Алина Солнцева - Герои по ту сторону: дебют

— Элиот… — колокольчиком прозвенел в темноте кабинета девичий голос. Молодой человек, лежавший на крохотном диванчике под тонким шерстяным пледом, не шелохнулся. Лицо парня выглядело неживым в лучах зелёного света, падающего с улицы.

— Он не слышит тебя, Эрика, — проскрипел голос, который мог бы принадлежать старику.

— Но нам надо сообщить ему…

— Придётся прибегнуть к обычным методам. Ты же знаешь, пока не придёт время…

— Друзья, может, оставим это дело? — вмешался властный мужской бас. — Час ночи. Элиот не будет рад нас видеть.

— Но сияние Мира грёз скоро исчезнет, — девичий голос помолчал. — Мы должны его предупредить, Габи.

— Как знаешь, — хмыкнул бас.

Голоса стихли. В ночном безмолвии, нарушаемом лишь шумом прибоя, прошелестел печальный вздох. Парень на диване повозился, перевернулся на другой бок и затих.

Тишину прорезал громкий звук, похожий одновременно на скрежет металла и шум ненастроенного приёмника. Лежавший на диване парень резко сел и принялся слепо шарить рукой на тумбочке. Загорелась настольная лампа, на пол с грохотом опрокинулся стакан с водой. Следом упала книга и раскрылась на странице с разделом, озаглавленным «Обзор философии Сократа». Отыскав очки, парень надел их и оглянулся по сторонам. В комнате никого не было.

— Я слышал сигнал, — шепнул темноте молодой человек. — Духи-хранители Земли, призвавшие меня, явитесь!

Тесную комнатку осветила вспышка золотистого света, в следующее мгновение превратившаяся в мерцающее марево. Элиот заслонил глаза рукой. По одной в помещении появлялись фигуры, словно нарисованные тонкими линиями света: миниатюрная девчушка в коротком платье, невысокий сухой старичок в кимоно и добродушный на вид толстяк лет сорока в деловом костюме и шляпе. Замигала и погасла лампа на тумбочке. Туман растаял, и теперь комнату освещали только силуэты и зелёные сполохи за окном.

— Друзья, что-то случилось? — встревожено спросил парень, поправляя съехавшие на нос очки. Его глаза еле заметно светились синим.

— Прости нас за беспокойство, Элиот, — девочка виновато улыбнулась. — Мы почувствовали веяния и решили предупредить тебя, но не знали, когда ты призовёшь нас…

— Я готов выслушать вас в любое время, — парень почтительно склонил голову.

— Оставьте эти церемонии, — проворчал толстяк. — Давайте сразу к делу.

— Хорошо, — девочка на миг обернулась и кивнула ему, затем снова взглянула на Элиота. — Вкус воды поменялся. Я не знаю, как это объяснить, ведь смертные этого не чувствуют…

— На что это похоже? — парень выпрямился и напряжённо замер.

— Как будто кто-то вылил смолу в питьевую воду, — девчушка вздрогнула.

— И воздух переменился, — подхватил старичок. — Я слышу, как ветер приносит алые отзвуки битвы на своих знамёнах, но не понимаю, откуда…

— Совсем запутали парня, — толстяк покачал головой и взглянул на Элиота. — Не пытайся разгадать, сынок, они сами не понимают, что говорят. Поэты… Послушай лучше меня. Само мироздание дрожит в страхе, не зная, чем всё закончится. Пока мы не понимаем, что именно должно произойти, но поступь беды уже слышна. Это мы и хотели тебе сказать.

— Ты себя слышал, Габи? — хихикнула девочка.

— Пообщаешься с вами — и не тому научишься, — буркнул толстяк.

Элиот кивнул.

— Я понял вас, друзья. Можно ли как-нибудь повлиять на события?

Духи переглянулись. Золотистые силуэты замерцали ярче.

— Мы не знаем, — протянула девочка. — Но однажды…

— Не время, — старик положил руку на плечо малышки. Та закрыла ладошкой рот и округлила глаза.

— Прости, что разбудили, Элиот, — толстяк помахал рукой. — Нам пора. Я знаю, мы мало что сообщили тебе, но нам тоже мало что известно.

— Спасибо, — парень встал с дивана и поклонился. — Я отпускаю вас, друзья. Эрика, Шин, Габриэль…

Силуэты постепенно растворялись во тьме, словно кто-то размывал водой акварельный рисунок.

— Береги себя, — прозвенел на прощание девичий голос. — И, что бы ни случилось, не вешай нос. Мы всегда будем…

Мягкое свечение погасло вместе с зелёными сполохами за окном. В полной темноте Элиот протянул руку, словно хотел коснуться силуэта девочки, растаявшего в воздухе мгновение назад.

— А я всегда буду рядом с вами, — прошептал парень.

Час и пять минут от Нижнего Новгорода до Москвы. Три часа ожидания в международном аэропорту Домодедово. Почти двенадцать — до Гуанчжоу, Китай. Одиннадцать часов в аэропорту Байюнь и почти такой же по длительности следующий рейс — Крайстчёрч, Новая Зеландия. Впрочем, и это не конец — почти сразу часовой рейс до Инверкаргилла, а оттуда — последний перелёт через залив до острова Стюарт. Оставляя задания студентам, небожители не задумываются, сколько времени уходит на дорогу. В целом это путешествие заняло больше недели.

Будущие герои регулярно получали задания от богов. Первые два года студенты путешествовали с наставниками — Одарёнными, закончившими академию, либо с теми, кто учился на последнем курсе. Вероника побывала в четырёх таких «командировках» — в Веллингтоне, столице Новой Зеландии; в Том-Прайс в Австралии; во Владивостоке и Красноярске. Теперь список пополнился новой строкой с пометкой «Нижний Новгород».

Путешествие на такие расстояния давались нелегко. Утомительные ожидания в аэропорту, постоянная смена часовых поясов, плюс не везде люди говорили на английском или русском языках, и оттого на пути в Россию Вероника чувствовала себя непривычно одинокой. Теперь же у неё был собеседник, хоть и вредный, чересчур любопытный и излишне горделивый. Пусть большую часть пути они спорили либо отмалчивались и закрывали друг от друга мысли, Вероника всё же радовалась тому, что возвращается не одна. И она получала огромное удовольствие от того, что теперь было кому рассказать о Священной Земле.

Новая Зеландия — страна чудес. Впервые оказавшись здесь три года назад, Вероника подумала, что Создатель специально собрал по кусочку красивейших мест со всей Земли и заморозил время, чтобы навсегда сохранить памятник своим способностям художника. Ледники и многокилометровые пляжи, гейзеры и действующие вулканы, фьорды и горы, леса и бескрайние равнины… Порой кажется, что сама земля здесь дышит волшебством. Особенно на острове, ставшем домом для Одарённых. Для всего мира он носит название Стюарт; на языке местных жителей, племени маори — Ракиура или «Пылающие небеса». Одарённые называют это место Священной землёй.

Новую Зеландию часто посещают туристы, и остров Стюарт не стал исключением. Здесь проходит одна из девяти «Больших прогулок»[3], и начинается она в Обане, городе, находящемся на двадцать километров севернее Санктума. Несколько шагов в сторону с туристической тропы — и уже кажется, что ты в царстве дикой, необузданной природы, вдали от цивилизации. Одарённые, решившие утаиться от любопытных глаз, сделали ставку на это. И на психологию — архипелаг и так отрезан от всего мира тысячами километров водной поверхности, а остров Стюарт и крошечный, всего на четыреста человек Обан только усиливают ощущение отчуждённости и одиночества.