Ольга Гребенщикова - Чужие как свои

   - Я тебя верну! - произнес мужчина, - Найду и верну!

   - Олег, я уже вернулась...

   Но он не услышал, лишь повторил:

   - Найду, помни!

   Настя открыла глаза. Никогда еще возвращение к реальности не вызывало у нее чувства такой страшной потери, почти отчаяния. Этот проклятый мир не собирался ее отпускать. Все было по-прежнему, она лежала на полу, рубашка изорвана, а рядом, вернее, практически сверху... Что?! Паскудный лже-фей снял шлем, и ее пальцы зарылись чудовищу в густые темные лохмы явно не затем, чтобы выдрать пару клоков. С неподобающей насильнику нежностью он обнимал свою жертву, нагло пробираясь с поцелуями все ниже и ниже. Тем более что сама жертва сменила гнев на милость, с увлечением гладила его по голове, по плечам, прикрытым броней. Настя даже не сразу определилась с причиной разочарования - жаль, что он почти неуязвим, или что он почти не разделся?

   Сыщица медленно опустила руку. Отлично, пол неровный, выбоины заполнены песком и мелким мусором. К тому же один противник, даже такой крупный - это вам не четверо. Набрав полную пригоршню всего, что подвернулось, она изо всех сил оттолкнула мерзавца и швырнула песок ему в лицо.

   - Какого...! - громко удивился фей голосом Бринна-младшего, - Что не так?!

   - Ты?! - опешила девушка, - Предатель! Извращенец!

   - За что?! Почему извращенец-то?! - возмутился Лусьен.

   Он вскочил, зачерпнул воды из ведерка, пытаясь промыть глаза. Настя торопливо связала узлом на груди остатки растерзанной рубашки и вытянула из ножен оставленный без присмотра меч. Приблудный как будто не слышал шороха.

   Пока негодяй плескался в ведре, сыщица медленно отступила к двери, выставив перед собой клинок. Тяжелый, с непривычки таким долго не помашешь, но это не важно. Или сейчас она выберется, или нет.

   Племянник парчового олигарха развернулся и уставился на нее покрасневшими глазами. По его лицу не скользнуло и тени смущения, только самое искреннее недоумение.

   - Ты куда? Подожди немного. И железку отдай, это не твой трофей!

   - Обойдешься! - огрызнулась девушка, еще на полшага приближаясь к выходу, - Не подходи!

   Но дверь снова распахнулась без ее участия. На пороге стоял Арман, в руке у него тоже был меч, измазанный чьей-то кровью.

   - Все прошло по плану, - сообщил эльф, - а как у вас?

   Настя чуть не ответила в очень кратких и емких выражениях, как именно обстоят дела, но вдруг поняла - напарник задал вопрос не ей, а торговцу.

* * *

   Разговор в заброшенном доме на окраине Синей долины, в котором феи позволили разместиться незваным гостям, получился трудным.

   - Может, Лусьен перестарался, но он не предатель, - тоном адвоката, который надеется убедить присяжных в некоем весьма сомнительном обстоятельстве, сказал Арман.

   Роль присяжных, а также потерпевшей, обвинителя и судьи досталась Насте. Эльф поколдовал над ее головой и боль почти прошла, но свежую ссадину решили забинтовать, отчего вид у оскорбленной стороны стал еще более трагический.

   Обвиняемый стоял, прислонившись к стене, и равнодушно глядел в окно. Смотреть на девушку ему было неловко - слишком явно бросался в глаза кровоподтек на щеке, оставленный его рукой.

   - Дело не в этом, - сыщица показала на след удара, - а в том, на что он способен, если у него засвербит в штанах.

   - Может, есть другое объяснение? - эльф красноречиво посмотрел на Приблудного, но тот лишь перевел взгляд с прекрасного пейзажа за окном на собственные сапоги.

   Настя решила оставить торговца без внимания, будто он вообще перестал существовать.

   - Лучше скажи, во что мы снова влипли? - спросила она у эльфа.

   - В неприятности, - хмуро сообщил Арман, как будто со дня исчезновения пространственных переходов хоть раз было иначе.

   Безмятежная жизнь долины закончилась три дня назад, когда с юга ворвались захватчики. Вооруженный отряд пришельцев, примерно в полсотни бойцов, без труда смял заспанную стражу на южной заставе, прошел через долину, не встретив сопротивления, и так же легко разделался с караульными северной заставы. Двинуться дальше, в неизвестность за мостами, чужаки пока не осмелились, тем более что и в долине простому воину было, чем развлечься.

   Но вскоре веселье застопорилось - выяснилось, что сереброликие мяса не едят и запасов не держат, крепкой выпивкой брезгуют, а их женщины мрут, как мухи, если их слишком часто насиловать. Разочарованная банда переместилась из долины в деревню с постоялым двором, обилием припасов и прочих радостей жизни, включая человеческих женщин.

   Вначале своих караульных они поставили на обеих заставах, но дисциплина в чужеземном воинстве явно хромала. Как рассказали феи, "северяне", брошенные вдали от погребов с провизией и девок постоялого двора, не вытерпели и дня, присоединились к пьянствующим собратьям. Те, кого оставили караулить южный пост, тоже не слишком утруждали себя службой. Иначе как объяснить их роковую ошибку: вместо того чтобы доложить о появлении незнакомцев, они приняли самое опрометчивое решение из всех возможных - решили завладеть новой женщиной.

   Феи не собирались предупреждать эльфа и его товарищей о ловушке. Утонченные создания без тени смущения объяснили, почему решили отправить путешественников на верную смерть - отряд Армана слишком малочисленный. Значит, пришельцы победят, и накажут обитателей долины, если те попытаются спасти их врагов от расправы.

   У сереброликих нет другого выхода, кроме как не вмешиваться и позволить одним чужакам сразиться с другими. Кто возьмет верх, тем феи и помогут. В будущем. Если это их не слишком затруднит. Так они поступили с ухтиамарскими эльфами - мятежники планировали устроить в этих местах засаду для Армана, но сами попали в западню. Та же судьба ждала новых гостей, но в этот раз все сложилось иначе.

   Когда стало ясно, что Настя исчезла, первым начал действовать Лусьен. Оставив эльфа возле трупа ухтиамарского сородича, Бринна-младший пошел по следу и вскоре добрался до южной заставы - небольшого укрепленного строения перед входом в ущелье, отделявшее долину от деревни для приезжих. Из четверых караульных только один носил красный плащ, его Лусьен определил как старшего. Едва остальные потянулись в сарай, нетрезвый офицер получил в лоб и расстался со своим гардеробом. Дальнейшее Настя знала сама. Пока торговец изображал похотливого начальника, отнявшего женщину у подчиненных, Арман, Флур и Дорлан готовились встретить каждого, кто выйдет из сарая.

   Трое мертвых и один живой пленный стали законной добычей победителей. Правда, живой все норовил сбежать, и однажды почти сумел, поэтому число покойников увеличилось. Восьмой помощник и вышибала последовали примеру Лусьена - оделись в трофейное снаряжение и теперь время от времени прохаживались у заставы.