Дмитрий Петров - Силь

Орк вновь окинул взглядом открытые ворота, пустые, где не было никого, лишь ветел играл серыми струйками пыли. Серым выглядело это зрелище, было пустым… безжизненным. Где-то здесь крылась разгадка, где-то здесь, близко…

Орки первого, ближайшего к Городу отряда, не дожидаясь приказа, самовольно потянулись к воротам. Главнокомандующий не понимал, что его удерживает от того, чтобы отдать столь желанный как солдатам, так и ему самому приказ входить в город. Всего лишь несколько слов отделяли главнокомандующего от возвращения в город, где их ждёт вкусная еда, отдых, товарищи… Товарищи? Вот оно!

Почему это я решил, что нет ничего удивительного в том, что возле ворот нет ни одного орка? Это же как раз удивительно, если вдуматься! Разве оркам не интересно, чем окончилась битва? Или они ставок не делали? А тот орк, кто ворота открыл — почему хотя бы он не задержался у ворот? Что было такого срочного?

От ужаса, возникшего из-за понимания единственной причины, которой это может быть объяснено, у главнокомандующего зашевелились волосы на голове. Он бросил взгляд на уже начавшийся втягиваться в ворота отряд орков и заорал ещё громче:

— Тревога! К бою! Всем назад! Отойти от ворот! Быстрее!

Орки привычно приняли боевой порядок в шеренгах и извлекли ятаганы, а стоящие в воротах осторожно попятились назад. Главнокомандующий пережил мгновенный укол страха — если он ошибся, если всё это фантазии, если нет ничего опасного — то орки его сейчас убьют! Но в тот же момент это и произошло.

Сначала грянул резкий, неожиданный, а от этого ещё более шокирующий, рёв нескольких невидимых хриплых глоток, от которого войско орков смешалось и дрогнуло. Даже главнокомандующий, не без основания считавший себя отважным — ощутил, как у него мелко задрожали колени, ослабели ноги, и спина покрылась противным холодным потом. А затем… главнокомандующему показалось, что из ворот выметнулось несколько серых камней, которые наперебой покатились к несколько разупорядоченному строю орков. Главнокомандующий даже ущипнул себя за руку — уж не сон ли это? Было больно, но камни никуда не исчезли. И лишь когда они остановились возле самого строя ближайшего к воротам отряда орков, и над ними дружно взметнулись тяжёлые боевые топоры, и ещё раз грянул хриплый клич, даже громче прежнего — главнокомандующий с ужасом понял, что за новая напасть свалилась на его многострадальную голову.

Гномы.

Боевые гномы из клана Воинов.

Ужас орочьего войска.

Гномы выглядели абсолютно так же, как на гравюрах в старинных книгах, которые главнокомандующий запоем листал во времена учёбы, тайно проникая в библиотеку по ночам. Тайно — потому что посещение библиотек, как и чтение книг, в которых текста больше, чем картинок — командованием не поощрялось, хотя никаких официальных запретов на посещение библиотеки не было. Кадетов, уличённых в чтении, официальным образом не наказывали — всё-таки свободная страна, каждый вправе делать что хочет… Но командование очень быстро доводило информацию о читавшем до его соучеников, среди которых бытовало очень негативное отношение к «ботаникам» и «эльфикам», как презрительно называли читающих. И это отношение командованием всячески поощрялось и культивировалось. Из-за такой позиции соучеников жизнь читавшего очень скоро превращалась в ад. Главнокомандующий видел несколько примеров, и они врезались ему в память навсегда — очень уж плохо закончили те его соученики, которых поймали с книгой в руках…

Но поделать с собой он ничего не мог — тяга к знаниям была сильнее. Главнокомандующий себя убеждал, что это тяга не столько к знаниям, сколько к будущему высокому положению, которое эти знания ему помогут завоевать… Но в глубине души он понимал, что эти убеждения безосновательны. Орк хорошо помнил ту восхитительную смесь страха и восторга, с которой он, соблюдая все мыслимые и немыслимые предосторожности, крался ночью в библиотеку, и почти до рассвета запоем читал, читал, читал…

Пред его глазами развёртывались картины старинных сражений, притом далеко не всегда успешных для орков, но глупые древние почему-то считали, что об этом надо знать, чтобы не повторять ошибок. Вместе с авторами он проходил тропами древних битв, пытался докричаться до древних полководцев, уныло глядящих с пыльных страниц, и подсказать, как нужно атаковать эльфийский строй, какое построение эффективно на равнине, а какое — в горах, сильные и слабые стороны человеческой армии, тактику действий в лесу…

А потом он весь день клевал носом, как, впрочем, и большая часть его соучеников — ибо скука и невнятность изложения убивали всякий интерес. Спать на лекциях не возбранялось. А, кроме того, главнокомандующий искренне не понимал, как им может пригодиться в будущей жизни большая часть того, что им рассказывают, тем более, что это очень слабо соотносилось с реальной жизнью. Каково было после прослушивания лекций о несчастных, обижаемых всеми гоблинах, столкнуться с ними в жизни — где одно неосторожно сказанное слово в их адрес могло повлечь за собой страшные последствия? Каково слушать о свободе и магократии, якобы царящих в их обществе — где за один косой взгляд в сторону гоблина орк мог поплатиться свободой? Однажды он рискнул задать эти вопросы преподавателю — и после нескольких суток в карцере понял, что лучше не продолжать. Поэтому по ночам его неудержимо влекло в библиотеку, где он пытался найти ответы на эти и другие вопросы.

— Сомкнуть ряды! — заорал главнокомандующий, отбрасывая в сторону воспоминания, промелькнувшие за долю мгновения перед его глазами. — Держать строй! Наносить колющие удары! Цельтесь в сочленения доспехов!

Память услужливо предоставила взору изображения древних страниц в тёмном зале библиотеки, с которых скалились боевые гномы, и где древние авторы обсуждали, размышляли, спорили о том, как эффективнее всего с ними бороться. Все сходились на одном — рубящим ударом броню боевого гнома пробить невозможно. Колющий удар, нанесённый с достаточной силой в сочленение доспеха, давал шанс пробить его. Древние авторы оценивали этот шанс примерно как один к трём; маловато, конечно, но гораздо лучше, чем ничего.

Лязг металла заполнил воздух. Гномы пытались прорубиться сквозь строй орков, разделить его на части — абсолютно в рамках тактики, описанной в книгах. Впрочем, если тактика эффективна — почему бы её не использовать? Орки были бы уже давно рассеяны, если бы не колющие удары, которыми они осыпали гномов, да удерживаемые сомкнутыми из-за постоянных понуканий главнокомандующего ряды. Тогда гномы также сомкнули строй и принялись постепенно, методично оттеснять строй орков назад, буквально выкашивая их своими огромными топорами. Строй орков, несмотря на окрики главнокомандующего, заколебался.