Алена Даркина - Полнолуние: закон стаи

— Разве я не имею права на собственную жизнь? Разве не имею права принимать решения?

— Имеешь, дочка. И ты должна знать, что, принимая решения, надо иметь мужество взять на себя ответственность за последствия выбора. На этот раз последствием может стать наша разлука. С тобой ведь говорил князь? Стая может отказаться от тебя. Но ты всегда будешь моей дочерью, как бы далеко ни пришлось тебе уйти или уехать. Я не буду тебя удерживать. И с радостью приму, если ты вернешься.

Ранели вновь взялась за картошку.

— Если бы все были такими, — вздохнула она.

В кухне повисла тишина. Отец чистил картошку машинально, погруженный в невеселые думы. Когда он становился таким, Ранели казалось, что он вспоминает маму. Говорят, внешне Ранели сильно напоминала ее, а характером — нет. Может, будь у нее другой темперамент, и с Алетом все вышло бы по-другому. Сокол бы и внимания не обратил на волчицу, будь она похожа на комнатную собачку…

Первую ночь Ранели провела с ним скорее из любопытства, чем из-за страсти. Нет, конечно, после той кошмарной ночи, парень соблазнял ее настойчиво и умело — это девушка понимала сейчас. А тогда до последнего казалось, что она сильная, справится переполнявшими чувствами, сможет противостоять. И не распознала момент, когда сопротивляться расхотелось, когда сказала себе: почему бы и нет? Люди же позволяют себе такое. Может, ничего страшного?

Сокол не разочаровал ее. Более того, после первой же ночи, сделал предложение. Сообщил, что впервые в этот трактир пришел только из-за нее. Увидел девушку-волчицу и был заинтригован… Все знал с самого начала и продолжал ухаживать. Мечтал отвезти в замок, к родителям…

Но Ранели испугалась. Одно дело посещать Энгарн изредка и совсем другое — навсегда покинуть стаю…

Алет не понимал этих сомнений. Злился. Просил прощения. Опять делал предложение. Даже обручальное кольцо подарил — единственное украшение, которое Ранели сохранила. Будто из золотых нитей сплели венок. А вместо цветов в этом венке крошечные бриллианты. Это кольцо стоило целое состояние. Ранели дорожила им, потому что когда надевала его на безымянный палец, казалось, она уже принадлежит Соколу…

Ранели проглотила ком в горле. "Нельзя об этом думать! Нельзя", — запретила себе девушка, хотя произнести эти слова было легче, чем исполнить приказ. Но девушка знала одно испытанное средство: чтобы не думать об Алете, надо думать о ком-то другом. Ялмари! Кровь невольно прилила к щекам от стыда. Неужели по ее вине с ним что-нибудь приключится? Она-то надеялась, что парень задержит чудовище, но никак не ожидала, что маг будет так суров. И самое страшное — если Ялмари не придет в Умар, она никогда не узнает о его судьбе.

После завтрака Ранели решила еще раз поговорить с князем. Вчера она вела себя невежливо. Если извинится, может, он встанет на ее сторону, заступится на совете. Все-таки от мнения князя зависит многое.

Дом Балора стоял почти в центре города, недалеко от дома Князей. Идя по улице, Ранели еще раз сосредоточенно взглянула на небо — не появился ли сокол? Ей очень хотелось, чтобы появился. Если это произойдет, она покажет птице, что Алет ей совсем не нужен. Она сможет прожить и без него.

За юлук от дома князя девушка заметила, что происходит что-то необычное — два оборотня волокли в сетях с серебряными нитями пойманного волка. Им пришлось надеть перчатки, чтобы не обжечься. Поймали проклятого или…?

Она наблюдала, стоя в воротах. Издалека узнала стражей — Сафарбий и Пагур. Сафарбий — ровесник, недавно закончивший школу, — весело подмигнул:

— Давно вернулась? К костру сегодня придешь?

По вечерам стая собиралась у костра, чтобы пообщаться или отпраздновать какое-то событие. Парень хотел видеть ее там. Но не успела она ответить, как Пагур, старший в их паре, искоса взглянув на Ранели, обратился недружелюбно:

— Ты куда? Мы несем к князю пленного, зайди позже.

— Как скажешь, — величественно пожала плечами девушка. Ее всегда смешило, что стоило парню завести семью, он становился серьезным и важным, хотя старше всего на три года. — Но я постою здесь, чувствую, что понадоблюсь князю очень скоро.

Пагур, фыркнув, отвернулся, оборотни скрылись в доме. Вскоре на пороге появился Сафарбий:

— Заходи, — рассмеялся он. — Ты как всегда права, и тут без тебя не обойтись.

Ранели развела руками, показывая, что знала с самого начала.

В зале у князя посреди комнаты стоял взъерошенный Ялмари — целый и невредимый, чему она несказанно обрадовалась. Его разоружили. Лук вместе со стелами парень держал в небольшой кожаной сумке. Меч нашли в мягких ножнах под курткой.

— Здравствуй, — произнесла с усмешкой. — Так и знала, что еще встретимся.

— Надеялась, что тварь мной подавится? — неприязненно заикнулся принц.

— Ты о чем? — Ранели расширила глаза, надеясь, что он догадается, что об их посещении скованного мага лучше не упоминать. Ялмари сообразил:

— О деревенской псине, — нашелся лесник.

Девушка обошла Пагура, стоявшего рядом с Ялмари, держа обнаженный меч наготове, и села на диван рядом с князем. Сафарбий остался стоять, и хотя извлек меч, но больше для порядка. Он явно не опасался пленника.

— Это и есть оборотень, которого ты старалась не допустить в Умар, и считала погибшим? — Балор с досадой посмотрел на Ранели, потом на пленника. — Ялмари из клана Онер. Правильно я говорю? — принц кивнул. — Цель вашего визита, сударь?

— Я особый посланник королевы Эолин, — успокоившись, начал Ялмари. — Мне поручено узнать, что происходит на западе страны, в частности во владениях графа Иецера, которые находятся у южной границы Умара. Когда я прибыл в Биргер, узнал, что некий маг Загфуран старательно раздувает ненависть между людьми и оборотнями. Пытаясь узнать больше о нем, я дошел до Умара.

Балор недоверчиво поднял брови.

— Маг раздувает ненависть, да? А люди, убивающие оборотней, ни при чем? Мне кажется, этому Загфурану не так уж трудно поссорить наши страны. Особенно если учесть, что ненависть всегда жила в людях. Раньше у них не было столько туммимов, чтобы отличить нас, а сейчас магических камней в избытке. Может быть, потому что у нас пропало два оборотня? Как ты думаешь? Для того чтобы зарядить туммим, нужно смочить его в крови оборотня.

— Может быть, — Ялмари смело поднял лицо. — Но энгарнцы не виновны. Ими манипулируют, так же как и вами. Загфуран хочет, чтобы мы уничтожили друг друга. Мы сможем противостоять врагу, только если разрушим его планы.

— Какой прыткий! — изумился Балор. — Прямо сейчас разрушать начнем или обеда подождем? Я тебя впервые вижу. Ты живешь среди людей, служишь их благу. Почему я должен верить тебе?