Фиона Макинтош - Мост душ

— Отлично, я уже заждалась, когда это произойдет, — сказал Уил.

Храбрость девушки поразила Джессома.

— Я собирался отговорить его, но эта молодая женщина, судя по всему, твердо решила умереть. — Джессом покачал головой. — Думаю, король Селимус намерен на ее примере продемонстрировать, как поступает с теми, кто его предает.

— Довольно сомнительное мероприятие, — заметил Аремис.

Джессом вздохнул.

— Он хочет произвести впечатление на Кайлеха.

— Но не таким же способом, — возразил Аремис, не зная, как предотвратить смерть Уила, вне зависимости от того, хочет тот ее сам или нет.

— Посмотрим. Пошли, Фарроу. Надеюсь, ты в достаточной мере удовлетворил свое злорадство. Прощайте, Илена. Подготовьтесь к встрече со своим королем.

— Он не мой король, Джессом! — крикнул Уил в спину уходящим мужчинам, вспомнив вдруг, как стоял на коленях перед королем Магнусом, а потом пожертвовал своей жизнью ради Селимуса. — И охотно отдам ее снова, — пробормотал он, надеясь, что Шарр слышит его и даст возможность Магнусу узнать об этом.

Кайлех позволил Селимусу прокатиться на своем великолепном белом жеребце. Молчание короля Моргравии на протяжении всего их обратного пути в Тентердин по заросшей буйной зеленью долине, тянущейся до самых гор, свидетельствовало о полученном от прогулки удовольствии.

— Он великолепен, — произнес наконец Селимус, когда они остановились поддеревьями.

— Он ваш.

— Я не могу…

— Позвольте мне сделать вам подарок, чтобы скрепить наш союз. Случай вполне подходящий. Я взял его себе еще жеребенком. У него есть брат-близнец, абсолютно такой же, как и этот. Его мать — одна из самых породистых кобыл, а отец — норовистый жеребец с прекрасной родословной. Он вам очень подходит. Теперь у нас обоих будут белые жеребцы из одной семьи.

Селимус одарил Кайлеха одной из своих самых ослепительных улыбок. Этот подарок доставил ему несравненно большее удовольствие, чем все остальное, и сам по себе значил для моргравийца гораздо больше, чем их мирное соглашение.

— Спасибо. Каждый раз садясь на него, я буду вспоминать вас.

— Коня зовут Звездный Огонь, так мы называем падающую звезду, что можно видеть на ясном небе Скалистых гор.

— А что я могу преподнести нам в ответ?

Кайлех пожал плечами.

— Придумаю что-нибудь, — ответил он, и оба короля рассмеялись.

— Все, что пожелаете.

— Будьте осторожны. Это обещание дает неограниченные возможности. Я ведь могу выбрать, например, вашу невесту.

Селимус усмехнулся.

— Тогда все, что вы захотите здесь, в Фелроти.

— Наши отцы гордились бы нашим соглашением, Селимус, — сказал Кайлех. Его тон неожиданно стал задумчивым.

— Только не мой. Он никогда мной не гордился.

— То, что вы сделали сегодня, и договор, который мы заключили между Моргравией и Горным Королевством, заставит вашего отца сесть в могиле и поаплодировать вам.

Селимуса развеселила шутка Кайлеха. Он засмеялся, поневоле восхищаясь собеседником. Кайлех ему нравился, они были похожи. Не внешне, конечно… а как? Селимус пытался распознать нечто неуловимое, замеченное им в короле горцев. Характер, вот что объединяло их. В этом они сходились. Оба властолюбивы и амбициозны. Селимус не сомневался, что Кайлех так же жесток, как и он. Сходство порадовало его, придало уверенности в себе в более глубоком смысле. Магнус видел все грани характера сына и считал их пороками, и вот теперь эти черты демонстрирует другой человек, тот, кого его отец считал талантливым, сильным и бесстрашным. Селимус покачал головой.

— Мой отец ненавидел меня, Кайлех. Вернее, мы с ним ненавидели друг друга. Король Магнус убил мою мать, я в этом уверен, и если бы ему предложили исполнить одно его желание, он, несомненно, захотел бы и меня увидеть мертвым.

Кайлех хотел возразить, что Селимус ошибается, но вовремя остановился. Моргравиец открывал перед ним свою душу, и спорить с ним сейчас было бы опрометчиво. Наверняка такой откровенный разговор не был запланирован сценарием встречи.

— Вы сами выбираете путь для своего королевства, мой друг. Забудьте Магнуса. Он теперь просто прах. Не забудете — всегда будете чувствовать его тень, нависшую над вами. Но, в любом случае, помните — ваш отец только тень, ничего больше. Он не может ни навредить вам, ни командовать вами. Моргравией правите вы, и у вас свое представление о том, как это нужно делать. Ваш народ счастлив иметь такого правителя.

Уважение, с каким говорил о нем король враждебного государства, преисполнило Селимуса гордостью, но последние слова вернули его на землю.

— Нет, моргравийцы не чувствуют себя счастливыми, потому что боятся меня.

Кайлех протянул руку и потрепал коня но холке.

— А это так плохо?

— Ваш народ в долгу перед вами, а мой — просто боится меня.

— В вашей власти все изменить, Селимус. Через несколько недель не только ваш народ, но и жители Бриавеля и даже мой народ увидят то, чего вы достигли — мира между тремя королевствами. Наступает замечательное время, и именно вы тот человек, благодаря которому это происходит. Я горд тем, что тоже причастен к грядущим переменам.

Селимус внимательно посмотрел в лицо короля горцев, пытаясь найти подвох в его словах. Он подозревал, что горец просто льстит ему, но наткнулся на твердый взгляд зеленых глаз желающего добиться мира короля. Селимус понял, что Кайлех говорит правду, и в этот момент принял решение, полностью противоречащее всему, что он делал до сих пор. Вдохновленный поддержкой этого человека и гордостью, Селимус решил поддержать их союз. Он не станет предавать Кайлеха, как планировал раньше, и сдержит обещание. Несмотря ни на что. Даже если это означает крах его грандиозных планов по господству над всеми королевствами. Селимус улыбнулся, и улыбка его была искренней.

— Да будет так, — сказал он прерывающимся от переполнявших его эмоций голосом.

Кайлех заметил это и понял, что только что спас сотни жизней и добился мира для своего королевства. Результат, достигнутый в ходе простого разговора во время конной прогулки, превосходил все ожидания.

— Напомните мне, чтобы я как можно чаще дарил вам лошадей, — сказал он с добродушной усмешкой.

Селимус откинул голову назад и по-мальчишески расхохотался.

— Я проскачу на нем по полям, тогда и посмотрим, насколько хорош этот великолепный жеребец на самом деле.

Звездный Огонь рванул вперед, Кайлех поскакал следом. Но на сердце короля Скалистых гор скребли кошки — слова моргравийца напомнили ему о Галапеке и о том, как обошлись с несчастным животным.