Татьяна Богатырева - Гильдия темных ткачей

— …пусть Ахшеддин покажет Махшуру это. — Дайм снял с левой руки скромное кольцо с лиловым камнем, одел его Шу на средний палец. Кольцо засветилось, повозилось немного, устраиваясь удобнее, и стало незаметным. — Только одень его Эрке сама, иначе не сработает.

Единственное, о чем Шу жалела на этом бесподобном свидании, что не прихватила с собой блокнотик. Запомнить столько всего — очень ценного и важного! — даже для ментала казалось слишком сложной задачей. Зато идеи так и бурлили. А кроме того, Дайм обещал показать, как потрошить головы, не вызывая у жертвы подозрений, а еще — как отводить глаза не всем скопом, а только отдельным личностям, и как…

А главное, Дайм натолкнул её на несколько перспективных мыслей и обещал помочь в отвлечении Рональда, пока Шу будет приручать Закатную башню.

Принцесса готова была расцеловать милейшего маркиза! Ей хотелось смеяться и петь, и прыгать наподобие щенка. Но едва Дайм проводил ее до дверей покоев, поцеловал на прощанье руку и откланялся до завтра, Шу свалилась без сил. Она уснула, позабыв снять дареное кольцо и записать сотню умных мыслей в тетрадку, чтоб не пропали.

Глава 17

Бега

Восприятие эмоций является одним из самых простых способов восстановления магической энергии. При этом шеры могут как поглотить эмоции реципиента, так и усилить их. Возможен также комбинированный способ: сначала эмоции усиливаются, затем поглощаются. Обратите внимание, что при недостаточно умелом исполнении этот способ может привести к душевной травме или смерти реципиента. Различие между светлыми и темными шерами здесь проявляется обычным образом: светлые преобразуют в энергию верхнюю часть эмоционального спектра, темные — нижнюю, что для реципиента равно опасно.

Лекция по Основам магии, с.ш. ПарьенШуалейда шера Суардис

435 год, 3 день Каштана, Суард.

Подарок Дайма пошел в дело тут же. Едва встав с постели, Шу вызвала лейтенанта Ахшеддина, вручила ему кольцо и отправила в Гильдию за подходящим артефактом. Сама же задумалась о вечной проблеме — как добыть денег. Думала Шу за завтраком.

— Зачем мудрить? Его Величество обещал дать, — предложила Баль, выбирая засахаренную фиалку.

— Его Величество скажет прислать счет в казначейство, — вздохнула Шу. — А если взять в банке сразу двести империалов, они обязательно доложат отцу. И хороша я буду, когда он спросит, зачем.

— Спорим, ты не говорила Дукристу, что у тебя нет наличных?

— И не скажу. Я принцесса или побирушка?

Шу сжала губы и вонзила вилку в пирожное.

Стоило вспомнить улыбку Дайма, и тут же мысли о деньгах отошли на второй план. Шу хотелось бы думать, что светлый приглашал её на свидание потому, что оказался очарован умом и красотой, но первый и единственный бал не оставил и следа от иллюзий относительно её привлекательности. Что же касается ума — его-то как раз и хватало, чтобы понять всю глупость предположения: глава Канцелярии всерьез заинтересовался девчонкой заурядной внешности и деревенского воспитания, со слабеньким даром подозрительной окраски. Слава Светлой, Дукрист не записал её в помехи, а счел нужным очаровать и… И научить выживать в этом змеятнике.

Не в характере Шу было страдать попусту. Вспоминая Дайма, она искала решение — и оно явилось шестеркой каменных коней.

— Баль! Одевайся, мы идем в город, — вынырнув из грустных размышлений, распорядилась Шу.

— К портнихе?

— И к ней тоже. Но сначала на ипподром.

Несколько мгновений Балуста недоуменно смотрела на подругу. Но Шу не собиралась ничего объяснять — она и сама пока не представляла, что и как будет делать. Дайм вчера не меньше трех раз сказал, что закон запрещает применение магии в скачках. Любым образом. И делать ставки шерам не разрешается. Но ведь всегда можно найти способ! А разобраться, какая лошадь придет первой, она как-нибудь сумеет.

* * *

Вскоре из дворца вышли два оруженосца — заклинание личины оказалось очень кстати — и направились в Старый город.

Утренний ипподром совсем не походил на вечерний. Толпа бурлила, выплескивая из себя выжатых людей и поглощая все новых охочих до удачи. Шуалейде толпа виделась разноцветьем в рыбацкой сети. Рыбки взблескивали азартом, страхом, и надеждой, эмоции выплескивались с трибун на площадь.

Они изучали начертанную мелом на грифельной доске таблицу заездов, когда позади послышался игривый голос:

— Милые мальчики, что вы делаете тут совсем одни? Я тоже совсем одна! Может, составите мне компанию?

Юноши обернулись: на них смотрела тощая девица в дешевом ярком платье, со связкой ракушечных бус на шее. Шу не сразу поняла, что девица обращается к ним. Баль сориентировалась быстрее:

— Привет, красотка! — черноглазый юноша задиристого вида улыбнулся охотнице на азартных новичков. — Я Сим, а это Брик, — Балуста кивнула на принцессу. — Мы хотели поставить по паре марок…

— О, как мило! — Девица кокетливо похлопала ресницами. — Вы будете ставить на Гри Зурга? Или дождетесь дуплета? А я тоже хочу поставить марку… только вот…

Она изобразила растерянность.

— Милая бие чего-то опасается? — вступила в игру Шу.

Девица взмахнула ресницами и одарила второго юношу коровьим взглядом.

— У меня всего одна марка, а Буркало принимает ставки не меньше пяти. Можно, конечно, поставить у муниципальных букмекеров… но один к трем, а не один к шести. Если бы… ах, но…

— Но мы не собираемся… — Баль хотела уже отделаться от мошенницы.

Но Шу, услышав знакомое имя, ее перебила:

— Один к шести? А ты уверена, что придет Гри Зург? — придвигаясь к девице, спросила она. — Четыре марки, один к шести…

— Конечно! Моему дяде сказал кривой Ферц, а он служит у самого Свандера на конюшнях, а Гри Зурга специально не выпускали на бега и…

Дальше путаных объяснений Шу не слушала. Перед ней замаячил шанс обойти закон и выиграть свои двести монет. Подпольный букмекер не возьмет крупных ставок у незнакомых юнцов с улицы, но если их приведет эта девица… он, конечно, попытается их надуть. И Гри Зург наверняка всего лишь дохлая кляча. Но…

— Душечка, а как тебя звать? — подхватила Балуста. — И что за странное имя для букмекера?

Душечка Дольна, довольная плывущей в руки прибылью, смеялась и рассказывала симпатичным дурачкам ипподромные байки. Главное, они безропотно шли в «Хромую Кобылу», оставлять свои марки рябому трактирщику — а четверть от их проигрыша ляжет в карман к Дольне.

Таверна Шу не понравилась. Темно, душно, шумно, грязно. И публика — воровские рожи. Едва увидели юнцов, притихли, прикинулись добропорядочными горожанами. А мысль одна на всех: что не ощиплет с петушков Буркало, довытрясем!

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});