Катерина Шишканова - Янтарин

— Магистр Кант, мы отправим повелителей драконов, способных отыскать разгадку там, где все остальные даже не увидят вопроса.

— Точнее, одного, — поправил король.

Вампир посмотрел на короля, зачем-то глянул себе за спину.

— А вторую отмоем, причешем и отправим в гости к будущему мужу.

— Что?!

Феликс даже не успел сообразить, когда его одуревшая от навалившейся информации сестрёнка пришла в себя и очутилась на балкончике, перемахнув через преграду.

— Выдать замуж? Вы что, окончательно здесь сбренди…

— Мы очень рады видеть тебя на закрытом собрании, Феликс, — холодно перебил Веллерен, как-то недобро косясь на рыжее чудо, неожиданно (но ожидаемо) возникшее на третьем этаже тщательнейшим образом заговоренном и опечатанном от вредоносного присутствия королевских деток. — Может, позовёшь свою подозрительно тихую сестру?

Фелиша удивлённо открыла рот, непонимающе уставилась на собравшихся — таких же сбитых с толку выходкой "принца" и непривычно молчаливых. Потом перевела взгляд на себя — одетую в одежду брата, на молча подошедшего и ставшего рядом Феликса — в её одежде, а потому совершенно неотличимого от того отражения, которое обычно смотрело на неё из зеркала и корчило рожи. Оба с короткими рыжими волосами, криво обскубанными (у неё — братовым кинжалом, у него — заботливой сестринской рукой, решившей, что причёски близнецов должны быть если не идентичными, то хотя бы одинаково кошмарными) и встрёпанными, оба нахохленные, как задиристые петушки, оба… похожие друг на друга настолько, что даже сами потерялись на секунду в собственном живом отражении. Феликс обнаружил себя — чуть более тощего и угловатого, но вполне убедительного даже в широченных штанах и спущенных рукавах. Фелиша увидела… не совсем то, что хотела увидеть в собственных мечтах, но вполне допустимое с её точки зрения зрелище — чуть раздавшаяся в плечах и талии девица с раскрасневшейся остренькой мордахой, с волосами, забитыми паутиной и тушками дохлых мух, в привычно мокрых сапогах, в платье с сырым подолом, в полурасшнурованном корсете, кокетливо схваченном неаккуратным бантиком. Всё как в жизни. Даже капелька маминого кулона зазывно посверкивает поверх высокого ворота, наспех зашнурованного, чтоб скрыть мальчишечий кадык.

Феликс задрал нос, подражая сестре, став совсем неотличимым от оригинала. Либо решил прикрыть сестру, что, в общем-то привычно, но всё равно неожиданно, либо просто не захотел позориться и признаваться, что нацепил девчачьи шмотки. Фелиша насупилась, копируя манеру брата, исподлобья зыркнула на окружающих. Смотреть в сторону внимательно прищурившегося Веллерена ей не хотелось — его так просто не обманешь, как только до сих пор не вычислил. Феликс незаметно протянул руку и стиснул её пальцы. Как в детстве, когда думал, что надо успокоить или защитить. Правда, тогда он ещё напевал песню, неважно какую, просто мурлыкал слишком мелодичным для мальчика голосом — подарок, доставшийся в наследство от сладкоголосой матери.

— Что ж, вполне ожидаемо, — рыкнул господин Хольт, сверля близнецов неподкупным прокурорским взглядом. — Что вы двое здесь забыли?

— Мимо проползали, — буркнул Феликс.

— Через третий этаж?

— Учились вызывать драконов. Дай, думаем, спрыгнем вниз — прилетят — не прилетят к своим повелителям?

— Очень смешно. Ваше Величество, позвольте вмешаться в процесс воспитания ваших детей и всё-таки познакомить их с настоящим кожаным ремнём. Кожа василиска, крепчайшая, выделанная, можно?

Король неопределённо крякнул.

— Я бы хотел пообщаться со своими детьми наедине, если не возражаете.

Высокое собрание неодобрительно покачало бородами, усами и посохами, поднялось с мест и медленно вышло. Почти.

— Я подумал, что мне бы тоже следовало остаться, — невозмутимо сообщил Веллерен, всё так же не отлипая от косяка.

Фелиша прикрыла глаза, чтоб её не перекосило.

— Батюшка… — тихонько позвала она.

— Феликс, я очень разочарован. Ещё понимаю — твоя сестра, она слишком импульсивна, но чтоб ты перебил столь важное совещание… как вам вообще взбрело в голову пробраться сюда? А вы, Веллерен? Как вы с вашей интуицией смогли упустить это безобразие?

Злорадная улыбка на миг скривила губки переодетой принцессы. Нос пришлось опустить ещё ниже, чтоб волосы завесили всё лицо и не выдали, как удовлетворённо оно зарделось.

— Ваше Величество, я задумался. Прошу прощения, — судя по скучающей роже — ему совершенно начхать на недовольство монарха.

— Позже обсудим вашу некомпетентность. Сейчас нужно обговорить наши планы относительно моих детей.

— Что? Батюшка, вы даже не будете нас наказывать?

Феликс ощутимо сжал ладонь сестры, заставив ту скривиться.

— Мой гнев, Феликс, даже если сейчас он очень даже к месту, всё равно слишком не вовремя. И не зыркай на меня, ишь, взял пример с сестры, чему б хорошему учился. Просить прощения за то, что не всё рассказывал, тем более не собираюсь — вы оба слишком малы, чтоб разобраться во всём не смешав личные интересы с государственными.

— Но для замужества, — Фелиша кивнула головой в сторону переодетого брата, — она уже подросла, так?

— Не дерзите, молодой человек!

— О, так он, оказывается, человек, — неожиданно возмутился Феликс. — А мне казалось, что он воин-феникс.

— Ну хватит! — рявкнул король Грэхем. Резко встал, саданув кулаком по столу, и ушёл, раздражённо бурча под нос какие-то угрозы.

— Вы что, совсем подурели? — тихий ядовитый шёпот за их спинами прозвенел похоронным набатом. Хлоп! Феликс схватился за затылок, откушавший тяжёлой вампирьей оплеухи.

— Да как вы смеете? — ошалев от подобного обращения, вякнул Феликс. — Я же… э-ээ… девушка!

— Ты в этом уверен? — мрачно ухмыльнулся Веллерен, демонстрируя клыки. — А если я задеру тебе юбку и как следует угощу мочёными розгами по заднице? Меня шмотками не обманешь. И кулон не спасёт. Кстати, кому из вас в башку пришла столь удачная идея переодевания?..

— Так вы с самого начала знали, что мы переоделись?!

Веллерен самодовольно зевнул, без особых церемоний растянувшись в кресле, прежде занимаемом королём, вытянул длинные ноги, бесцеремонно спихнув с пути сапоги, а заодно и всю фигуру сумрачного Феликса.

— Ваше Высочество, я знал о вашем присутствие ещё когда вы сегодня на заре прорывались со штурмом в лабораторию к магистру Канту и стащили у него любимую паучиху. Кстати, надеюсь, она ещё не в моей постели — было бы неправильно заставлять даму ждать, а к себе я вернусь очень не скоро.