Максим Раевский - Последыш Древних

— Что-то случилось? — Эрахов кивнул барону.

— Да.

— «Черные клинки»? — генерал напрягся.

— Нет, — Гердахо покачал головой и сказал: — Урда Тьен убит.

— Как? Где?

— В Пирке. Три дня назад. Ему перехватили глотку.

— А что он там делал?

— Думаю, что наш лучший стрелок был отправлен туда по приказу Сьеррэ, чтобы убить Оттара Руговира.

— Тьена убили люди Руговира?

— Вряд ли. Он простой офицер и у него нет личной охраны, только один сержант, который обеспечивает прикрытие в бою.

Генерал ударил кулаком по столу и хотел обругать барона, но не сделал этого. Он сам разрешил Сьеррэ взять лейтенанта Тьена под свое командование, и если кого-то обвинять, то в первую очередь самого себя. Слишком много воли он дал любимому племяннику, в котором видел своего преемника, ибо боги не дали ему сыновей. Но, видимо, он ошибался.

«Слишком часто ты стал допускать ошибки, Юрай», — с досадой, подумал генерал и спросил барона:

— Это все?

— Пока да.

— Вызови ко мне Сьеррэ. Прямо сейчас. И узнай, где находится корнет Руговир.

— Штурмовой батальон майора Агликано сегодня днем прибыл в расположение 8-го легиона, и Оттар Руговир уже поручик.

— Хорошо. Его тоже пригласи. Я хочу с ним поговорить. А заодно попробую помирить горячую молодежь. Не мое это дело, но вражда с семейством Руговиров нам ни к чему, да и Сьеррэ надо проучить. Ступай.

— Слушаюсь, мой генерал.

Когда за моей персоной явился посыльный из штаба полка, я подумал, что меня собираются как-то отметить. Ведь есть за что, одна дуэль с вражеским офицером чего стоит, и Агликано, как только выпадало свободное время, без устали подписывал наградные листы для своих офицеров. Однако дело было не в наградах, и меня направили в штаб 11-го легиона, который неофициально уже именовался Эраховским. И вот тут, скажу честно, сердечко у меня дернулось, а затем я подумал, что надо бы передать весточку брату Рою. Мало ли что на уме у Сьеррэ Эрахова, этого мстительного говнюка, да и дядя у него человек суровый, резкий и, как утверждали слухи, трудно предсказуемый. Но все происходило очень быстро, и я ничего не успел.

От штаба 11-го легиона, в сопровождении патруля, словно я подозреваюсь в каком-то преступлении, меня отвели к шатру генерала. Там пришлось немного подождать. А потом меня все же пригласили внутрь и я, выдохнув и собрав в кулак волю, откинул полог и вошел.

В шатре было три человека. Генерал Эрахов, который смерил меня оценивающим взглядом, от которого мне стало не по себе. Неестественно бледный Сьеррэ, который смотрел куда-то в бок, и делал вид, что ничего не замечает. И какой-то толстяк с добродушным лицом и холодными глазами убийцы.

— Господин генерал, поручик Руговир по вашему приказанию прибыл.

— Хорошо, — командир легиона еле заметно качнул головой и сразу же перешел к делу: — Поручик, мне стало известно, что у вас есть трения с моим племянником. Это так?

— Лично у меня к лейтенанту Эрахову претензий нет. Волей случая мы зацепились на приеме в доме графа Эстайна и была дуэль. А потом встретились на тракте, и лейтенант посчитал себя оскорбленным.

— А ты, значит, ни причем?

— Так точно, господин генерал.

— Ну, а ты что скажешь? — старый воин кивнул племяннику.

— Дядя, я все сказал…

— И добавить тебе нечего?

— Да.

— Ладно, не хочешь по-хорошему, будет, как судьба распорядится.

Услышав это, Сьеррэ словно вышел из ступора и решил высказаться, но генерал его оборвал:

— Заткнись. Поздно искать оправдания.

Лейтенант закрыл рот и промолчал, а старый Эрахов вновь обратился ко мне:

— Скажу как есть, поручик. Мне хотелось помирить вас и Сьеррэ. Однако он этого не желает, и он в своем праве. Но есть еще кое-что. Недавно мой племянник совершил серьезный проступок, и за него он будет наказан. Отныне я лишаю его своей опеки и протекции. По крайней мере, до тех пор, пока он не докажет, что способен отвечать за свои слова и поступки. И еще… Лейтенант Сьеррэ Эрахов переводится в сводный батальон майора Агликано, на должность командира взвода. Так что будете служить рядом, а дальше судьба сама распорядится, кто прав, а кто виноват.

— Вы свободны, господа офицеры.

Я развернулся, шагнул из палатки и услышал голос генерала:

— Тебя это тоже касается, Сьеррэ. Свободен.

На свежем воздухе я на мгновение замер, вобрал полную грудь воздуха и попытался разобраться в том, что сейчас произошло. Однако получилось это у меня плохо, ибо я не владел всей полнотой информации и не понимал решения старого Эрахова. Ясно, что Сьеррэ в чем-то провинился и впал в немилость. И понятно, что генерал решил его наказать. Вот и все, что я мог сказать, но этого было мало. Почему его переводят в штурмбат Агликано? Может быть, чтобы он испытал все тяготы походной жизни и повоевал, а затем сблизился со мной? Запросто, ибо это в традициях старых морейских вояк — бросить двух противников в один котел и посмотреть, что из этого получится…

— Ты! Ты во всем виноват! — услышал я шипение Сьеррэ, который остановился рядом. — Все из-за тебя! Проклятый Руговир, как же я тебя ненавижу!

За спиной Сьеррэ появился толстяк, который вышел из шатра, и я решил, что спорить не стоит. Поэтому пожал плечами и молча ушел…

В расположении нашего батальона лейтенант Эрахов появился вечером и под его командование перешел свободный взвод из роты капитана Рейнера. После чего он показал себя во всей красе. Построил бывалых штурмовиков-ветеранов, которые уже прошли через несколько сражений и пролили кровь врагов, и устроил им, словно сопливым новобранцам, строевой смотр с последующим досмотром личных вещей. То есть он сходу настроил против себя воинов и поплатился за это.

Ночью у Сьеррэ украли превосходные сапоги, пошитые на заказ, которые он выставил из палатки для просушки. И это было только началом его злоключений. В следующую ночь неизвестные злоумышленники облили палатку лейтенанта водой, а когда он выскочил наружу, то споткнулся об растянутую на земле веревку и лицом вниз упал в кучу нечистот. При этом часовые, конечно же, никого не видели и ничего не слышали, а пьяный слуга лейтенанта был обнаружен связанным возле отхожего места и не помнил, как он там оказался.

Понятное дело, все понимали, что лейтенанта достают солдаты и сержанты его взвода, которые плевать хотели, чей он племянник. Со дня на день мы ожидали марша на Сайгару и большой битвы. Так чего или кого бояться воинам, которые первыми пойдут в атаку и возглавят авангард? Капитана Рейнера? Так он вмешиваться не собирался, точно так же как майор Агликано, а бежать со своими жалобами в штаб полка Сьеррэ не решился, поскольку это позор.