Сара Хагерзак - Принц подземелья

Лили согласно кивнула. Мама явно надеялась, что Лили перебесится и изменит свое решение, но действовала гораздо более тонко и дипломатично, чем папа. Она словно незаметно подталкивала её к трясине сомнений и скептицизма, пытаясь охладить её пыл весьма прозаичными, хотя, возможно, и верными рассуждениями. Но спорить с ней Лили не собиралась. Ей нужно было погасить конфликт, а все проблемы, которые неизбежно рано или поздно возникнут, они с Северусом будут решать только вдвоем.

— Мамочка, спасибо тебе за понимание! — сказала Лили, нежно чмокнув Джинни в щеку.

— Не уверена, что я тебя понимаю… — задумчиво сказала Джинни. — Дело не в этом. Просто я хорошо знаю твое упрямство и не хочу, чтобы твоя гордость не позволила тебе обратиться к нам за помощью, если она тебе понадобится.

— Зачем мне может понадобиться ваша помощь? — недоуменно спросила Лили.

Она была уверена, что за помощью любого рода она теперь будет обращаться только к Северусу. Никто не понимал её так, как он, и никто лучше него не знал, что ей нужно.

— Лили, он действительно уже очень немолодой. И, учитывая его боевое прошлое, вовсе не факт, что он проживет долго. Это не значит, что я этого хочу, — поспешно сказал она, когда Лили, шумно втянув воздух в легкие, приготовилась возражать. — Но если это случится, то… Хорошо, если ты будешь одна. А вдруг у вас родится ребенок? — в голосе Джинни явно слышалось сомнение, но тем не менее она продолжила: — Тогда тебе понадобится наша помощь, и я не хочу, чтобы ты сжигала все мосты…

— Насколько я знаю, у Северуса пока нет проблем со здоровьем, — холодно сказала Лили.

— Насколько я знаю, — усмехнувшись, ответила Джинни, — с него станется не распространяться о таких вещах, особенно в твоем присутствии. Лили, это естественный ход жизни, и нарушить его нельзя.

«Да? Ну, это мы еще посмотрим!» — подумала Лили, но вместо этого сказала:

— Значит, ты предпочла бы, чтобы я вышла за кого‑то другого?

— Разумеется, да, — подтвердила Джинни. — Но я уже сказала тебе: ты имеешь право решать сама, и я стараюсь уважать твое решение.

— А папа?

— Я поговорю с ним, — устало вздохнула Джинни. — Но сейчас, думаю, лучше оставить его в покое: ему нужно время, чтобы прийти в себя, потому что для него это, конечно, был удар ниже пояса… Да и я, пожалуй, пойду лягу спать, — сказала Джинни, и Лили показалось, что мама всё еще втайне надеется, проснувшись утром, обнаружить, что всё случившееся приснилось ей в кошмарном сне.

Конечно, нужно было думать о предстоящем зачете по взаимодействию заклятий, очень трудном и важном. Но почему‑то в голову лезли совсем другие мысли: прощальный поцелуй на пороге, дом у озера, и серебристо–белая мантия, которую она видела в лавке у мадам Малкин на прошлой неделе.

Лили бросила бесплодные попытки читать учебник и прислушалась к раздававшимся из гостиной неожиданно громким голосам, недоумевая, кто это может шуметь в столь поздний час. Она уже хотела встать из‑за стола и спуститься вниз, чтобы выяснить, что происходит, но в этот момент на лестнице послышались торопливые шаги, дверь в её комнату открылась и на пороге появился отец.

Папа зашел в комнату даже не постучавшись; за его спиной стоял дядя Билл.

— Что случилось? — не слишком приветливо сказала Лили, не ожидавшая такого бесцеремонного вторжения.

— Лили, дядя Чарли попал в беду. Нам нужна твоя помощь, — с порога сказал отец.

Лили мгновенно посерьезнела и поднялась из‑за стола.

— Может, лучше обратиться в больницу? Я ведь еще учусь и не знаю всего, что может понадобиться… — несмотря на неуверенный тон, она уже была готова идти с отцом и дядей.

— Нет, ты меня не так поняла… — отец немного смешался. — Чарли попал под заклятие, и я хотел бы, чтобы ты попросила своего… в общем, профессора Снейпа… посмотреть его.

— Снейпа? Папа, вообще‑то уже поздно, — возразила Лили. — Я же не могу заявиться к нему в школу среди ночи…

— Ты же постоянно таскаешься к нему в Паучий! Что тебе мешает пойти в школу? — раздраженно сказал Гарри.

Честно говоря, Лили и сама не знала, что ей мешает это сделать. Просто они никогда не встречались в школе после того, как она закончила учебу.

— Он, наверное, уже спит… — неуверенно произнесла Лили.

— Лили, — Билл вышел вперед, и она заметила, что лицо у него испуганное и необычно бледное, — речь идет о жизни и смерти…

— Хорошо, — Лили наконец поняла, что дела обстоят серьезно, так что стесняться и церемониться сейчас не время.

— Иди через камин, — предложил Билл.

— Не стоит. Я могу быстрее, — ответила Лили и вызвала патронуса. Серебристая пантера скользнула в окно, и через несколько мгновений Лили уже видела комнату Северуса.

Снейп еще не спал. Лежа в кровати, он читал «Вестник целителя». Вместо привычной черной мантии на нем был такой же черный халат. Оторвавшись от журнала, он удивленно смотрел на возникшего перед ним патронуса.

— Северус, извини, что я так врываюсь… Папа сказал, что дядя Чарли попал под проклятие. Они просят тебя помочь ему. Дядя Билл говорит, всё очень серьезно.

Голос Лили звучал испуганно. Чарли был её любимым дядей, и теперь она сама начала переживать за него.

— Хорошо. Он у вас дома? — не тратя время на лишние рассуждения, Снейп поднялся с кровати, слегка покосившись на стоящего перед ним патронуса.

— Он у нас? — спросила Лили у отца.

— Нет, он в Норе, — ответил Гарри. — Пусть идёт прямо туда.

— Он в Норе.

— Хорошо, — еще раз повторил Снейп. — Я буду там через пять минут.

Через пять минут Лили вместе с мамой, Биллом и отцом выходили из камина в гостиной Норы. Сразу же следом за ними показался Северус, на ходу заканчивая застегивать мантию и отряхивая пепел.

— Где… — начал он, и тут же понял, где…

Чарли лежал на диване. Лили, даже после практики в больнице, в первый раз увидела человека, попавшее под серьезное темномагическое проклятие. Чарли лежал неподвижно, но его поза не была расслабленной, как у спящего или потерявшего сознание человека. Мышцы его были словно скручены судорогами, а лицо казалось даже не белым, а восковым. Рядом с ним стояли Артур, Молли и Джордж.

Снейп коротким кивком поприветствовал их и быстро подошел к Чарли. Он сел на стул рядом с диваном, взял Чарли за руку, а другую руку положил ему на лоб и пристально уставился в его безжизненное лицо, покрытое каплями пота.

— Кто‑нибудь знает, что случилось? — спросил он, не оборачиваясь.

— Да. Я был с ним, — ответил Билл дрогнувшим голосом. — Это я виноват…

Казалось, Билл сейчас заплачет, и видеть это было так же ужасно, как и неподвижно лежащего Чарли.

— Мистер Уизли, мне нужны факты, а не эмоции, — жестко сказал Снейп. — Тогда, возможно, плакать будет не нужно.