Оксана Демченко - NZ

— Не получилось, наши люди прибыли только что, — виновато поморщился он. — Все так криво вышло, что кривее вроде и не бывает. Ты жива чудом. Так, не отвлекаемся. Ставь квиппу.

Это он правильно распорядился, на квиппу я реагирую сразу — верю в серьезность дрюккелей. В голове возник сам собой документ, я мысленно его одобрила, не вникая, все равно сейчас это бесполезно, а Игль определенно пока что на моей стороне. Пусть и временно.

— Теперь у тебя два гостя, — поставил меня в известность Игль и жестом указал себе за спину. — Чуть позже объясню. Редкая штука твое чудо спасения, наши ученые что угодно отдадут за право исследования, а я надеюсь, ты такое право им дашь. Называется клон-резонанс. Причем объемный, а сверх того трёхсторонний, с эхом.

— Бред, — помотала я головой и пихнула Игля в сторону, спуская ноги с дивана и норовя рассмотреть причину своей невероятной живучести.

Причина сидела совершенно заклиненная, в полном шоке, с такой прямой спиной, что можно править по ней линейки. Закутанная в кокон с головой, вся белая. Только глаза сумасшедше синие, по кромке эта синь уходит в черноту. И косички, вроде, до колен.

— Зарина, Джамиля, Гюзель, — шёпотом процитировала я внезапно всплывший в сознании поимённый список одного прославленного в кино прайда… то есть гарема. — Гюльчатай. Бли-ин… Это уже другое кино: Зита и Гита в космосе. А я их мать. То есть мать их, что же это я? Благодарю, хочу знать имя. Ты почему взрослая? Ты вообще то, что я думаю — или не то?

— Следующий номер в клон-последовательности, — спокойно уточнил Игль, поворачивая меня к себе и похлопывая по щекам. — Это шок? Неужели пробило и тебя, прямо рад, шок — признак здоровья психики… иногда. Ты разумно перебрала там, при отключенной связи, всех знакомых телепатов, в том числе Гюль. Была прямая угроза жизни, сильный импульс. Новый клон последовательности срезонировал. Теперь вот беда, он тебя спас, тебя же прочитал, и полагает, что свободен от прежнего прайда. Через тебя он частично впитал память Гюль, это и есть резонанс с эхом, где габбер Сима — резонатор. Поняла?

— Как в тумане. Ежик… Тьфу ты. Все, я оклемалась. Это не Гюль. Не та Гюль. Не тот? Не то…

— Это клон, вся та же основа и ноль личной памяти, его вырастили с нарушением закона, ускоренно. Вторично нарушили законы, пребывая на этой планете: в возрасте личности менее доли цикла пытались сделать заказ на пластирование тела с целью сдачи во фрахт. Гюль была обещана в прошлом сезоне и вот… кое-кто очень любит заработки, независимо от их грязности.

— Так это ж младенец, — ужаснулась я. — Педофил божественный, кастрировать урода!

— Тупым ножом, — подсказал Игль. Рассмеялся. — О, весь состав тэй-корпуса прослушал незаконную копию тех твоих переговоров с Альгом. Кстати, я все оформил по младенцу, теперь, еще раз уточняю, это твой новый гость, тут уж никуда: жизнью обязана, неси ответственность. Сейчас завершаю составление официального отчета по допросам. Всех пятерых нападавших я лично «вскрыл» на полную глубину сознания и подсознания. Приказ был предельно внятный: убить. Ты можешь подать иск против Игиолфа, что будет громко, скандально и в целом обречено на судебную волокиту с кучей проблем, без перспективы на должное наказание. Я бы советовал сделку. Если готова мне верить, ставь квиппу.

— Да.

— Решительно, не ожидал. Отсылаю приватное сообщение и жду реакции интмайра Олера.

— В чем сделка?

— Они не мешают возобновлению следствия по делу Дэя. Сверх того, тебе дают право навестить его прямо теперь и еще дважды в ходе доследования. Не много, они легко отделались и примут условия. Но я прочел тебя: этого и хочешь. Верно?

— Что тебе надо, хитрый лис, раз ты еще и добрый?

— Опознание с полным считыванием сознания и подсознания. Немедленно.

— Кого ж еще я знаю такого важного?

— Альга, — сун тэй сглотнул и поморгал, его самого чуть не трясло от недавнего шока. — Я нашел капсулу в системе Кайт. Совершенно заброшенный сектор пространства, капсула начала подавать сигнал при появлении корабля, годился любой корабль. Просто до меня там никто не появлялся. Тело в стазисе. Не могу поверить данным, хотя мы все тщательно сняли, провели детальный анализ. Только что пришел ответ. Причин сомневаться в абсурдных выводах нет, даже зацепки нет, все чисто: тело было в стазисе два полных цикла. Процесс восстановления сознания идет медленно, есть частичные провалы по краткосрочной памяти последнего дня до стазиса, картина достоверная, этого нельзя сымитировать.

— Выстрел в голову…

— Именно, — сразу согласился Игль и вроде чуть успокоился, довольный сравнением. Покивал и повторил тихо, серьезно: — выстрел мне в голову и мозг в брызги. Этого никто не ждал. Невозможно! Кого мы отправили в шлак? Кого я опознал? Да ладно я, три человека в ранге не ниже сун, понимаешь? Я читаю этого Альга и не ощущаю разницы с тем. Хотя я читаю этот клон Гюль и четко вижу отличия. Теория полного считывания телепатом моего уровня проработана и не дает погрешности, дело не в памяти, дело в личности и связях! Но теория бессовестно рушится, хотя мы к такому не готовы. Кругом сплошные погрешности, вопросы без ответов. Шлак — это было скоропалительно. Увы, ничего не вернуть, не отменить.

Он накрыл голову руками и сгорбился, погрузился в свои умнющие мысли. Я медленно встала и, растопырив руки, сделала первый шаг — лечение было мега быстрое, последствия от него не рассосались, только боль ушла. Все кости, как чужие, связки будто из резины, тянутся и не держат. Ноги ватные. Еще шаг. Всего четыре их до удобного места на полу рядом с клоном Гюль.

— Нарекаю тебя Саидом, — сообщила я несчастному младенцу. — Иначе я в вас запутаюсь. К тому же ты другой, ты полез в бой, это здорово. На мой вкус, по-мужски. Как тебе имя? Ты говоришь? Прости, если я глупо треплюсь, я вообще не очень умная.

— Саид, — голос у этого клона был чуть ниже, манера говорить иная, более отрывистая, с упрощенными интонациями. — Хорошо. Есть имя. Есть я. Нет давления. Нет приказа от всех. Они ломали. Больно. Никогда не просили. Ломали. Всегда смотрели: чужой. Брезгливость. Неполная замена.

— Почему ты стал защищать меня?

— Видел танец, не мой, но — мой. Эхо в голове, все громче. Потом боль. Ты звала и просила. Никто не просил, ты — просила. Звала меня, прямо именно меня. Меня, не общность и не того, кого надо звать «божественный». Он и прочие… больше не придут?

— Ха, пусть попробуют! Мы им по жвалам, — пообещала я. — Пошли, надо опознать дядю Альга. А потом мы вытрясем из дяди Игля средства и найдем тут парк аттракционов. Детям полагается радоваться жизни.