Наталья Бульба - Глупая серая мышка

И тут ветром до меня донесло запах гари. По сердцу резануло дикой болью. Я вскочила, вырвав руку из-под ладони мага и, бросилась бежать туда, куда вел дымный след.

Альдер догнал меня в несколько прыжков, повалил на землю. Его рука размахнулась, я с широко раскрытыми глазами смотрела на то, как приближается широкая мужская ладонь к моему лицу. Но удара не последовало. В последнее мгновение он остановил руку у моей щеки, а потом нежно провел по лбу и глазам.

Мое тело расслабилось, и я начала проваливаться в спасительное забытье.

Второе возвращение сознания до мелочей повторяло первый раз. Снова раннее утро. Похожий лес. То же мерное покачивание головой вниз. И снова, как только он почувствовал мое возвращение в реальный мир — сгрузил мое тело у ближайшего дерева и тяжело опустился рядом. Его лицо осунулось и посерело. Тяжелое дыхание вырывалось из груди.

Интересно, он останавливался на ночлег? И где мы сейчас находимся?

Я с трудом поднялась, опираясь на шершавый ствол дерева. Тело с трудом слушалось, в голове шумело. Маг из полуопущенных век наблюдал за моими попытками доползти до ближайших кустиков, но не шевелился, понимая, что в таком состоянии я не то что бежать, идти могу с трудом.

Это небольшое усилие выкачало из меня остатки сил. И обратный путь я проделала практически ползком.

Бутыль с водой мне никто не предложил. И мне трудно было судить его за это. Я хоть и выглядела тщедушным подростком, но в качестве добавочной ноши должна была доставлять массу неудобств.

И все-таки он продолжал меня нести.

— К полудню мы должны быть на месте.

Спасибо, что снизошел. Жаль, что я не могу начать танец — вместо души — готовая взорваться в любое мгновение бомба.

— Как мне тебя называть? — чтобы там ни было, но пора было наводить дипломатические отношения. Может хоть так удастся узнать что-либо о своей дальнейшей судьбе.

Мужчина поднял на меня глаза. Темные, глубокие, пронзительные. Обведенные темными от усталости кругами.

Я смущенно сжалась под его взглядом, уже не надеясь на ответ.

Но он, словно обнаружив во мне то, что искал, чуть помедлив, ответил.

— Зови меня Альдер. Я Тень князя А'Шер.

Так, теперь стоит проявить вежливость, Но не успела я открыть рот, чтобы назвать себя, как он перебил:

— Я знаю, как твое имя.

Поговорили.

— Зачем ты меня спас? — Прервала я тишину, впрочем, не очень-то и рассчитывая на ответ.

Он, все-таки открыл глаза. И я вновь наткнулась на глубокий, холодный взгляд. Он молчал, разглядывая меня, словно диковинку. Да что ж это такое: кто он, и, почему при взгляде на меня у него в глазах мелькает желание меня придушить. Я машинально, попыталась отползти подальше, но сдаваться не собиралась и повторила вопрос:

— Зачем ты меня спас?

Он продолжал внимательно рассматривать меня. И тут до меня дошло, что от церемониального платья, в котором я была на посвящении, остались только лиф и длинные лоскутки, которые совершенно не прикрывали моего тела. И кружевные белые трусики из моего мира, вместо шортиков-панталончиков, которые носили барышни в этом.

Мамочки! И я одна в лесу. С мужчиной. Добычей которого я вполне могу считаться.

Все эти мысли видно крупными рунами были написаны на моем лице, потому что я удостоилась не только и ответа, но и ироничного смешка.

— Меня попросили. — И его лицо вновь стало каменным, а взгляд холодным.

Нет, так просто ты от меня не отделаешься. Я должна знать, я должна понимать, что происходит. И кто рядом со мной: друг или тот, кто просто воспользовался ситуацией.

— Ты мог не выполнить просьбу.

И вновь пауза (мне что, слова из него клещами вытягивать), тяжелый вздох, и ответ. И в голосе появляется странная дрожь, а его кулаки яростно сжимаются.

— Я не мог не выполнить эту просьбу.

— Почему? — я не отвожу от него настойчивого взгляда и чувствую, как меня начинает колотить от сгущающегося напряжения.

И он решается, и я уже не знаю, хотела ли я слышать этот ответ.

— Потому что мое имя Альдер Саре. И Тереза, старшая жрица храма, попросившая меня — моя мать.

А у меня перед глазами встает картина: он оттесняет плечом одну из наставниц и встает слева от Терезы, прикрывая ее своим мечом.

О стихии!!!

Тонкая, хрупкая, изящная Тереза Саре. Старшая жрица храма танцовщиц стихий, моя наставница, женщина, за одобрительный взгляд которой я готова была танцевать хоть с самой смертью — его мать.

Как больно! Как тяжело и тоскливо.

Эта женщина умирая, во второй раз подарила мне жизнь.

И я не выдержала. Слезы хлынули из моих глаз, я по-звериному завыла, пытаясь криком вырвать из себя ту сжигающую боль, то осознание потери, что нахлынули на меня.

Она ушла. Они ушли. Мои милые подруги, девчонки, с которыми мы десять лет постигали искусство танца. С кем делили трудности и победы, с кем вместе мечтали и шалили.

Они ушли. А я продолжала жить. Дышать, сомневаться, надеяться. Зачем мне все это, если их больше нет.

Мне было все равно, как отреагирует мой спутник. Мне было все равно, ударит от меня, придушит, бросит в лесу. Я знала только одно — жить с такой болью я не смогу.

Но он сделал то, чего я никак не могла ожидать от него. Он рывком поднял меня с земли, прижал к себе. Он гладил меня по волосам, шептал что-то, успокаивая.

Я почувствовала, как рыдания начинают сотрясать и его тело, но он все также крепко прижимал меня к своей груди и все также продолжал что-то шептать срывающимся голосом.

Не знаю, сколько все это продолжалось. Но как только мои рыдания начали затихать, он отстранился. Ладонью вытер мое мокрое лицо, и, закинув меня на плечо, тронулся в путь.

Сил сопротивляться у меня не было. Впрочем, как и идти самой.

Слава стихиям, наш путь был не долог. Как только солнце поднялось к полудню, лес поредел и показался широкий тракт.

А на выходе из леса нас уже ждали. Я была в сознании, но с трудом реагировала на происходящее. Машинально отметила, что встречающих было трое, и они были очень похожи на Альдера.

Четверка лошадей паслась неподалеку. Один из мужчин перехватил меня и я почувствовала волны целительной магии. Второй подал моему спутнику бутыль с водой, и они отошли в сторону коней, о чем-то тихо разговаривая. Потом напоили и меня. Я еще осознавала, что меня усаживают верхом, судя по ощущению все той же магии, в седло к тому же магу, что принял меня у Альдера. И сознание вновь уплыло в успокоительную даль.

Третье возвращение было более приятным. Я лежала на кровати, на приятно пахнущих чистых простынях. На мне была длинная, явно с плеча взрослой женщины, ночная рубаха. И судя по ощущениям, пока я была в беспамятстве — меня вымыли. Не знаю, кому за это сказать спасибо, но даже если это был и сам Альдер, никаких моральных неудобств от этого факта я не испытывала.