Ольга Ильина - Особенные. Элька

— Так хочется. — прошептал Егор, — Забыть об осторожности, о твоих родителях, о том, кто мы есть.

— И мне.

— Но я не стану торопить.

— И не надо.

— А кто говорил, что не готов? — заметил Егор.

— Ты здорово умеешь переубеждать.

— Даже так?! — он смотрел и… как там в женских романах пишут? Пожирал меня глазами. А я таяла, как масло на сковородке, теряя контроль, разум, саму себя, — В воскресенье, я отвезу тебя в одно место. Туда, где будем только мы.

— Свидание?! Вообще-то теперь я должна тебя на свидание пригласить. Ты устроил целых два. А я привыкла отдавать долги.

— Хм, у меня еще никогда не было такой сладкой должницы. Ты пахнешь яблочным пирогом.

— Да это мама Кати пирог пекла, — не думая, ответила я, а Егор мгновенно напрягся, словно его переключили.

— Какой Кати?

— Той самой.

— Ты что, к ней домой ходила? Эля?! Ты знаешь, кто ее отец?

— Пожалуйста, не ругайся. Я его не встретила. Правда.

— Тогда что ты там делала? Вы же враги навек.

— Были врагами.

— А теперь нет?

— После всего, что она мне сказала… скорее мы даже подруги, — созналась я. И рассказала все Егору. Точнее почти все, за исключением всего, что связано с моим прошлым и клубом. Егор не Катька. С него станется устроить за мной круглосуточную слежку, лишь бы я не полезла в еще большие неприятности. Он выслушал очень спокойно, даже немного равнодушно, но только с виду. А потом пришла его очередь говорить.

— Ты понимаешь, чем рискуешь? Ты понимаешь, чем я рискую, оберегая тебя. Эля, сокрытие искры — преступление.

— К чему ты это говоришь?

— К тому, что ты постоянно рискуешь жизнью, моей, своей, неважно чьей.

— Да?! Тогда почему бы тебе не пойти и не сдать меня своим родственникам. Уверена, ты не просто спасешь свою шкуру, но и рейтинг в их глазах повысишь. Из регистратора сразу в.

Он замахнулся. А меня заколотило, от того, что натворила, настолько забылась, настолько перешла черту, что заставила и его перейти свою.

— Прости, прости Егор я.

— Запомни раз и навсегда. Я никогда и никому тебя не отдам, — прочеканил он со своим пугающим спокойствием и ушел. А я даже остановить его не могла. Нет, это не просто ссора. Это катастрофа, которую я сама же и устроила. Идиотка. Вот кто меня за язык тянул? Кто? Ведь знала же, как для него болезненна эта тема и ударила. Сама не поняла как, но сделала больно.

Я вытащила телефон, зная, что по лестнице уже его не догоню. Лихорадочно стала набирать номер, слабо надеясь, что он вообще мне ответит. Глотая глупые слезы, я вновь и вновь набирала его номер. Гудки шли, но он не отвечал. Ни сейчас, ни через десять минут, ни через полчаса, ни через час. Родители, конечно, заметили, но при них я хотя бы держалась. И перед крысом тоже. Он, как я вошла в свою комнату, просто жаждал наорать, а лицо увидел и махнул рукой, то есть лапой. Наконец, полпервого ночи Егор поднял трубку.

От волнения и страха я начала заикаться. Пульс подскочил настолько, что застучало в висках. Я, как представлю, что между нами все кончится, как представлю, что его больше не будет в моей жизни, что я больше никогда не смогу к нему прикоснуться, обнять, почувствовать биение его сердца рядом с моим, ощутить вкус поцелуя. Зачем мне такая жизнь? Зачем мне жизнь без него? Нет. Без него ничего не будет. Меня не будет.

— Прости. Егор, мне так жаль.

— Успокойся, я тоже слегка переборщил.

— Я на самом деле так не думаю. Пожалуйста.

— Мне надо остыть. Да и тебе тоже.

— Но… но мы ведь еще.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, только не бросай меня, Егор. Я не могу без тебя жить. Мне плохо без тебя, меня ломает, словно я наркоманка. И слезы текут не переставая, и страшно услышать холодное: «Нет» в трубке, потому что иначе, мое сердце перестанет биться, и я умру. Не бросай меня, Егор.

— Успокойся, мне просто нужно побыть одному.

«И ты решишь, что со мной слишком много проблем» — хотелось крикнуть мне.

— Егор, пожалуйста.

— Ты что, плачешь?

— Немного. Просто это наша первая крупная ссора.

— Поверь мне, она не последняя, — ответил он, а я улыбнулась. Сердце снова забилось, почти запело. И я не сдержалась.

— Я люблю тебя, Егор.

Он не ответил, но я не ждала, скорее в шоке пребывала от тех страшных слов, которые ему сказала. Для меня они были искренними, так я чувствовала сердцем, но он. Я дура, я настоящая идиотка. Ну, кто, кто признается парню в любви на третий день после первого свидания? Только такие идиотки, как я. Нет, мне точно надо памятник ставить по тупости, а еще по трусливости. Потому что, когда до меня дошло, что я сказала, не нашла ничего лучше, чем нажать кнопку отбоя и отключить телефон. А потом изводить себя всю ночь, страшно желая снова включить его. Это же надо было мне так влипнуть.

— Поздравляю тебя, Эля. Ты самая тупая тупица из тупиц, — сказала я своему отражению в зеркале.

— За что ты себя так? — спросил внимательно подслушивающий Крыс.

— Заглохни, — рявкнула я и ушла в ванную. Реветь.

Глава 32

Рецепт смерти

После ночных завываний у меня закономерно температура поднялась. Мама даже хотела остаться дома, со мной, чтобы присмотреть, но я заверила, что уже достаточно выросла, чтобы самой о себе позаботиться, и отправила предков на работу. Проспала до обеда, зато встала без всякой температуры. Мой бедный организм, наверное, просто устал от постоянных стрессов и перенапряжения, вот и отреагировал.

Душ слегка оживил. Я даже соображать уже могла, а дядюшка Петр приготовил замечательный завтрак, или уже обед? Я глянула на часы, нет, все-таки завтрак.

— Дядюшка Петр, а вы что-то узнали, о Женьке?

— Боюсь, что не много. Ох, и скрытная Женечка стала. С подружкой своей много беседует, но больше шепотом. В этот страшный, гудящий ящик много смотрит. Не хорошо это. Зрение может испортиться. Ты бы сказала, Элечка.

— Обязательно скажу. Дядюшка. Петр, а вы не рассмотрели, что она там искала? Хотя… нет, я сама посмотрю.

Я, конечно, так никогда не делаю. Женькина комната — это Женькина комната. Но иногда можно и поступиться принципами, ради дела. Что я собственно и сделала. Вошла в комнату сестры, включила компьютер и заскрежетала зубами. Запаролено. Блин. Полчаса пыталась пароль подобрать. Все перепробовала. Имя и фамилию Ромки в различных вариациях, Матвея, родителей, даже свои. Все бесполезно. От отчаяния, решила в ее столе порыться. Думала, может, откопаю какую-нибудь бумажку, тетрадку, что-нибудь. Но наткнулась только на приглашение Матвея. Прочитала и порвала на мелкие кусочки. Если этого приглашения у нее не будет, то есть большая вероятность, что она не попадет в воскресенье в клуб. Попытка не пытка.