Звёздный анклав (ЛП) - Сальваторе Роберт Энтони

Прежде чем они смогли запротестовать, женщина-инквизитор с левой стороны скамьи спросила:

- Вы уверены, что был только один зелёный слаад, которого вы убили, и может быть ещё синий слаад, который ударил вашего друга в нижних пещерах?

- Мы решили, что это одно и то же существо, - ответил Джарлакс. – Мы видели только зелёного, которого убили, а Закнафейн не упоминал других.

- Вас всех осмотрят, - снова сказал Эмилиан. – С головы до пят. Боюсь, если при обследовании найдут ранения или свежие шрамы, осмотр станет более тщательным.

- Зак был единственным раненым в том бою, - сказала Кэтти-бри.

- Да, и то что он до сих пор жив – огромная заслуга вашей богини, - ответил Эмилиан. – Хаофаг обычно убивает носителя, за несколько дней превращая жертву в слаада, красного или иногда зелёного, но это не единственный способ, которым слаади расширяют свои ряды. Одна разновидность откладывает яйца.

- Зак видел яйца в той пещере, - сказал Джарлакс, но Эмилиан покачал головой.

- Яйца маленькие, их вкладывают в носителя на конце когтей красных слаадов, и там они вынашиваются, растут внутри жертвы, пока головастик не пожирает внутренности и не вырывается из груди. Это может занять несколько месяцев.

Кэтти-бри вспомнила выломанные наружу рёбра и вздрогнула от этого ужаса.

- Значит, внутри Закнафейна яйцо? – спросила она. – Я осталась в недоумении, откровенно говоря.

Эмилиан рассмеялся.

- Не в таком недоумении, как слаади, - сказал он. – И нет, внутри Закнафейна нет яйца. Существует три ранга слаадов, не доросших до высших позиций их общества: красные, синие и зелёные. И они отчаянно ненавидят друг друга. Однако при этом в друг друге нуждаются. Красные слаады вкладывают яйца в жертв, и те вырываются наружу, когда созревают.

- Как у тех костей, что мы нашли в поселении Улутиунов, - сказала Кэтти-бри.

- Как я рад, что мы решили тебя сопровождать, - саркастично заметил Энтрери, обращаясь к Джарлаксу.

- Да, - сказал Эмилиан. – Эти головастики становятся слаади, большинство – синими, но некоторые, если носитель был силён в обращении с магией, зелёными. Синие слаади впрыскивают хаофаг, как с вашим другом Заком, который станет, всё ещё может стать, красным или зелёным слаадом.

- Он не жрец и не волшебник, - сказал Джарлакс.

- Значит, красным, - сообщил им Эмилиан.

- А зелёные? Мы сражались с зелёным, - объяснила Кэтти-бри. – Что они делают со своими жертвами?

- Обед, - ответил Эмилиан.

- Приготовленный на огненных шарах, - хмыкнул Джарлакс.

- Они были заклинателями и остались заклинателями, - объяснил Эмилиан. Он хлопнул в ладоши, как будто собираясь положить конец этому тревожному диалогу. – Как видите, самым предусмотрительным вариантом будет просто убить вас всех и сжечь тела, - закончил он. – Но мы этого не хотим. Поэтому расскажите нам полную историю о вашем путешествии в Каллиду и заслужите наше милосердие.

Много часов спустя, после самого тщательного и настойчивого осмотра, с которым они когда-либо сталкивались, трое друзей вышли из здания инквизиторов рядом с Эмилианом, уже – без липких оков на руках.

- Вы можете идти, куда пожелаете, - сказал им Эмилиан. – Я буду вас сопровождать.

- Чтобы следить за нами, - заметил Энтрери.

- Конечно, за вами будут следить – за вами следили в первый раз, когда вы гуляли по Скеллобелю. Вы ожидали от нас меньшего? Но нет, я сопровождаю вас не для того, чтобы следить за вами, а для того, чтобы присматривать. Новости про событие на винной битве, о хаофаге, наверняка уже разошлись по всему городу. В Скеллобеле вам придётся столкнуться со множеством вопросов.

- Мы с радостью примем твою помощь, спасибо, - сказала Кэтти-бри.

- Конечно, мы хотим увидеть Закнафейна, - сказал Джарлакс.

- Не сейчас, - сказал Эмилиан, качая головой, но затем немного посветлел, сделав им знак посмотреть на улицу, где торопливо шла к ним Илина вместе с Весси и женщиной, с которой сражался Зак, Адин Дуайн.

- Ему немного лучше, - сказала им Илина, не успели они даже обменяться приветствиями. – Повязки с травами на месте. Закнафейн сильный.

- С ним Аззудонна, - добавил Весси.

- Приносим свои извинения, - с поклоном сказал Джарлакс. – Мы не знали, что он заражён.

- Я думала, что его раны исцелились ещё до того, как мы прибыли, - объяснила Кэтти-бри. – Я молюсь Миликки, чтобы ты была в безопасности, - сказала она Адин Дуайн.

Женщина-воительница покачала головой.

- Опасность была бы, захвати хаофаг его полностью, - ответил Эмилиан. – Поскольку тогда среди нас оказался бы слаад. Хаофаг распространяют только когти синего слаада.

- Будь он более заразным, мы все здесь, скорее всего, уже скакали бы по-лягушачьи, - со смешком добавила Илина. Она посмотрела на Эмилиана и протянула руку к трём чужакам в Каллиде. – Инквизиторы удовлетворены?

- Удовлетворены. Нашим гостям следует радоваться, что сейчас на пьедестале восседает святая Галата. Галата очень восприимчива к словам и жестам допрашиваемых, - объяснил троице Эмилиан. – Она может различить не только правдивость речи, но и стоящие за словами намерения.

- Она паладин, - догадалась Кэтти-бри.

- О боги, - буркнул Артемис Энтрери, но на всеобщем, а не на языке дроу, и тяжело вздохнул.

Кэтти-бри подумала, что Джарлакс смеется чересчур оживлённо.

- В прошлом моему другу пришлось пережить несколько трудных – или лучше сказать «раздражающих» – встреч с паладинами. С королём-паладином, если конкретно. Не обращайте на него внимания, он всегда такой циничный.

- Тем больше он мне нравится, - сказал Весси, и Эмилиан с Илиной рассмеялись.

- Весси когда-то был в паре с Галатой, - объяснила Илина, и вздох Весси был таким же тяжёлым, как у Энтрери.

- В паре? – спросил Джарлакс. – В браке, ты хотела сказать?

- Нет, нет, - сказал Весси. – Так далеко мы не заходили!

На этот раз он присоединился к смеху Эмилиана и Илины.

- Я нахожу Галату просто чудесной, - сказала Адин Дуайн к заметному удивлению других каллидцев.

- Вот ты на ней и женись, - сказал Весси.

- Кто знает, - вот и всё, что ответила Адин Дуайн.

- Когда мы сможем увидеть нашего друга? – прервала последовавшее улюлюканье Кэтти-бри.

- Аззудонна приведёт его к нам, к вам, когда целители закончат свою работу и он сможет ходить, - сказал Весси. – До тех пор позвольте им делать своё дело, а Закнафейну – отдыхать. Предупреждаю, сейчас ему лучше, но пока мы не сможем воспользоваться могущественными заклинаниями, фаг будет оставаться у него внутри и продолжать расти.

- Он долгое время носил эту заразу в себе, - сказала Кэтти-бри Илина. – Может потребоваться самое сильное заклинание из всех.

Кэтти-бри ответила пустым взглядом, не зная, о чём она говорит, и в полной уверенности, что выводы ей не нравятся.

- Сейчас не стоит об этом, - объявила Илина. – Целители работают с вашим другом и надеются, что он будет оставаться живым и оставаться дроу, пока к нам не вернётся магия. И тогда, конечно, полностью выздоровеет. Давайте отправимся на праздник Сумеречной Осени. Ароматы, песня и танец зовут моё сердце.

Весси указал на Энтрери.

- Я чувствую в тебе родственную душу, - сказал он. – Пойдём… - он остановился, требовательно помахав рукой.

- Артемис, - ответил тот.

- Пойдём, Артемис, - продолжал Весси. – Я покажу тебе места увеселений для обладателей нашего общего… может быть, темперамента? Места, которые не по нраву паладинам. Сегодня последний день, когда мне дозволено блуждать по тавернам в тоннелях между округами, и я хочу отправиться в заточение с Бьянкорсо с головой в руках!

- Думаю, с ним тебе будет веселее, - ответил Энтрери, указывая на Джарлакса, но Джарлакс ничего не хотел слышать и вытолкал Энтрери вперёд.

- Иди, - сказал он Энтрери. – Узнай что-нибудь.

- Покажешь мне травы? – спросила Илину Кэтти-бри, когда Энтрери и Весси двинулись в путь.