Илья Арсёнов - Сен. Возврат

— К сожалению, нет.

— Но я еще не задал вопрос, господин.

— Вы хотели, чтобы я заказал еще несколько работников в поместье?

— Да.

— Пока это невозможно.

— Почему?

— Хм, — я остановился и тихо произнес, — я сделаю вид, что не заметил дерзость с вашей стороны.

— Простите, господин, — побледнел управляющий.

— И даже отвечу. Так как вам действительно стоит об этом знать. У меня есть много врагов и сейчас я нахожусь в состоянии войны с несколькими влиятельными группировками. Есть шанс, что вместо милой горничной нам подсунут замаскированного убийцу.

— Но есть же способы проверить…

— Глубокое ментальное зомбирование может определить только специалист экстра–класса. У нас пока таких нет. Так что постарайтесь обойтись имеющимися ресурсами!

— Мы будем стараться!

— Постарайтесь, — я двинулся дальше, — кстати, с сегодняшнего дня поместье переходит на осадное положение. Никто не входит и не выходит без моего личного разрешения!

— Но как же припасы? — растерянно спросил Францура.

— Я успел сделать в Рекере заказ на поставку продовольствия. Там припасов на год. Караван придет со дня на день.

— Но ведь его надо встретить, расплатиться, проверить товар…

— Я уже расплатился. Товар просто оставят в лесу, а гоблины перебросят его сюда.

— При всем моем уважении, господин, но что если товар окажется негодным?

— Тогда кое‑кто из купцов проснется без головы, — равнодушно сказал я.

Мы поднялись на внутреннюю стену, мимо нас тенью проскользнуло боевое умертвие, несущее часовую службу. Францура вздрогнул и произнес:

— Простите, господин. Никак не могу привыкнуть к ним.

— И не надо. Это опасная немертвь. Чудовищная тварь, которая служит только из‑за мощных заклинаний.

«Умеешь ты успокаивать людей!»

У меня много положительных качеств. Да я вообще идеален со всех сторон!

«Ну–ну!»

Кроме тебя, конечно!

«Шутник!»

— Францура, во внутреннем кольце живет кое‑кто в закрытых покоях.

— Не волнуйтесь господин, господин Первый передал четкие указания. С пленником…

— Он не пленник! — резко оборвал я управляющего, — он гость. Особый гость!

— Да, да. Конечно! С особым гостем никто не общался.

— Хорошо. Больше вас не задерживаю, возвращайтесь к работе.

— Спасибо, господин, — управляющий поклонился и оставил меня в одиночестве на стене.

Я еще немного прошел вдоль стены и прислонился к стене защитной башни. Я закурил сигариллу и неспешно осмотрелся. С этого угла открывался прекрасный обзор на внешний сектор поместья.

За время моего отсутствия изменилось многое. Появились новые строения: две казармы, несколько домиков, часть территории заняли огромные тренировочные комплексы, в данный момент оккупированные учениками мастера Рогана. Также в глаза бросались длинные стойла конюшен и, растянувшиеся вдоль стен, прямоугольники складов.

«Это уже не поместье! А настоящий поселок!»

Когда успели то? Меня по местному времени несколько месяцев не было.

«Ага. Представь, сколько же тут всякого народа живет!»

Причем жрут все за наш счет! И наверняка в три горла!

«Это у тебя приступ жадности?»

Нет. Это приступ паранойи. По–хорошему, надо озаботиться службой безопасности. Видишь сколько народу? Снуют туда–сюда! А каждый из них потенциальный убийца, предатель и вор!

Из‑за угла башни выскочила девичья фигурка, но увидев меня, ойкнула и скрылась обратно.

Понимаешь, Шиза, о чем я говорю? Шатается непонятно кто.

«С чего ты решил, что это непонятно кто?»

Горничные ходят в униформе, Джула воркует над постелью Первого, кто еще из девушек есть во внутреннем круге? Гнома с помощницей, но девчонка ни похожа ни на одну из них!

Я выскочил за угол башни и рявкнул:

— Стоять! Бояться!

Девчонка остановилась и медленно повернулась, слегка дрожа.

Почему все меня бояться?

«Мне кажется, что у тебя репутация соответствующая…»

Хм. Всегда считал себя компанейским парнем.

«Людям свойственно заблуждаться! Хотя те персонажи, которых ты лично отправил в ад, может так и думают!»

Что‑то ты сегодня какой‑то излишне веселый!

— Что тут делаешь? — грозно спросил я девчонку.

— Госпожа Джула разрешила мне ходить на стену, — залепетала девушка.

— Я имею в виду, кто ты такая? И что забыла в моем поместье? — я присмотрелся к девушке: миловидное лицо, густые, черные, слегка вьющиеся волосы, лет шестнадцати на вид, довольно высокая и, несмотря на возраст, уже весьма фигуристая. Хм. Когда я покидал поместье, её тут точно не было!

— Гортензия. Я дочь Жозефины.

— Что‑то я ничего не понял. Кто такая Жозефина?

— Моя мама… Гадалка, которая почти умерла, когда… — на девушку накатили воспоминания, и она почти расплакалась.

«В последнее время тебя окружают плачущие женщины! Идешь к успеху!»

— Не реветь! — одернул я её, — не умерла же! Вспомнил. Джула с Первым о чем‑то таком говорили. Вот только, Триединый мне помоги, зачем они тебя сюда притащили?

— Мне некуда было идти. Дом ушел арендодателю. А денег на продолжение обучение не оказалось. Поэтому госпожа Джула приютила меня.

— И чем ты тут занимаешься?

— Ничем, — растерянно произнесла девушка, — мне не дали никакого задания.

— Отлично, — сатирично произнес я, — пошли, прогуляемся до Джулы.

— Вы только не ругайте её, — попросила Гортензия, — Джула хорошая.

— В последнее время, все вокруг пытаются научить меня жизни. Не стоит! Я этого не люблю, — осадив девушку, я продолжил, — со своей сестрой я разберусь сам!

Я ворвался в покои Первого, Джула, как и ожидалось, пребывала около лежащего юноши, Гортензия семенила рядом.

— Джула, я, когда вернулся домой, не заметил табличку «Приют Благородных Девиц»? Знаешь почему? — сурово спросил я.

— Нет, — растерянно пролепетала сестра, ошарашенная моим напором.

— Наверно, потому что это не так! Ты зачем притащила эту девочку сюда?

— Мы виновны в том, что случилось с её матерью! — Джула перешла в атаку.

— Хорошо, решила поиграть в благородство — молодец. Дело, безусловно, красивое, да и для кармы с аурой положительное. Но зачем? Что ей тут делать? Бродить как призраку по коридорам?

— Я подумала…

— Что это за детский лепет! Я подумала? В следующий раз думай лучше!

— Господин, — подал голос Первый, — это моя вина.

— А ты вообще лежи! — осадил я юношу, — тоже мне паладин нашелся!

В комнате повисло молчание: я погрузился в мысли, а остальные боялись вызвать мой гнев.

— Ты сказала, что учишься? — спросил я приблудную.

— Да учусь. Ой! Точнее училась. Сейчас я здесь, — тихо прощебетала Гортензия.

— Где? — жестко спросил я.