесил его в руках, а потом потянулся за наушниками, лежавшими рядом. Уилл заметил на столе папку, раскрыл ее и полистал заламинированные страницы, где были только матрицы с цифрами и буквы. — Может, какие-то коды? — предположил доктор Берроуз.

Но Уилл уже отошел от стола и рассматривал старый телевизор на стене слева от них. Мальчик пощелкал рукоятками на нем, но ничего не произошло.

— Что это означает? — спросил он, увидев слово «ROTOR» на карте около экрана. Карта изображала Британские острова, исчерченные десятками пересекающихся кружков.

Доктор пожал плечами.

— Никогда раньше такого не слышал. Может, какая-то аббревиатура?

— Нет… наверняка буквы как-то расшифровываются, — уверенно сказал Уилл, не заметив, как по лицу отца скользнула улыбка. — Ух ты, телефоны! — воскликнул Уилл, заметив на противоположной стене два аппарата, черный и красный, рядом со старенькой распределительной коробкой, из которой свисали спутанные провода. — Попробуем кому-нибудь позвонить? — предложил он.

— Не трать время понапрасну: они наверняка уже много лет как не работают, — сказал доктор Берроуз. — Пошли дальше, — усмехнулся он и вышел в коридор, махнув сыну рукой.

Следующая комната, по размерам такая же, как радиорубка, оказалась настоящей сокровищницей военного снаряжения.

— Арсенал! — воскликнул доктор, едва шагнув внутрь. Все стены занимали грубые деревянные стеллажи. Доктор Берроуз нагнулся у ближнего к нему стеллажа — рассмотреть какую-то укороченную винтовку с необычным прикладом. Оружие было покрыто крупными застывшими каплями грязноватой смазки, но его это не смутило. — Стэн, — объявил доктор, взяв пистолет в руки. — Пистолет-пулемет, который был на вооружении у британской армии начиная с сороковых. Их делали на заводе в Энфилде. Солдаты прозвали это оружие «кошмаром водопроводчика». Ясно почему. Уродливая вещь, правда?

— Ага, на редкость уродливая, — сказал Уилл, но в его голосе явно слышалось восхищение.

Остальное пространство комнаты также заполняло разнообразное снаряжение, аккуратно установленное в козлы, и металлические ящики, высившиеся штабелями у стен. На каждом ящике были трафаретные надписи: коды из букв и цифр, а кое-где и слова.

Уилл открыл несколько ящиков. В первом оказались пистолеты, обернутые промасленной тканью, и магазины к ним. Мальчик развернул один пистолет и передал отцу.

— Тоже стэны. Они тут все в идеальном состоянии, — сказал доктор Берроуз, вытерев рукавом ствол, который тут же заблестел. — Как новенькие.